Чтение онлайн

– Какой чудесный у меня дом! – выдохнула Пэт, сжимая руки. – Такой красивый и милый! Ни у кого нет такого дома! Как бы мне хотелось его обнять!

В кухне Пэт отужинала яичницей на масле, а потом выставила для фей блюдце с молоком. Джуди каждый вечер проводила эту церемонию. Феи приходили ночью и выпивали молоко. Пэт в это верила, потому что Джуди видела танцующих фей своими глазами, когда была еще девушкой, в старой доброй Ирландии.

– Джо говорит, что на острове Принца Эдуарда фей нет, – грустно сказала Пэт.

– Джо мелет языком что попало, – с негодованием отозвалась Джуди. – Люди приезжают на Остров из Старого Света больше сотни лет, золотко. Думаешь, за это время ни одну фею не потянуло на приключения? Не сомневайся, феи собрали пожитки и перебрались сюда. Они не больно-то умные, не умнее людей. Куда, по-твоему, за ночь девается молоко?

Действительно, молоко всегда исчезало, с этим не поспоришь.

– Джуди, может быть, кошки его выпивают?

– Кошки, говоришь? Может, они бы и сунули морду в блюдце, да не родилась еще такая тварь, которая осмелится отнять у фей молоко. Кошки свое место знают, с феями не связываются. Хорошо бы людям этому поучиться.

– Джуди, а давай ночью останемся тут и поглядим? Я так хочу увидеть фею!

– Хм, прыткая какая! А есть у тебя волшебный глаз, чтобы на фей смотреть? Ничего ты не увидишь. Молоко в блюдце кончится, вот и все. Беги спать и не забудь помолиться, не то проснешься и увидишь оборотня на кровати.

– Я никогда не забываю помолиться, – с достоинством сказала Пэт.

– Вот и ладно. А то я знала одну девочку. Она один раз забыла помолиться, и пришла за ней баныши.

– И что она сделала, Джуди?

– Прокляла девчонку, вот что. С тех пор как захочет девчонка смеяться – плачет, захочет плакать – смеется. Такое проклятье… Что это ты скучная такая, золотко?

– Джуди, я все думаю про младенца в капусте. У дяди Тома никого нет, давай ему отдадим маленького, а мама будет к нему приходить. У нас будет четверо…

– Та-та-та, ты думаешь, четверо – это много? У твоей прапрапрабабки, старой миссис Неемии Гардинер, было семнадцать детей. И четверо из них умерли в одну ночь от черного поноса.

– Джуди, и как же она это перенесла?

– Так у нее еще тринадцать детей осталось, золотко. Говорят, она с тех пор была сама не своя. А теперь живо спать, и чтоб я второй раз не повторяла!

Пэт на цыпочках поднялась наверх, мимо старых напольных часов, которые не ходили уже сорок лет и назывались «мертвые часы». Джуди утверждала, что они дважды в день все равно показывают правильное время. Пэт прокралась по коридору в свою комнату мимо запертой двери в Поэтическую комнату. Так называлась спальня для гостей, потому что там и вправду ночевал один поэт, побывавший в Серебряной роще. Пэт верила, что если неожиданно распахнуть дверь в любую запертую комнату, можно застать мебель врасплох: стулья болтают в углу, стол кокетливо приподнимает белую муслиновую скатерть, хвастаясь нижней юбкой из розового сатина, кочерга и щипцы отплясывают фанданго [6] . Правда, застукать их очень трудно. Обязательно выдаст какой-нибудь звук, и мебель успеет оказаться на своих местах, сдержанная и благоразумная.

