Чтение онлайн

– Поднимайся, золотко, и отправляйся в постель. Слышишь, какой ветер? Завтра надо будет яблоки собирать.

Пэт зевала, успокоенная. Жизнь в Серебряной роще продолжалась. От того, что тетя Хейзел уехала, конец света не наступил.

– Джуди, расскажи мне на прощанье про того повешенного в Ирландии.

– Уж больно это страшная история на ночь. У тебя волосы дыбом встанут.

– Этого я и хочу, Джуди. Пожалуйста.

Джуди посадила Пэт к себе на колени.

– Джуди, обними меня и рассказывай.

Жуткая история была рассказана во всех подробностях, и Пэт, которая слышала ее уже раз двадцать, как в первый раз, испытала беспредельный восхитительный ужас. Она обожала страшные истории.

– Не буду больше тебе рассказывать про плохих людей, – встревожилась Джуди, глядя в широко распахнутые глаза Пэт.

– Джуди, мне, конечно, нравится жить с хорошими людьми, но слушать про плохих людей веселее!

– Да, скучно было бы жить на свете, если бы люди делали только то, что положено. О чем бы мы судачили? – странным голосом спросила Джуди. – Теперь точно пора спать. И помолись за всех неупокоенных духов. Если Бешеный Дик, или Плакса Уилли, или кто-то еще вылезут сегодня из могилы, то совсем промокнут.

Пэт подумала, что, может быть, ей будет не так одиноко, если она помолится дважды. Она прочитала все молитвы по два раза, добавила молитву за нового дядю и, словно в награду, мгновенно уснула. Ночью она проснулась, внезапно ощутив себя страшно заброшенной, но тут же услышала мелодичное мурлыканье и почувствовала прикосновение бархатной шерстки. Пэт тяжело вздохнула. Дождь все еще рыдал за окном. Тетя Хейзел уехала. Но Серебряная роща все же крепко держала ее за сердце. Лежать в милом доме, укрывшись от грозы, рядом с Четвергом, знать, что завтра надо будет собирать яблоки… Жизнь снова обрела смысл. Пэт заснула, успокоенная.

Снова наступил сентябрь. Прошел год со дня этой свадьбы, и Пэт уже казалось, что тетя Хейзел всегда была замужем. Она часто приезжала в гости, и Пэт очень полюбила дядю Роба смирившись с его лопоухостью. В последний раз тетя Хейзел привезла очаровательного младенца с такими же янтарными глазами, как у самой Пэт. Крошка Рейчел больше не была младенцем. Она ковыляла по всему дому на нетвердых ножках и стала настоящей сестрой, которой можно было гордиться. К одиннадцати месяцам у нее уже выросли все зубы. Все любовались тем, как она просыпается, и с улыбкой склонялись над ней спящей. Она, кажется, чувствовала, что на нее смотрят, и восхитительно улыбалась. Впрочем, характер у нее был не сахар. В восемь месяцев она укусила дядю Тома, когда тот сунул ей палец в рот – проверить, как растут зубы. Что ж, ответ на свой вопрос он получил.

Пэт пригласили провести субботу на Ферме у залива. Там жили тетушка Френсис Селби, тетушка Онория Аткинс, «кузен» Дэн Гоуди и совсем старенькая двоюродная бабушка. Когда Пэт думала о родственных связях с ними, голова у нее шла кругом, как сказала бы Джуди.

Пэт очень нравилась фраза «провести день». Только очень щедрый человек может «проводить» целый день, позволяя минутам просачиваться сквозь пальцы, как золотым бусинам. Однако идея провести день на ферме у залива совсем не радовала Пэт. В детстве они с Сидом между собой называли эту ферму «Дом-не-тронь». Все там были такие старые! Она помнила, как нахмурилась тетушка Френсис два года назад, когда Пэт, приехав в гости с матерью, сорвала с ветки красивую сочную сливу с гнущегося от тяжести плодов дерева. А тетушка Онория, высокая леди со снежно-белыми волосами и черными глазами под цвет платья, просила ее читать стихи из Библии наизусть и холодно удивлялась, когда Пэт делала ошибки. Тетушек ничто, кроме Библии, не интересовало. Часто гостившие у них Винни и Джо это подтверждали. И, главное, было неизвестно, что ты получишь в награду – монетку, булочку или едкое замечание.

