Чтение онлайн

Тут-то собравшиеся офицеры и поняли проявившийся нюанс.

А первым откликнулся всегда хорошо ориентировавшийся в подобных щекотливых ситуациях, уже чуть захмелевший, но всегда державший нос по ветру, случайно зашедший на огонёк их полковой адъютант, штабс-капитан Борис Зиновьевич Цихоцкий.

– «Да, господа! Ведь среди возвращённых жителей Пруссии нашлись шпионы и диверсанты! И нам пришлось некоторые семьи уже по-настоящему выгонять из их домов! – вдруг вспомнил он – Да, и я, господа, прекрасно это помню! – продолжил осведомлённый адъютант – Да что там? Вот этот приказ как раз у меня здесь, в кармане – полез он в нагрудный карман, доставая изрядно измятый листок, и громко зачитывая:

– «Ввиду явно враждебного к нам отношения немецкого и еврейского населения, удалять всех жителей мужского пола рабочего возраста вслед за отступающим неприятелем, тщательно осматривая госпитали, больницы, поручая это дело офицерам, объявлять военнопленными всех находящихся там здоровых и отправлять их немедленно в тыл. Излишек собранных или обнаруженных в складах запасов выводить в Россию, имущество частных лиц, проявивших враждебные действия против нас уничтожать немедленно».

– «Так что, штабс-капитан, и вам, видимо, пришлось изрядно потрудиться!?» – со скрытой иронией обратился к штабс-капитану Цихоцкому капитан Успенский.

Но тот промолчал, недобро сверкнув своими серыми очами. Некоторые офицеры что-то тихо пробубнили, другие же молча и понимающе переглянулись.

– «Ну, всё, господа офицеры, пора и честь знать! Расходимся по вверенным нам подразделениям!» – закончил стихийный пикник старший по званию – командир их 4-го батальона подполковник П.И. Красиков, и офицеры разошлись спать, ведь завтра их ждали новые испытания.

Теперь основные силы 1-ой армии Ренненкампфа были направлены не навстречу 2-ой армии Самсонова, а на отсечение Кенигсберга, где по предположению командующего фронтом укрылась часть 8-ой армии, и на преследование «отступавших к Висле» немцев.

В то же время и командующий 2-ой армией А.В. Самсонов, в свою очередь, решил перехватить «отступавших к Висле» немцев.

Он настоял перед командованием фронта на перенесении главного удара своей армии с северного направления на северо-западное, что привело к тому, что русские армии стали наступать по расходящимся направлениям и между ними образовалась огромная брешь в 125 километров.

Получилось так, что в этот период и Ставка Верховного Главнокомандования и командующие фронтом и армиями принимали решения, не основанные на реальной ситуации, что позволило противнику беспрепятственно перебросить большинство своих войск против 2-й армии, оставив против 1-й армии лишь незначительные заслоны.

Теперь немцы смогли полностью сосредоточиться на действиях против 2-ой русской армии, и в период 13–17 августа нанесли ей поражение в сражении при Танненберге.

Трагичной оказалась и судьба её командующего – пятидесятичетырёхлетнего генерала от кавалерии Александра Васильевича Самсонова.

Ещё будучи руководителем военного училища, он запомнился юнкерам образованным военным, образцовым командиром и справедливым администратором, непримиримо относящимся к неуставным взаимоотношениям и другим нарушениям воинской дисциплины и христианской этики.

В войне с Японией командир Уссурийской конной бригады генерал-майор А.В. Самсонов приобрёл репутацию идеального кавалерийского командира. Проявив себя во многих победных боях, он вскоре возглавил Сибирскую казачью дивизию, с которой также одержал множество побед, получив чин генерал-лейтенанта.

После войны с Японией Александр Васильевич был начальником штаба Варшавского военного округа, наказным атаманом Войска Донского, Туркестанским генерал-губернатором и командующим войсками Туркестанского военного округа, войсковым наказным атаманом Семиреченского казачьего войска.

Будучи генерал-губернатором Туркестана, Самсонов, как талантливый администратор, наладил мирные отношения между русскими и местным населением, активизировал просветительскую деятельность, содействовал развитию хлопководства, водоснабжения и орошения земель края.

В 1910 году ему было присвоено звание генерала от кавалерии. Летом 1914 года Александра Васильевича вызвали в Варшаву из отпуска, который он проводил с семьёй на Кавказе, и назначили командующим 2-ой армией.

Ещё 19 июля в Варшаве А.В. Самсонов встретился с командующим Северо-Западным фронтом генералом от кавалерии Яковом Григорьевичем Жилинским, который посвятил его в план предстоящих действий 1-ой и 2-ой армий при осуществлении наступательной Восточно-Прусской операции русской армии.

Понимая всю сложность, пока неподготовленность и опасность задуманной операции в Восточной Пруссии генерал от кавалерии А.В. Самсонов всё же счёл своим долгом её осуществить.

Получив директиву о скоропалительном наступлении его армии, он вышел от Главнокомандующего фронтом в весьма подавленном и даже в упадническом настроении.

23 июля прибыв в свой штаб в Остроленке, вступивший в должность командующего 2-ой (Наревской) русской армией, Александр Васильевич Самсонов медленно опустился на стул и, молча посидев минуту, закрыв лицо руками, удручённо произнёс начальнику штаба:

– «Мы с нашей армией предназначены на роль жертвы. Это моя Голгофа».

Ведь этот мужественный человек уже ясно осознавал сложившуюся вокруг его армии ситуацию.

Но, преодолев мрачные предчувствия и тяжкое осознание возможной предстоящей гибели, опытный командир нашёл в себе силы, поднялся, перекрестился и отдал необходимые распоряжения о роковом для своей армии наступлении, в провале которого он был заранее уверен.

И он сам, и его ближайшие подчинённые, начиная с начальника штаба армии, начальники оперативного, разведывательного и отделения связи служили перед войной в разных местах, и не имели той спайки командиров, которая необходима на войне, особенно в первых боевых столкновениях.

Начальник штаба армии генерал-майор Пётр Иванович Постовский был назначен на свой пост лишь 6 августа с должности начальника 1-ой Кавказской стрелковой бригады, которой командовал чуть больше года. До этого он занимал должность генерал-квартирмейстера (начальника снабжения) Варшавского военного округа. Так что хотя бы с театром предстоящих военных действий был знаком.

Состав высших чинов армейского управления 2-ой армии был подобран крайне неудачно. Не только у начальника штаба армии, но и у четырёх из пяти начальников штабов корпусов не было боевого опыта. К началу операции они не участвовали ни в одном сражении.