Чтение онлайн

Тереза. Это правда, папа?

Тард. Чудак! Он два раза дрался из-за тебя. Первый раз с папашей Лебонзом, в день нашего отъезда, - тот, видишь ли, сбрехнул что-то про тебя. Менаду нами, я очень рад, что Госта ему всыпал. Представляешь, этот негодяй не расплатился с нами. Мы даже подавали на него жалобу... Но это разговор особый... А в другой раз он сцепился с официантом из кафе Руаяль. Помнишь, высокий, чернявый, с такой нагловатой рожей?.. Ну так вот, он спросил у Госты, ухмыляясь, как ты поживаешь... И тут началось! Госта схватил сифон, у того оказался нож. Дело кончилось в полиции. Представляешь, какая молва идет о нашем оркестре!.. А я-то из кожи вон лезу... Ну ладно, после той истории я решил, что уж теперь все поутихнет. Так нет же! Нынче вечером твоя мать, дура этакая, возьми да и скажи ему, что, уж конечно, ты очень счастлива здесь.

Тереза. За это он и ударил ее, папа?

Тард. За это, дочка. Вот уж, что называется, отчаянная голова!

Тереза. Но, в конце концов, чем ему мешает, что я счастлива?

Тард. Вот то-то и оно, девочка! (С внезапной тревогой.) Послушай, Тереза, жаль все-таки, счетчик-то щелкает. Может, ты дашь мне...

Тереза (вдруг кричит с тоской). Зачем ты приехал все это мне рассказывать, папа?!

Тард. Ты шутишь. Ведь ты моя дочь. А он, в конце концов, мои зять, будущий зять. Не могу же я допустить, чтобы вас перестреляли... Надо немедленно вызвать полицию... Скажу тебе по честному, я предпочел бы, чтобы Госта не знал о моем приезде. Так что если ты мне дашь... Через полчаса как раз отходит поезд... (Пауза. Невольно добавляет.) А такси у ворот. Мне даже за вызов не придется платить, я ведь тебе сказал, он не выключил... (Жестом поясняет, о чем речь.)

Тереза (в смятении поднимает голову, она не слушала его). Что?

Тард (повторяет с усилием). Я говорю, что уеду на этом же такси и сэкономлю на вызове, потому что вот уже час, как счетчик щелкает... Конечно, за стоянку - дешевле, и все же...

Тереза (все еще не слушая, бормочет). Зачем ты приехал, папа? Ведь это и так не легко - почувствовать себя счастливой...

Тард. Ты чудачка, дитя мое! Я приехал, пренебрегая опасностью и расходами, потому что чувствовал, - это мой долг. Если бы ты могла дать мне семнадцать... плюс восемьдесят... да плюс пятнадцать...

Тереза. На, вот тебе двести франков. И молчи...

Тард. Но ведь еще обратный путь, доченька...

Тереза. На, на, возьми...

Тард. Подожди, теперь ты даешь слишком много! (Делает вид, что шарит по карманам.) У меня нет при себе денег. Хочешь, я тебе вышлю свой долг переводом? Значит, я должен тебе... около шестидесяти франков...

Тереза. И он плакал над моим красным чехлом, папа?

Тард (прыснув). В три ручья, дочурка, в три ручья! (Видя, что Тереза не смеется, поправляется.) Просто как безумный. (Снова с тревогой.) И этот безумец будет здесь через пять минут. Ты ведь знаешь, в наше время да еще с этим автоматическим оружием, раз, два, и готово, трупом больше - велика ли беда. Тут и дочь, а заодно и отец и мать... Уверяю тебя, ты должна решиться... (Вынимая часы.) Если бы я не боялся опоздать на поезд...

Тереза (шепчет). Госта тоже едет сюда, папа. Все персонажи моего прошлого один за другим явятся сюда, чтобы вернуть меня.

Тард. Я надеюсь, дитя мое, что, явившись сюда, он встретит двух жандармов, которые живо его сцапают! Сначала слезы проливает - тоже курам на смех, но это еще куда ни шло. Но драки, и этот отъезд с револьвером... Что он о себе воображает, этот субъект?

Тереза. Правда, папа, что он о себе воображает, что вы все о себе воображаете?

Тард. Он любовник твоей матери. Ладно. Пусть устраивает ей сцены, если уж ему приспичило!.. Но тебе, моя крошка! Преследовать тебя в доме твоего жениха... Да еще в тот вечер, когда ты примеряешь свое подвенечное платье, белоснежное и непорочное... Ах, какое платье! Но знаешь, я уж и сам начинаю сомневаться!.. Ты уверена, что никогда не спала с Гостой?

Тереза (улыбаясь против воли). Уверена, папа. Я за все время не сказала ему двух ласковых слов.

Тард. Тогда на что он надеется? Даже если он поднимет здесь пальбу, попадет он или нет в твоего жениха, чего он добьется? Какой ему от этого прок?

Тереза. А тот, что он потеряет меня безвозвратно, папа. И сам дойдет до предела отчаяния. Все вы этого не понимаете, - но на самом краю отчаяния есть светлая опушка, и там чувствуешь себя почти счастливым.

Тард. Странное счастье!

Тереза. Да, папа, странное счастье, и оно не имеет ничего общего со счастьем, как его понимаете вы. Жуткое счастье. Грязное, постыдное счастье. (Вдруг кричит и в страхе цепляется за него.) Но я не хочу, не хочу больше такого счастья! Я хочу, я тоже хочу быть счастливой! Хочу быть счастливой, как другие! Не хочу больше ничего знать о вас...

Экономка (входя). Мадемуазель, вас спрашивает еще какой-то господин.

Тард (с воплем). Какой господин? Какой господин, черт его возьми! Как его имя?

Госта (входя). Это я, Тереза.

Тереза (экономке). Оставьте нас.

Экономка уходит.

Госта (глухо, не двигаясь с места). Где твой жених? Мне надо с ним поговорить... (Делает шаг вперед.)

Тард (отступает и вопит, подняв руки кверху). Ой, нет, только не меня! Я ни при чем, Госта, я ни при чем! Я здесь случайно, совершенно случайно. (Хочет крикнуть, но голос его срывается.) На помощь!

Госта. Заткнись! Слышишь!

Тард (прячась за спину Терезы). Да-да, Госта. Я заткнусь, заткнусь... Ты прав, я заткнусь. Я тут ни при чем. Мне что - я молчок, и все тут.

Госта. Где твой жених?