Чтение онлайн

«Возсияй в сердцах наших, Человеколюбче Господи, Твоего Боговедения нетленный свет, и мысленныя наша отверзи очи, во евангельских Твоих проповеданий разумение, вложи в нас и блаженных Твоих заповедей страх, да плотския похоти вся поправше, духовное жительство пройдем, вся, яже ко благоугождению Твоему и мудрствующе и деюще. Ты бо еси просвещение душ и телес наших, Христе Боже, и Тебе славу возсылаем со Безначальным Твоим Отцем и Всесвятым и Благим и Животворящим Твоим Духом, ныне и присно и во веки веков, аминь» (Псалтирь, молитва по 11-й кафизме).

Май 2006 года

Летит время… Избитая фраза. Часто повторяет ее каждый из нас. Большинство не задерживается на глубинном смысле ее в силу многих причин – молодости, склада ума, обстоятельств. Только подходя к последнему порогу на своем пути, человек начинает осознавать цену времени, своих деяний и неизбежность воздаяния за них. С юных лет мы знали известную фразу, что жизнь прожить надо так, «чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы». Эта идея принадлежит не большевикам, а идет из глубины древности и затрагивает самую суть и смысл существования человека на земле. Задайте себе вопрос: «Зачем мы все живем?» Неужели только сытно поесть, крепко попить да сладко поспать, а потом со страхом уйти в небытие? Любое здравое рассуждение приведет к выводу, что здесь что-то не так. Должно быть в человеке нечто более высокое, нежели только тело, возвышенная сущность – душа, дух. Ну возьмите хотя бы совесть. Бессовестными люди не рождаются, ими становятся. Даже отпетые негодяи не могут отрицать наличия особого гласа, идущего изнутри человека. А глас этот взывает к правде, истине, справедливости, к тем высшим ценностям, которые отрывают человека от животного мира и возносят к небу.

Дорога жизни. Путь длиною в жизнь. Почему так говорят? Ведь не всегда человек идет ровной дорогой, вдыхает полной грудью аромат полей и лесов. Чаще же этот путь и дорогой назвать нельзя – сплошной бурелом житейской чащи, а то и болотное хлюпанье. Однако все, ну почти все, начинают с ровного места на прямой дороге, а тем не менее большинство оказывается на обочине. Если человек к концу жизни вольно, то есть после определенных усилий, или вроде бы случайно оказывается опять путником, он обязательно оценит разницу и задумается. Жаль, что в наш сложный век надобится иногда целая жизнь, чтобы понять неотвратимость воздаяния за временное или окончательное покидание светлого коридора Божиих заповедей. Сколько же впустую, а чаще во вред себе тратится сил, времени, здоровья, чтобы понять эту простую истину!

Беда надвигалась постепенно. Сначала на фоне недолеченного гриппа развилась мощная простуда, потом настигло воспаление легких с плевритом, которое в сельских больницах купировать не удалось. Смерть уже стояла рядом. Я отдал последние распоряжения, где и как похоронить, попрощался с близкими и приготовился к неизбежному концу. Однако стараниями жены и друзей меня смогли перевезти в Москву. Там лечение пошло эффективно, и через полтора месяца я был на ногах. Правда, еще стоял вопрос об операции, поскольку не поддающийся лечению «уголок» давал о себе знать. Теперь нельзя было париться в бане, вообще перегреваться, простужаться, все время нужно было быть начеку, контролировать себя и беречься. И как только ослабевало бдение, тут же поступал предупредительный звонок.

Ежедневная суета, как топкое болото, засасывает человека, не дает ему оглянуться назад, оценить пройденный путь, не дает и посмотреть вперед, различить ориентиры в тумане. Больничная койка – хорошее место для размышлений, особенно если ты постоял на краю пропасти и успел заглянуть в нее. Можно невозбранно плыть по прожитому, собирая, сортируя свои деяния, раскладывая их по полочкам, составляя прейскурант. Потом, если выбрать наиболее заметные события, плохие и хорошие, получится панно, вполне равновесная картина, и в ней ничто не отягощает взгляд. Не знаю, как у других, но я получал за свои дела быстро, почти без задержки, и это позволяло связывать свои деяния и последующие события тонкой, но прочной ниточкой. И только на больничной койке набор этих цветных ниточек позволил соткать красочное полотно жизни.

Древние говорили: «Когда созреет ученик, придет учитель». Не обязательно это случится буквально. Человек может наткнуться на нужную книгу, встретить интересного человека, услышать обрывок фразы, которая ляжет недостающим звеном в цепи размышлений. Несомненно одно – это станет ступенькой на выбранном или предложенном пути.

Видно, я никак не мог «закусить», чтобы гайка уверенно пошла по резьбе, и Господь послал мне человека. Решил я после значительного ремонта деревенского дома освятить его. Обратился по этому случаю к настоятелю петушинского храма отцу Андрею, и тот, выяснив местоположение, отправил меня к иеромонаху Афанасию, который проживал недалеко от меня.

После чина освящения, слово за слово, разговорились, и батюшка остался. Он никуда не торопился, треб в тот день не было. Мы проговорили несколько часов. Была какая-то взаимная тяга к общению, и тридцатилетняя разница в возрасте не стала помехой. Отец Афанасий оказался весьма начитанным и, несмотря на отсутствие специального образования, хорошо ориентировался в богословии. Мы поднимали различные темы, подходили к ним с неожиданных ракурсов. Потом наши встречи продолжились. Если погода позволяла, много бродили в тихие вечерние часы по пустынным улицам, проселкам, полям. Не все вопросы можно было разрешить в таких беседах, но они постепенно таяли в прочитанных книгах, которыми в избытке снабжал меня отец Афанасий. Читал я с огромным интересом, читал и впитывал. Все отрывочные знания, когда-то полученные по жизни, постепенно стали связываться воедино, начали проступать контуры того великого, ради чего и живет человек, весь смысл его земной жизни.

