Чтение онлайн

— Мне показалась, что я видела остов илиоского военного судна. Я права? Я бы на него взглянула.

— Остов много сказать. Остался мало. Есть двигательная часть, есть командир часть, и живая комнаты с правой части и верхний крыл. Почти целый.

— На крыле есть правилы?

— Я не знать правилы. Что это?

— Это такие ммм… Ну, в общем, это плоскость, которая меняет форму крыла.

— Филоры (правила) тебе нужны?

— Эммм, не знаю…

Охранник ткнул пару раз в виртуальную плоскость и как бы развернул ее к Светику. В воздухе появилось изображение корабля. Кваг еще раз ткнул в воздух. Его конечности заканчивались четырьмя тонкими-тонкими тростинками, на кончиках которых было достаточно большие круглые подушечки. Механик успела рассмотреть, что когда подушечка попадает в виртуальную плоскость, на ней проецируется картинка или надпись. «Да я могла бы прочитать, что у него там есть. Обычно это невозможно. Такие пальцы — это исключение во Вселенной. А жаль, так бы не было тайн. Все знали бы друг о друге все. Не было бы войн, не было бы обмана. И…»

— Смотреть сюдя.

Светик вздрогнула: она опять улетела в мечты, когда нужно было быть внимательней. Это ее расстроило. Она закусила губу: «Теперь жди неприятностей. Так всегда бывает, сначала мечтаю, а потом жесть случается».

— Сюда смотри, — повторил охранник.

— Ага.

Механик 53-го увидела, что изображение в воздухе изменилось, корабль встал в проекцию «сверху» и на нем красным цветом замигали правилы.

— Это оно, мне это надо.

— Жаль, не продается.

— Почему мы не можем продать? Т. е. почему я не могу купить?

Гениальный план Светика пошел не в том направлении… Она не рассчитывала, что кому-то в Кали может понадобиться столь экзотичная деталь…

— Сегодня покупать. Я сам отгрузить. Может еще нужен что?

— Двигатель сам есть?

Охранник многозначительно кивнул, что смутило Светика. Этот жест редко встречается за пределами Илиоси.

— Это значит, да. Я научиться этому у одного капитана илиоского судна.

— Как зовут капитана?

— Он не представится, времени нет на мелочь.

— А что он сказать? — Светик, не замечая, начала копировать манеру квага.

— Ничего, только махнуть головой вниз и открыть дверь.

— А что быть потом?

— Не знать, но живым я его не наблюдать потом.

Светик мало что понимала, но к этому моменту они уже подошли к остаткам корабля.

От него, и правда, мало что осталось. Часть с двигателем сильно засыпало песком. Пробраться в нее стало возможно только через рубку. Если сейчас на 53-м нужно пройти два коридора, пищеблок и кают-компанию, прежде чем попасть в рубку, тут была сразу дверь, ведущая на мостик. Из проема им навстречу вышла дева. Ее кожа была серого цвета. Она тащила в руках кучу старого тряпья. Цвет его немного смутил Светика, уж очень сильно он походил на цвет постельного белья солдатских коек 53-го. Это осознание вызвало неприятные чувства у механика.

— Заходить тут и сразу направо вниз, — сказал кваг.

— Я знаю, — Светик быстро открыла массивную дверь и сразу повернула налево. В рубке было темно, свет пробивался через щели закрытых иллюминаторов. Светику показалось, что на капитанском месте кто-то сидит.

— Ты не туда, тебе назад. Ты влево, а нужно вправо! — прокричал охранник.

Некоторое время назад Светик обижалась на Наю, что та перепутала право и лево, сейчас это сделала она сама, и ей стало стыдно. Она поспешила исправиться и не стала разглядывать рубку. Пройдя два коридора и вход в жилой блок, она очутилась у двигательной части. Зайдя на палубу блока и вдохнув воздуха, она почувствовала себя уютно, очень спокойно, как дома, как на 53-м. Она пришла сюда за отводной трубкой привода, которая дала свищ на ее родном корабле и на которой теперь есть заплатка в виде головки акабоса. Корабль был построен явно по тому же проекту, что и 53, и движок был однотипный — это понравилось Светику. Она нашла инструменты там, где они хранились согласно штатному расписанию. Взяла пресс-ключи, нейтрализатор соединительных смазок и направилась к трубке. Ей и в голову не пришло, что это не ее корабль и она не обязана сама снимать нужную деталь. Работа механика была для нее так же естественна и легка, как сесть поесть.

Трубка была покрыта пылью, но Светик сразу разглядела на ней заплаты. Это ее расстроило, не это она надеялась увидеть. Но есть плюс. Ей говорили, что заварить вытяжные трубы нельзя. Их тянут на производстве, и вернуть им герметичность в других условиях невозможно. Она спорила и всегда это делала — это помогало, и система надолго возвращалась в работу. Но над ней смеялись и называли ее неумной самоучкой. А тут еще какой-то механик это делал. Не одна она была отступницей. Светик почувствовала, что где-то в космосе есть родная ей душа. Она смахнула пыль с трубы. На ней было две запайки. Одна большая прямо сверху, как облако с ножками. А вторая сбоку, в виде головки акабоса… С ушками и носиком…

— Как такое возможно, откуда? Это же моя работа… Что за… Не-не-не может быть! — Светик плохо себя контролировала — она говорила вслух. Ее руки начали трястись. В районе груди стало тяжело и что-то сильно колотило в висок. — Это невозможно! Я, наверное, сплю! АААААА!!! — она закрыла глаза, немного подалась назад. Сделала три глубоких вдоха и снова посмотрела на трубу. Она была рационалистом и приняла решение. Форма заплаты могла повториться. Это совпадение.

