Пейзаж при закате солнца
Шрифт:
Когда ее отец получал все необходимые разрешения, он позаботился и о той бумажке, которая позволяла ночевать на открытом воздухе прямо в чащобах парка. Если понадобится. Но нужно сделать все, чтобы этого не произошло. Потому что, если им с Томом не удастся добраться назад до наступления ночи, ей все-таки придется провести ночь под открытым небом в компании своего бывшего жениха. Жаль, что она не сможет взять с собой палатку. Они и так будут нагружены: спальные принадлежности, кое-какая еда, камера, бутылки с водой. Боже, почему она не исключила из своего маршрута это маленькое ущелье, расположенное так далеко от дороги? Надо было это сделать сразу же, как только выяснилось, что ее проводником по парку будет Том Скэнлон. И почему она только не отдала предпочтение местам, где есть все блага цивилизации и вокруг всегда полно людей?
Потому что она профессионал. Только поэтому! Она здесь, чтобы увидеть своими глазами самые дикие и живописные места «Какаду», а это далекое ущелье, несомненно, одно из лучших!
Она услышала голос Тома у себя за спиной:
— Тебе нужна моя помощь? — В руках он держал палатку.
— Нет. Сама справлюсь. — Он что, думает, что она никогда не ходила в поход и не ставила палатку?
— Как скажешь. Пока ты занимаешься палаткой, я соберу мусор и вымою посуду. Остатки еды могут привлечь динго или… других диких животных. — Казалось, в пламени костра его глаза сверкали голодным блеском, как у дикого волка, о котором он предупреждал ее.
— Я не собираюсь разбрасывать кругом остатки еды! Не беспокойся. — Ее нервы были на пределе.
— И не ставь палатку рядом с берегом, — предупредил он. — Помни о крокодилах, не говоря уже о комарах.
— Я не так глупа, как ты думаешь. — Она с трудом уняла дрожь. Огромный ужасный хищник угрожает ей именно здесь, на месте привала! Это чудовище — ее бывший жених, с которым ей предстояло провести еще много кошмарных ночей. Интересно, удастся ли ей выжить и с достоинством выйти из, казалось бы, тупиковой ситуации?
Она решила поставить палатку на безопасном расстоянии и от прохладного озера, и от костра, где наверняка ляжет спать Том. Промучившись какое-то время с забиванием колышков, Наташа, в конце концов поставила палатку и вздохнула с облегчением. Первая победа. Она сумела избежать унижений, которые наверняка бы испытала, если бы пришлось звать на помощь Тома.
Это была двухместная палатка, довольно просторная и вместительная, но лучше, если в ней будет один человек. