Чтение онлайн

— Претендент? На что?

— На многое, на свободу, на победу, твою победу, нашу победу, победу верхних миров, относительного добра или относительного зла, на поражение Принца. На мир.

Марк потихоньку впадал в ступор, а голова начинала раскалываться изнутри, и его неожиданный собеседник это почувствовал.

— Вижу, буду краток, повторюсь, на первый раз достаточно, если не побоишься вернуться снова, возможно найдешь, наконец, ответы на сокровенные вопросы и про отца и про себя, а теперь тебе пора обратно, сегодня я помогу тебе вернуться, чтобы ты второй раз не попал в яму Пустоты. И да, ты же понимаешь, что рассказывать своим друзьям об этом будет слегка… неразумно. Запомни будущий Лидер, я твой друг.

Путь обратно прошел легче, демон не обманул, «развоплощений» не повторялось. Очнулся Марк в каюте и сразу же забылся крепким сном, это краткое путешествие отняло все силы без остатка.

Пробуждение стало, по-настоящему, болезненным. В кору головного мозга впились миллионы крошечных шипов, при каждом движении, причинявших невыносимую боль. Мышцы, первое время не слушались, отказываясь даже пошевелить пальцами рук. Ночное происшествие, словно кошмар, впечаталось в памяти, каждым своим моментом, Марку не надо прилагать усилий, чтобы вспомнить все и прокрутить пару раз в мозгу, никакая другая мысль, опасливо, не приближалась в сознание. Только вопросы, целый сонм, и ни один из них, не спрашивал про реальность произошедшего. Этот факт, как чувствовал Марк, неоспорим.

Кто же был этот демон, который как в сказке обещал дать ответы на Главные вопросы его жизни, новый вид псиоников? Заманивающих свою жертву и гасящих фитиль сознания навсегда? этот демон ЗАГОВОРИЛ, что совсем выбивалось из рамок представления о демонах и их схожей братии. Но убить Марка было просто, ведь демон сам помог выбраться из «ямы».

Похоже, мания величия была здесь непричем и за ним, действительность открыто заявляла о тотальной слежке за ним. Однако, Что то требовалось от него демонам, что пытаются заполучить, разные «группировки», кукловоды через людей, а теперь «загадочный друг». Марк понимал, что все его мысли открыт как на ладони. Словно реалити-шоу длинной в жизнь, кстати. Марк слышал о таком, говорили, что проект длился более 30 лет, один из участников даже успел стать дважды дедушкой, по возрасту и по статусу.

Вдохнув, так что грудь чуть не порвалась от натуги, он резко выдохнул и заставил себя сесть. Ему почудилось, как тело разорвали на куски, а потом клеем соединили вновь. Надо выдворить все из головы и размяться, так станет лучше.

Спустя сто пятьдесят приседаний и пары десятков упражнений на скручивание, боль и оцепенение понемногу отступили.

Марк старательно гнал от себя прочь одну мысль с предательским содержанием, демон упомянул его отца, больная тема, знал, куда бить наверняка, что давало основание интерпретировать его добрые намерения. Тьфу, надо выкинуть это из головы, сначала их миссия, а там по пути приложится.

— Слышишь меня демон? — глупо, но у Марка просто вырвалось, естественно ему никто не ответил.

Умывшись, он решил прогуляться по кораблю, а заодно и позавтракать. Общие каюты пока были пусты, сержант поставил автопилот и тоже спал у себя. Очень хотелось рассказать друзьям, о ночном происшествии, посоветоваться, что делать дальше, единственным человек был Дойл, но демон сказал никому не говорить? Не с тем ли смыслом, чтобы Марк сделал все наоборот и быстрее побежал бы рассказывать? Впрочем, все равно, а сержант обязан знать об этом, при любом исходе. Он присел за стол с чашкой сладко дымящегося напитка, успокоился, выкинул из головы, наконец, все мысли и освободившееся пространство, в мрачной торжественности, заполнила пустота. А за этим состоянием жертвы, постепенно плелся липкий и холодный страх, унылая грусть и великое множество мелких ипостасей ощущения отрешенного одиночества. К чему все это? Что же движет еще совсем молодое и полное жизни тело к истязанию, к тяготам и лишениям войны? Отчего ему, например, не быть земледельцем? Или на худой конец офисным работягой, что живет своими радостями и невзгодами, ждет приближения выходного и прибавки кредитов к зарплате? Рядом вся семья, мама (отцу, к сожалению, даже в мечтаниях не было места), жена и дети, праздники с улыбками. Нет, даже несмотря на возможность счастливой жизни (Эрика, конечно же, она! наверное), было еще что-то притягивающее к себе, но не как к желаемому, вожделенному кладу, а словно мотылька на огонь в летние ночи, нечто, что заставляло хвататься за обжигающий прут и не отпускать, до конца, последнего и бесповоротного.

И в этот момент, вошла, чуть потягиваясь Эрика, но увидев Марка, тут же смутилась, щеки залил мягкий румянец.