А теперь ей предстояло поехать на ферму у залива одной! Сида тоже приглашали, но у дяди Брайана болели зубы, так что Сиду пришлось уехать к нему. Возможно, он просто сбежал к дяде Брайану, потому что не любил ездить на ферму. В последний раз, будучи там, он уснул за ужином, позорно свалился со стула с фамильным бокалом в руке и, конечно, его разбил.

Пэт обсудила это с Джуди вечером в пятницу, когда делала уроки на понедельник, устроившись на каменных ступеньках кухни. Пэт стала на год старше и на дюйм [13] выше. Об этом свидетельствовала новая отметка на дверном косяке, которую Джуди аккуратно наносила в день рождения каждого из детей. Пэт научилась складывать и вычитать, и Джуди ей помогала. Джуди умела вычитать и складывать. В хорошие дни она могла даже умножать, а вот делить никогда не пыталась.

В кухне стоял пряный запах – Джуди готовила маринад. Мистер Том восседал на краю колодца, пристально наблюдая на Шалуном, который делал вид, что дремлет на дверце погреба, а сам следил за Мистером Томом. В углу двора высилась аккуратная поленница, которую Пэт и Сид складывали летними вечерами после школы. Пэт ею гордилась. Так приятно было думать об уютных зимних вечерах, когда ветер будет завывать снаружи и не проберется в Серебряную рощу. Пэт была бы совершенно счастлива, если бы не завтрашний визит.

– Тетушки такие гордые, – жаловалась она Джуди. Она бы никогда не рискнула критиковать их при своей матери, которая происходила из семьи Селби и очень этим гордилась.

– Их бабка была урожденной Чидлоу, – объявила Джуди, как будто это все объясняло. – Ничего не хочу сказать, но на этой ферме все время кого-то хоронят. Вот они и ходят все мрачные. Твоя тетка Френсис потеряла жениха еще до свадьбы, а тетка Онория – сразу после. Так оно и пошло. Ну да ладно, зато денег у них куры не клюют. Они добрые, и всех вас любят.

– Я не боюсь тетушку Френсис или тетушку Онорию, но вот старенькая бабушка Ханна и кузен Дэн… – призналась Пэт.

– Да ты не бойся! Может, ты вообще старуху не увидишь! Она шестнадцать лет с постели не встает, ей уж девяносто три! А старого Дэнни чего бояться, он же безобидный. В детстве он заснул, скатился с лестницы и с тех пор прежним уже не стал. Кое-кто говорит, что он видит призраков.

– Ой, Джуди, а в том доме есть призраки?

– Сейчас нет. Раньше были. И все на ферме этого стыдились.

– Почему?

– Одни думают, что призрак в доме – это позор. А другие считают это честью. Призрак с фермы много хлопот не доставлял. Хороший такой, дружелюбный призрак, никому не докучал. Одиноко ему было: сядет, бывало, в изножье кровати и так тоскливо на них глядит. И хоть бы слово промолвил, а? Зато как съедутся гости, сядут за стол, тут он возьми и начни завывать. Когда умер твой прапрадед и тетка Онория взяла дом в свои руки, призрак тут же исчез. Сдается мне, она немножко тронутая, с ней никакой призрак не уживется. Так что не бойся, призраков там уже нет. Только ты особо не глазей на вазу с рожами.

– С какими рожами?

– А с такими. Ваза стоит на каминной полке. У них как-то служила одна девушка, Сара Дженкинс, так вот она божилась, что, когда протирала с этой полки пыль, ваза ей скорчила рожу. Ясно, что она и близко больше к вазе не подходила.

Перспективы были восхитительными. Но Пэт показалось, что Джуди не слишком жалует обитателей фермы.

– Мебель у них очень богатая, Джуди.

– П-ф, богатая! – Джуди сразу почувствовала, что Пэт пытается ее поддеть. – Мы в богатстве кое-что понимаем. Я девчонкой работала в замке Макдемотт! Вот у них одеяла были из кружева и атласа, а лестницы из белого мрамора, с золотыми перилами. Еду подавали на чистом золоте, а шампанское – в вазах со льдом. И слуг было человек тридцать. Да у них были даже слуги для слуг! На Рождество старый лорд дарил каждому по золотому соверену – уж будьте любезны! И что по сравнению с этим твоя ферма? Если тетка Онория попросит, не забудь, прочти ей то, что выучила в прошлое воскресенье.