Пэт прочитала молитву на сон грядущий, «Отче наш» и еще помолилась своими словами. Людей, которые не любят молиться, она не понимала. Взять хотя бы Мэй Бинни из воскресной школы – она сказала, что молится, только если чего-то боится. Подумать только! Пэт помолилась за всех членов семьи, за Джуди Плам, дядю Тома, тетю Эдит, тетю Барбару, дядю Горация и всех остальных дядюшек, которые сейчас были в плавании, за всех котят, за Мистера Тома. Помолилась за собаку Джо – «маленького черного Шалуна с хвостиком колечком» – и собаку дяди Тома «большую, черную, с прямым хвостом», – уточняя детали, чтобы Бог ничего не перепутал. За всех домашних фей и за бедных призраков, которые горюют на своих могилах, и за Серебряную рощу, милую-милую Серебряную рощу.

– Дорогой Бог, пусть так останется навсегда, – попросила Пэт, – и пусть деревья больше не падают.

Пэт встала с колен и почувствовала досаду. Вроде бы она за всех помолилась. В ненастную погоду она молилась еще и за людей, которые оказались на улице, но сейчас-то стояла теплая летняя ночь. Вздохнув, она снова опустилась на колени.

– Пожалуйста, дорогой Бог, если в капусте лежит младенец, пусть он не замерзнет сегодня. Папа говорит, что похолодает.

Всего через несколько дней в Серебряной роще поднялось какое-то беспокойство. Появлялись и исчезали таинственные бледные люди. Пришла тетя Барбара в новом белом переднике, как будто на работу, а не в гости. Джуди сновала туда-сюда, бормоча себе под нос. Папа бродил по дому как потерянный, звонил куда-то, запершись в столовой. Потом пришла тетя Френсис с Залива и зачем-то забрала Винни и Джо на выходные.

Пэт сидела у могилы Плаксы Уилли. Она возмущалась, что ее словно исключили из происходящего, не пускали к маме, которая весь день не выходила из комнаты. Поэтому Пэт сидела на кладбище с семейными призраками. Вскоре туда пришла Джуди Плам – такая торжественная и зловещая, какой смертная женщина быть не может.

– Пэт, золотко, ночевать пойдешь к дяде Тому. И Сид с тобой.

– Это еще почему? – спросила Пэт.

– У твоей мамы голова болит. В доме должно быть тихо. Доктор скоро придет…

– Маме так плохо, что ей нужен доктор? – испугалась Пэт. Неделю назад к маме Мэри Мэй вызывали доктора, и после этого она умерла.

– Не полошись, детка. К утру все у нее пройдет, но в доме должно быть тихо. Будь хорошей девочкой, беги в Ласточкино гнездо. Луна сегодня полная, самое время для капусты. Посмотрим, кто вас завтра дома встретит.

– Младенец, наверное, – небрежно сказала Пэт. – Если у мамы болит голова, зачем ей подсовывать новых младенцев?

– Она его долго ждала, возьмет на руки – сразу выздоровеет, – ответила Джуди. – Сегодня самое время, ты погляди на луну! В такую же ночь я тебя в капусте нашла.

Пэт неодобрительно покосилась на луну: та висела в небе огромная и красная, порядочные луны так не выглядят.

– Давай, беги скорее. Вот тебе ночная рубашка.

– Я подожду Сида.

– Сид ищет моего индюка, потом придет. Ты не боишься одна? Тут всего два шага, да и луна светит.

– Ты прекрасно знаешь, Джуди Плам, что я ничего не боюсь. Просто сегодня все какое-то странное.

Джуди ухмыльнулась.

– Известное дело, чары. В лесу сегодня уйма ведьм, но они тебя не тронут. Поднимайся, вот тебе изюм, ступай и не забивай себе голову.

Пэт неохотно отправилась в Ласточкино гнездо, хотя считала соседнюю ферму, где жили дядя Том, тетя Эдит и тетя Барбара, вторым домом. Джуди Плам к тете Барбаре относилась благосклонно, с тетей Эдит враждовала, а дядю Тома игнорировала. Он был старый холостяк, а Джуди Плам не одобряла холостяков. Если мужчина не женат, значит, из-за него какая-то бедная женщина осталась без мужа.