Механик 53-го начала рассматривать помещение, где находился двигатель в поисках спасительных отличий. 53-й был не первый в своей серии. В двигательной части инженерами была предусмотрена комната отдыха, точнее, это было спальное место дежурного механика, ведь Светик была единственным механиком на корабле, несмотря на штатное расписание, где требовались механик, младший механик и помощник механика. Но 53-й был в первую очередь разведывательным судном, два других места были отданы десантникам. Начальство решило, что так полезнее для их миссии. Светик просто перебралась из общей жилой зоны, где ей было некомфортно, в комнату отдыха. По первости это была как бы отдельная каюта. Но она была фанатом своего дела, и очень быстро все изменилось. Было принято решение, что нужно установить систему подачи твердого холодного топлива в двигатель. Капитана она так же быстро уговорила. Работы, конечно, пошли медленнее. И самой обидной, но оправданной для Светика жертвой стал снос ее комнаты отдыха. Уже не первый рейс она жила в углу за двигателем. Там было более или менее скрыто от посторонних взглядов, тепло, и Светик всегда слышала, как работает ее подопечный, как переключаются реле, функционируют полупроводники, как идет газ по трубам. Чтобы было веселее, она развесила красивые виды Илиоси, которые снимала для себя во время своих путешествий по родной планете, когда команда припланетивалась (восстанавливалась после долгих полетов).

Светик на немного ватных ногах обошла движок, вроде все, как и на любом корабле. Показалось — убеждала она себя. Пока не завернула. Там на стене она увидела розово-фиолетовое небо над вулканом Ясуо-Ка, лиловые от цветущей лиапии (дикорастущие лиловые цветы на Илиосити) поля, белые горы Корды, и наконец, белые цветы дерева акура, которое растет под окном ее квартирки в районе реки Сиа на родной Илиосии. А на полу лежал плед, связанный когда-то давно ее уже покойной мамой… Рационалист в Светике тоже резко умер. Ничего не понимая, она начала сильно кричать. Топать ногами. Потом резко замерла. Глаза ее были полны слез и ужаса. Она резко развернулась и бросилась бежать со всех ног. Благо тело помнило все ступени и повороты, по которым ходило. Механик 53-го выбралась из двигательной части, пронеслась через жилой сектор, пролетела несколько лестниц. И лишь при входе в рубку, как всегда, запнулась за высокий порог двери. Скорость была высока, и Светик проехалась вперед по полу. Она немного полежала, осознавая, что она в рубке, медленно поднялась и осмотрела мостик. В кресле капитана кто-то был. На трясущихся ногах, с большим трудом, Светик подошла сзади к креслу. Рукой дотронулась до края спинки. Кресло щелкнуло и резко развернулось. На нем когда-то сидел высокий член команды. Он по-прежнему был в форме, но его ноги и руки были отгрызены, а все остальное высохло. Лицо мумифицировалось и смотрело на механика 53-го пустыми глазницами с широко раскрытым беззубым ртом. На форме еще сохранилась нашивка с указанием звания и фамилии. Там было написано: «Капитан 1-го коита Анлути Кванг».

Светик закрыла лицо руками, но продолжала смотреть сквозь пальца на мумию любимого капитана. Она бы несомненно упала и умерла тут же, но ужас, сковавший ее тело, удержал ее вертикально.

— Аао… рт. ээ…а…ой…ааааой, — несвязно лепеча, очень медленно выходила механик погибшего корабля.

— Что не так?

— Там труп. Там труп. ТАААМММ ТРУУУП!!! — прорезался голос Светика.

— А, труп, ну зачем тебя меня пугать. Мертвые не нужен бояться. Они мирный.

— М-мирный? — Светик посмотрела вокруг. Спокойствия охранника она не разделала, ей нужно было бежать отсюда, быстрее в док… Где стоит целый 53-й и все живы.

— Я ухожу!

— А платить!

Светик вздрогнула. Она вспомнила о Нае, которая еще ничего не знает. Она прикрыла губы рукой. Ей стало стыдно за свое поведение, она забыла, что пришла не одна и почти поддалась панике, почти все бросила.

— Иди платить. Да, иди меня платить! Веди меня платить! Ну, давай-давай, шустрей!! — и Светик рванула вперед.

— Стоять! — одернул ее охранник и уже спокойным голосом добавил, — нам в другую сторону, — и он указал на соседний проход.

Капитан Кванг быстро собирался. Задерживаться на Кали у него не было ни малейшего желания. Он отлично понимал, что это за место, где они приземлились. В любой момент к ним может нагрянуть вооруженная толпа и попросить оставить корабль. Его корабль!

Док, что он выбрал, когда-то давно посоветовал один нордиец. Он когда-то летал на небольшом грузовом судне, перевозил минерал с первой планеты и так познакомился с хозяйкой дока. Когда-то она приехала сюда с мужем, они вместе держали док, но потом произошла какая-то стычка с охраной рудников. Мужа сильно ранили, и он вскоре умер. Жена сохранила бизнес, слыла самой честной ремонтницей во всей системе.