Чтение онлайн

Наконец прозвучала сирена, на ногах осталось двадцать участников, не успев удивиться, как организаторы так подгадали, участников разбили на пары. Дойлу попался худощавый с настоящей саблей, очередь номер семь. Пришло время перевести дыхание и понаблюдать за чужой смертью.

Из всех боев запомнились лишь парочка, когда какому-то парню размозжили голову, расколовшуюся как переспелый овощ. Второй же бой был между «умелым», так назвал бойца сержант, тот самый начинавший с осколком стекла, против худощавого участника с парой металлических прутов, заточенных по оба конца. Умелый ушел в оборону, отбивая сильные и частые удары противника. Прутья высекали искры на ноже умелого. Скорость была ураганная, у обоих бойцов возникли красные пятна на одежде. Финальную точку поставил умелый, замахнувшись для удара и в последний момент, отпустивший свой клинок полет. Тот вошел точно в сердце. Правилами это не запрещено, и толпа, оценив завершающий удар, заверещала в исступлении. «Не хотелось бы с ним встретиться в битве, но зная закон подлости, это так и произойдет» подумал сержант и приготовился к собственному бою.

Саблист начал крутить саблю над головой медленно ходя по кругу. Сержант не делал выпадов, понимая, что здесь все должен решить один удар. Того же мнения были противник. Пару ложных выпадов с каждой стороны не сделали настроения боя. Толпа заскучала и освистала сражающихся. Первым нервы сдали у саблиста, зрители взорвались, когда сабля сшиблась с обломком трубы. Как только сержант почувствовал, что давление на руки ослабляется, в тоже мгновение он выпустил трубу и схватил врага за руку державшую оружие, а второй рукой всадив клак глубоко под дых. Перехватив саблю, Дойл эфесом ударил в область виска. Противник обмяк, похоже, что умер, а иначе победу не засчитали бы. «Если организм крепкий, то через пару минут пульс нормализуется, надеюсь, догадаются завести сердце» подумал сержант, провожая взглядом людей уносящих поверженного, к которому, как только он покинул поле, бросилась женщина в слезах.

Осталось пятеро, сержант с саблей, умелый с ножом, громила с кувалдой, и двое с трубами. Предстояло коллективное испытание. Поговорить не было возможности, поэтому все просто встали в круг спина к спине в ожидании. Глашатай объявил, что на этот раз, для интереса зрителей припасено нечто интересное. Протяжно завыла сирена. Одни из ворот открылись и на арену выпустили три огромных волка, точнее нечто напоминающее это животное. Втрое больше обычного, мутированный зверь, имел огромные клыки на безобразной пасти, мощные лапы и торс не уступали Зверям демонов. Люди теснее сбились в кучу, пока животные наматывали круги вокруг, щедро обливая пол своей стекавшей, с оскаленных пастей, слюной.

По хорошему, против таких чудовищ, надо выходить, имея за спиной до зубов вооруженный взвод пехотинцев. Примочки умелого тут не пройдут, метнув нож, он оставит себя безоружным, а убьет или нет большой вопрос, кувалдой надо в ближний бой и наоборот один удар по черепу, но скорости у здоровяка не хватит. Саблей такую голову не перерубишь, а те с трубами вообще бесполезны, только для общего фона. Выходит, остается кровавое рубилово в комбинированном стиле.

Справа стоял умелый, поигрывая ножом, слева кувалда. Сержант указал на одного зверя и знаком объяснил, что хочет напасть на него втроем, трубам он показал прикрывать их. Все кивнули в знак согласия. Медленными шажочками отряд, не размыкая начла движение к ближайшему зверю. Волк остановился и оскалился, припадая на передние лапы, остальные два заходили за спину. Надо действовать быстро. Словно прочитав его мысли, единым движением умелый кинул нож и вогнал его точно в глазницу животине, раздался утробный вой, сержант двумя рывками подскочил и попытался воткнуть саблю в мягкую бочину, волк крутанулся навстречу и попал другим боком под подоспевший удар кувалды, переломавший ребра зверя. В миг замешательства, сержант что есть мочи вогнал саблю в тело волка. Животное захрипело, сделало прыжок в сторону и повалилось в конвульсиях. Остальные два зверя, кинулись на людей, что совсем неестественно для подобных животных, что еще раз подтверждало их лабораторное происхождение. Сержант и умелый кинулись к туше забрать свое оружие. Волки разорвали пополам одного с трубой. Второй успел отскочить, получив лишь глубокую ссадину на бедре. Кувалда развернулся и, забыв обо всем, бросился на волка перекусывающего бедолаге с трубой в горло, удар пришелся мимо, а в его ногу впились зубы второго зверя, вырвав приличный шмат мяса, упав набок, здоровяк выронил кувалду и, потеряв мужество, заскулил, оба зверя кинулись на трепыхающуюся жертву.