Известно, что Бог дал человеку разум, свободную волю и бессмертную душу, и ему уже с момента рождения ставятся посильные задачи, которые со временем усложняются. При решении каждой задачи вокруг человека находятся люди, адекватные данной ситуации, поскольку каждый из них по-своему может влиять на решение. От того, как человек оценит и обработает поступающую к нему информацию, и зависит движение человека – вверх, вниз или топтание на месте. Посмотрите вокруг себя, кто они – ваши близкие, что для них дороже – благоухание души или смрад телевизионных передач, звезды на небе или «звезды» ядовито-голубого экрана, сделайте необходимые поправки, учтите девиацию компаса.

На Руси испокон века по субботам парились в бане, омывали тело, счищали недельную грязь. В воскресенье на литургии отмывали душу, совершали великий труд покаяния, счищали с себя грехи. Покаяние есть основа всего движения вперед и вверх, без него оно невозможно. Невоцерковленный человек как бы постоянно падает, и у него совсем немного времени, чтобы спастись. Сначала он должен осознать свое падение, а потом грамотно остановить его, не погибнуть. Здесь полная аналогия с парашютистом, когда он идет на задержку раскрытия в свободном падении, и не важно, 10, 20 или 30 секунд. Поскольку времени немного, нужно четко знать, как вести себя в этой опасной ситуации. Парашютист должен твердо усвоить три кратких правила, которые основаны на печальном опыте других. Первый раз я услышал их от Инны Захаровой – летчицы и парашютистки. Мы с ней примерно в одно время, в 1965 году, получили звания мастеров спорта: она по парашютному, я – по самолетному, и относились друг к другу с большой симпатией. Я использовал любую возможность «сходить» на задержку раскрытия, проверить себя в экстремальной ситуации, оценить свои чувства и мыслительные способности. Мне повезло тем, что я мог получить консультацию у опытного человека. Инна сама была ученицей известного парашютиста Ивана Ивановича Савкина, который первым в мире выполнил 5 тысяч прыжков, а тогда он готовил команду парашютистов ВВС. К тому времени я имел некоторый опыт «парашютиста», и мне уже доверяли ручное раскрытие парашюта. Слово «парашютист» я взял в кавычки потому, что парашютистом можно назвать только такого спортсмена, который в свободном падении владеет своим телом, мыслями и чувствами. При оставлении самолета над человеком довлеют инстинкты и рефлексы. Например, рефлекс упереться рукой в струю воздуха за бортом. А это чревато большой опасностью. Если правая рука лежит на запасном парашюте, а левая вытянута, сразу после прыжка (с левого борта самолета) человека начинает крутить, а при ручном раскрытии и кувыркать. Это может привести к большим неприятностям и даже трагедии при самом раскрытии парашюта. Но даже если парашютист отделился правильно, но не прогнулся в падении, его все равно может закрутить, поскольку положение фигуры неустойчиво – центр тяжести выше центра давления. Одновременно важна и симметрия положения рук и ног. В общем, тут целая наука, а Инна сказала только несколько слов: «Как высунешься, режь поток плечом. После отделения делай крест (то есть рука – продолжение ноги). В падении думай, что у тебя мал прогиб». Смотрите, как все просто, четко, лаконично. Это позволило мне сэкономить уйму времени в постижении данной науки, и при отделении от самолета я сразу уверенно вставал на поток. Так и в постижении науки о покаянии нужно всегда помнить о кресте и что у тебя «в падении мал прогиб», что ты несовершенен и тебе еще надо много работать над собой. Это позволит не совершить ошибки, не закрутиться и не погибнуть, когда есть прекрасная возможность спастись через крест.

Все мы плывем по бурному морю жизни вроде бы и вместе, а по сути, в одиночку. Каждому дано в жизни решать свои задачи, каждому самому принимать решения и держать за них ответ. Последние годы я продирался через буреломы своей души. За плечами был обрыв пропасти, когда в тяжелой болезни я совершенно явственно за спиной почувствовал ледяное дыхание смерти, потом медленное выздоровление и наконец ощущение выхода в какой-то новый для себя мир иных душевных измерений, новых выводов и установок. Все болезни человека происходят от неотданных духовных долгов, нерешенных задач на этом уровне, невычищенных уголков души, куда он, часто того не ведая, не пускает недремлющее око совести. Однако нет худа без добра – со скорбями всегда обретается и новая высота, ощущение радости продвижения вперед, хотя для этого каждый раз надо проходить маленький, но строгий экзамен.

Поехать в Дивеево, где почивают святые мощи великого старца Серафима Саровского, долго было неосуществимой мечтой. Наверное, для посещения этого святого места с пользой для души человеку отводится нужное время, когда он для этого созрел. В августе 1997 года собрались туда ехать мои знакомые монахини и пригласили меня.

Трудно передать красоту этих мест былинной Руси. Речь идет не только о внешних признаках, в значительной степени ныне утраченных. Красота Муромского края Владимирской земли не только в ландшафтах, она висит в воздухе. Чтобы увидеть ее и почувствовать, нужно только чуть приоткрыть душу. То же и вокруг Дивеева. Красота осталась. Ее сохранили соборы.