— О, извини, кажется, я помешала тебе, я только возьму воды, — девушка схватила стакан, но потом медленно, что то стала искать на полке, явно ожидая от Марка действий.

Он понял это, и, превозмогая потоки стеснительности, он даже открыл рот. И закрыл, но потом как ужаленный выпалил, что то нечленораздельное.

Эрика фыркнула от этого мычания и тут же зажала себе рот ладошкой, испугавшись, но в следующий миг не в силах сдержаться залилась звонким смехом.

Пустота в душе стремительно рассеивалась, уступая чему-то новому, теплому, волнительному. Одиночество в ужасе, сверкая пятками, бросилось прочь, но вот чувство обреченности лишь обманчиво притупилось, в ожидании своего часа, когда оно вернется и с утроенным пылом одержит победу в его внутренней войне. Но до этого еще далеко или не слишком близко, уж точно.

После этого стало совсем легко говорить, обо всем. И они разговаривали, об Эрике, о ее родителях, о Марке и его Маме. А потом просто и непринужденно болтали обо всем на свете, конечно кроме того что хоть как то соприкасалось с демонами, их целью и вообще, что могло бы прервать этот крайне приятный разговор.

В это время сержант лежал на своей постели, заложив руки за голову, в которую лезли совсем не веселые думы. По всей галактике зарождался хаос, настоящий, первородный. Хаос, чья волна грозящая своим прибоем смыть устоявшийся порядок жизни во вселенной, словно песочный замок. В большинстве случаев, после отлива, на месте прекрасного замка остается лишь песок — чистый материал, ждущий руки нового скульптора, будь то не смышлёный малыш, или же просто любое создание способное оставить след на этом берегу.

Вот так просто становиться «материалом» он не хотел. Несмотря на неплохие задатки гуманитарного склада, он оставался в сержантах большую часть жизни, только потому, что, именно здесь оставаясь свободным, но уже обличенным неким авторитетом можешь воплощать свои принципы, и по-настоящему бороться за «мир во всем мире». А сейчас… бороться надо, но с кем? Точнее с кем первым? Да так чтоб не прогадать и главную заразу вон. На ум сразу приходили демоны, но это ведь не просто звери, а сверх умные и хитрые бестии. Зародыши гражданской войны только на руку этим тварям, как там? Разделяй и властвуй? Лучше и не придумаешь, две сильнейшие державы вовлечены в войну, а одна из них еще и пожирает себя сама. Но сержанта не покидала мысль, он упускает детали, нечто важное, вот уже вертящееся на языке, но не желавшее обретать материальную оболочку. Надо бы перетереть с Марком. Он парень смышленый, да и стойкий не по годам, сколько перепало на их долю за пару недель? Да еще и узнать что ты подопытная мышь. Думается, что по пути надо заглянуть к военной разведке, на пироги. Этим прохвостам обязательно известна ситуация в мире. Сержант сел на кровати, промедление длиной в минуту, неприемлемо. Дойл не умел ждать. Пора обсудить все с Марком. Выйдя из свой каюты, Дойл услышал, как Марк и Эрика смеются вместе над несмешным анекдотом парня. Сержант ухмыльнулся, секундой позже, сжав кулаки. Пропали все пропадом, все эти противоборствующие силы, Андерсон мог быть просто хорошим солдатом, уходить в увольнение к Эрике, жить полной жизнью, а вместо этого, бесправным беглецом путешествует по галактике. Надо кончать с этим, и быстро.

Нарочито громко кашлянув, сержант вошел в кубрик.

— Как спалось Эрика? Хорошо, вот и славно, не могла бы ты…

— Да сержант, пойду, проведаю доктора Рид. — На прощанье она улыбнулась Марку, так что у того кровь огненным фонтаном понеслась по всему телу от сердца.

— Сэр, вы хотели поговорить со мной о демонах?

— О них тоже. — Сержант налил себе кружку обычного кипятка и сел напротив солдата.

— Сэр, тогда позвольте мне первому, — Андерсон в нерешительности захрустел костяшками, ведь если он расскажет о его ночном путешествии, узнает тот, за барьером, да и как сержант это воспримет, но… — Сэр, со мной случилось одно происшествие в эту ночь.

Марк начал быстро пересказывать ночной поход, пока решимость не оставила его. Чем больше рассказывал, тем отчетливее становилось ощущение правильного решения, но все же реакция Дойла его обескуражила.

— Вот оно! — хлопнув и потерев ладони, вскочил с места сержант. — В этом есть смысл.

— Но…вы не считаете, что это, ловушка?

— Возможно, но скорее тебя хотят использовать, это нам на руку. — После этих слов брови Марка поползли еще выше.

— Сам подумай, все эти случайности перестают быть просто чудом или таинственными знаками свыше. Даже если у твоих «друзей» есть собственные планы, это в какой-то мере прикроет нам тыл, но и это не главное. У демонов свой разброд. Собственная гражданская война или нечто подобное.