А вокруг бесновался народ. При виде кусков мяса и крови люди впали в безумство, истошные крики и визг, перекрывали крик умирающего здоровяка, пока его потрошили волки. Подоспели сержант и умелый, бросившись на одну цель. Дойла спасли доспехи, разорванные вместо его грудины, мощным ударом лапы, с тремя когтями. Вторая лапа не достигнув цели, упала обрубленная. В это время боец с трубой отбивался от наседающего второго зверя, все его попытки были тщетны, из-за раны и потери крови движения стали неуклюжими и медленными. Волк, не заметив, удара по черепу вгрызся в лицо бойца и откусил ему маску вместе с половиной головы. Умелый, улучив момент, когда волк занялся сержантом, подкрался сзади и, воткнув нож в бок, с усилием всего своего тела пропорол его, но попал в последний момент под клацнувшую пасть. Левая рука окрасилась в красный цвет, артерия и вены задеты не были, но зубы глубоко пробороздили мясо, оставив крупную отметину. Сержант видя, что волк повернул голову к умелому, воткнул клинок в шею. Волк был повержен. Сзади на Дойла упал большой предмет, придавив его к земле. Ухитрившись развернуться, сержант вцепился волку в шею, не давая клацающей пасти приблизиться к своему лицу и шее. Сила была чудовищной и больше нескольких секунд Дойл бы не продержался. Умелый собрав последние силы, уцелевшей рукой подобрав свой нож, бесстрашно бросился на противника. Волк попытался дернуться в его сторону, но тут сержант сдюжил и сдержал мощную голову и тело, молотящее его своими лапами и раздирающее броню в клочья. Этого было достаточно, чтобы воткнуть нож сверху в основание шеи. Противники повержены. Народ гудел, а вот сирены не слышно. Помогая друг другу, сержант и умелый поднялись и подобрали свое оружие в ожидании новых напастей. Вороты были закрыты, ничего не происходило, и тогда глашатай сквозь шум толпы объявил.

— Осталось два участника, финальная схватка началась, бойцы можете начинать.

Это подло во всех смыслах. Уставшие, еле стоящие на ногах, теперь противники встали в позицию. Сержант пытался не думать, что придётся убить человека только что спасшего ему жизнь. Отказаться он тоже не может, в этом случае нет гарантий, что умелый просто не воткнет в сдавшегося нож.

Припоминая все трюки, использованные умелым, сержант пошел на сближение, не давая противнику шанса метнуть свое оружие. Вновь зазвенел металл. Дойл видел, что рана и потеря крови ослабила противника, иначе не стоять сержанту живым. Надо было повторить прием с обездвиживанием и состоянием комы. Не успев среагировать на внезапный удар противника, сержанту оставалось наблюдать замедленную съемку: нож двигается по направлению к сердцу, тело поворачивается, но не успевает, лезвие вспарывает доспех чуть правее, чем надо. Сержант делает захват левой рукой, не обращая на нож режущий его плоть. На секунду удерживает руку умелого, а второй бьет набалдашником эфеса по виску. Противник оседает, но сознание не теряет, извиваясь по земле, он пытается отползти. Сержант сапогом выбивает нож, а вторым наступает на грудину, острие его сабли замирает у кадыка врага. Он не может его убить. Тянутся секунды. Зрители в недоумении. И тут раздается голос Короля:

— Сержант Дойл, вы были превосходны, но давайте сделаем игру еще интересней, привести заключенных, а вы маски долой.

