Чтение онлайн

Может, это и не совсем правильно, но «Таков мой девиз!», — как говаривал майор Нуррулин, зампотех «отдельного батальона спецназ» типа «А», в котором я в течение двух лет отдавал свой сыновий долг родине-матери. Той еще, советской.

Где-то в конце горбачевской перестройки, ближе к началу ельцинско-гайдаровской шоково-терапевтической демократии, после неудачных попыток перестроиться в своей профессиональной сфере, я скатился в мелкий бизнес: и обувью спекулировал, и тушенкой и скважины бурил. О, боги, чем только я не пробовал заниматься в то время, чуть было в учителя географии не подался, калечил бы сейчас нежные детские души!

Ощутимой прибыли эти коммерческие проекты мне не принесли. Скорее, наоборот. Но на пропитание как-то надо было зарабатывать. В самом деле — не подыхать же с голоду из-за этой катавасии.

Долго ли, коротко ли — набрел я на идею проката видеокассет и, что удивительно, покатило.

Как я начинал заниматься видеопрокатом, не имея для начала за душой ни копейки, ни рубля… Да у нас дома даже телевизора не было! Сейчас и не помню, почему его не было, но — точно, не было!

О, мой прокат! Это отдельная тема для эпической поэмы. Это триллер, боевик, драма и комедия вместе. Очень все забавно начиналось.

А к тому времени уже и жену с работы выгнали за ненадобностью последней, а дети, наоборот — подросли, повзрослели, и аппетиты их улучшились. Вовремя я с этим делом, с прокатом, успел.

В общем, раскрутились, помаленьку и денежка появилась. Не так чтобы очень, но получше, чем было. Вернее, даже гораздо лучше, чем при большевиках на должности геолога с окладом сто пятьдесят рэ в месяц.

Вначале сами в своем прокатике с женой сидели по очереди, потом приемщиц наняли. С милицией частным порядком отношения неплохие наладили, с местными бандюганами договорились.

С государством сложнее все… С ним почему-то всегда сложно, с государством. Особенно с нашим, с расейским. С одной стороны, вроде теперь все стало «можно», с другой — по-прежнему «ни-з-зя-я». Но прожив в этом… м-м-м… государстве лет сорок, становишься немножко «Штирлицем» и где-то даже «Рамзаем». Почти как в тылу врага, только шифровки некуда передавать.

Так и тянулось все помаленьку, без больших эксцессов и нервных стрессов.

Но!.. Какая сволочь подсунула мне эту кассету в прокат в виде залога я, наверное, так никогда и не узнаю. Метафизика. Запредел. Прямо — как кирпич на голову.

А система у нас простая, как говаривал Инопланетянин в «Кин-дза-дзе», — нажал на кнопку, и… Короче, меняем услуги на деньги.

Разумеется, никакой порнухи не держим. «Нафиг, нафиг закричали гости…» И так забот хватает — больше трехсот кассет на полках. Поди уследи за всем. Да еще и залоговых штук пятьдесят болтается. А начни порнушкой промышлять, «озабоченых» как мух от помойки — не отгонишь. Короче, чтобы себе не создавать лишней головной боли и с властью не вступать в конфликт, — не держу я этот товар. Выдаем клиентам самые обычные преимущественно голливудские триллеры, боевики, комедии. Под залог, естественно. А залог за прокатную кассету берем деньгами или другой кассетой. По прошествии пяти суток с момента выдачи, в случае не возврата нашей кассеты, залог аннулируется.

Вот так вот и было. Выдали. Не возвратили. На шестой день аннулировали.

Зашел я вечером в субботу перед закрытием в свой прокат снять выручку, заодно и эту кассету залоговую забрал домой. Момент настал. Положил ее в карман и к дому: шлеп, шлеп, шлеп. Пришел. Еще раз посмотрел на нее. Кассета как кассета. Трехчасовка. Таких кассет я по пять-десять за неделю снимал! Обычное дело… На этикетке лазерным принтером красивенько так нарисовано: «Смертельное оружие — 2» с Мэлом Гибсоном и Дэнни Гловером, и мультики в добое. Пленку глянул — не заезженная. И нигде у меня ничего не шевельнулось, не предостерег меня внутренний голос: «Не бери в руки эту дрянь, брось эту пакость».

Вот так все и началось.

Сразу же решил и качество записи на пленке проверить, сунул в видак…

Кретин! Лучше бы я пальцы в розетку сунул!

Всю жизнь я, конечно, не вспомнил, не пронеслась она перед глазами, но въехал мгновенно, почти по первым кадрам — документы, документы, документы… И все с грифами.

Что такое «документы» да еще с такими «шапками», — я по прошлой своей работе знаю очень хорошо. Довелось мне как-то раз из-за одной «совершенно секретной» бумаженции стотысячного масштаба квадратный километр тундры по дециметру обшаривать. Дура девочка-практикантка лист карты случайно «потеряла».

Глянул я на экран и враз понял, что «попал», как сейчас среди «новых» принято выражаться. И не на деньги попал — гораздо хуже. Влип, впух, вляпался! Вычислят и «наедут», к бабке не ходи! Надо мне это? Да ни в коем разе!

В голове сразу же стали прокручиваться разные варианты, но суть сводилась к одному, к заветному ленинско-чернышевскому — что делать? А что делать? Как в том анекдоте: «…мебель, мебель выносите!»

Ладно, черт с ней с мебелью. Что у меня самое ценное, кроме чести, которую следовало беречь смолоду? Правильно…

Не спеша, без суеты и крика, начал собирать шмотки жены, детей — готовить к эвакуации. Легкую семейную панику по поводу, как моим вначале показалось, съехавшей папиной крыши, пресек быстро и решительно.

Жена у меня — золотко и умница, ее сильно убеждать и не пришлось, хоть и не видела того, что на кассете неведомый оператор запечатлел. Чуток, правда, глянула, но я почти сразу на «стоп» нажал и выпроводил ее из комнаты. В общем, за двадцать лет совместной жизни мы как-то привыкли доверять друг другу, и моих недолгих, но эмоциональных объяснений ей оказалось вполне достаточно. Она любую, даже потенциальную угрозу детям, воспринимает очень реально.

Решил ее с дочкой переправить к теще. Никаких предварительных телефонных переговоров, писем-телеграмм для тещи моей не потребовалось, не в другом городе живет.

Плохо, что свою «телегу» я в гараже частично разобрал. Пришлось подняться к соседу на пятый этаж — у него «москвичек» под окном стынет. Сосед — Серега — без лишних слов дал ключи от машины и еще на бумажке доверенность нацарапал. По нынешним временам для гаишников сойдет.

Жена — безработная, дочка — на каникулах, сын — на практике. В общем, часа за три я проблему решил. Развез своих.

Вернулся в опустевшую квартиру около одиннадцати вечера. Ключи от «москвича» сдал Сереге. Наплел ему басню про внезапно заболевшего двоюродного брата сестры жены золовки деверя.

В квартире было пусто и одиноко. Дверь и замки пока не взломаны. Значит, не добрались, гады. Может быть, зря я запсиховал? Напридумывал, занервничал, семью разогнал. Кассеты какой-то дурацкой испугался…

Черт его знает — может и зря, но береженого и Бог бережет, как говорит народная мудрость. Неведомы мне их игры, а что ведомо — оптимизма не вселяет. Возятся там, наверху, между собой, грызутся, постреливают. Серьезные люди. Суровые.