Сержант убрал саблю, ворота открылись и на поле ввели связанных Эрику и доктора Рид, охранники остановились в пяти шагах от дерущихся. Девушек поставили на колени и к затылкам приставили винтовки.

Срывая маску, Дойл прокричал: — что это еще за шуточки, я победил!

— О, да ты победил мистер Дойл, предлагаю тебе еще раз подумать с выбором желания.

— Сер-жант, — сзади раздался до боли знакомый голос, обернувшись, Дойл покрылся потом, тот с кем он дрался и чуть не убил, оказался…Марк. Так вот что за козырь припас этот ублюдок.

— Что ты выберешь, спасти товарища, оставив жизнь, ведь правила все знают, проигравшему смерть, — при этих словах толпа возликовала. — Или же выручишь из беды прекрасных дам, напуганных и несчастных.

— А что насчет корабля? — Дойл не верил, что его губы это произносят.

— Желание одно, мистер Дойл, вот победите на планетарном соревновании, пожалуйста, такими бойцами не разбрасываются. Думай, но не слишком долго. Толпа не любит ждать.

Экстаз толпы достигал апогея, если сержант никого не выберет, король спустит толпу, которая разорвет всех на части.

Биение сердца, стук, еще один. Все перестало существовать, только мерные удары. Сержант ушел в себя. Постепенно пропал звук трибун, пропало все только сердце, а еще выбор. Сержант не заметил, как все исчезло, слишком сильно дума захватила его, не слышал, голоса Короля, и не заметил странный корабль, подлетевший к полю. Он упал на колени. Сила духа почти покинула это несгибаемого человека. Вдруг раздался взрыв, вернувший в реальность старого солдата. Дойл видел, как разнесло в клочья помост с королем и его приближенными. Корабль открыл огонь. Хаос и паника завладели этим местом, люди кинулись в поисках выхода, затаптывая менее удачливых. Вернувшись в себя, Дойл подбежал к Марку и помог ему подняться, охранники бросили девушек и поспешили укрыться. А судно делало залпы, но больше куда-то за арену, но, похоже, никто этого не замечал. Вот заработали две турели, теперь уже точно в сторону убегающих охранников. Не успев укрыться, на поле осталась четверо. Корабль приземлился, не переставая поливать пространство снарядами. Из открывшегося входного люка вышел мужчина с ярко красными волосами и расстёгнутым камзолом.

— Я всегда держу свое слово, мистер Андерсон, и да, вопрос, как удрать с этой планеты решён, благодаря вам, не люблю долгов. Прошу всех на борт, пока стража не пришла в себя, после моего эффектного появления.

Сержант посмотрел на Марка, тот кивнул, и компания быстро погрузилась на корабль, теперь уже капитана, Фигсли.

— Я так понимаю, вы друзья мисс Коваль и мистера Андерсона, из-за которых они рисковали жизнью?

— Да, вы правы капитан, давайте побыстрее уберемся отсюда?

— Не возражаю, куда держать курс?

— Пока, куда угодно, надо залечить раны.

— Адмирал, ты должен понимать, продать тебя выгоднее, чем помогать. — Полный мужчина с седыми волосами до плеч в солнцезащитных очках сидел на кресле посреди огромной летней беседки. Птицы пели во все голоса, журчали два фонтанчика, расположенный подле входа беседки. Причем оба источника были изготовлены из тончайшего прозрачного стекла и создавали иллюзию свободно текущей воды, не поддающейся законам мира. Зрелище завораживало, но собравшиеся внутри не замечали всего великолепия. Хотя и отметили, что пол из выложенный из отполированного белого камня отдавал прохладой, так не достающей в это время года на планете Архидон, небольшом спутнике газового гиганта, которому почему то таки не придумали единое название, в разное время его величали Трисш, затем Варнис, а сейчас Дарр, в обиходе можно встретить еще десяток названий планеты с огромным запасом низкообогащенного газа использующегося в дешевом промышленном оборудовании старого типа.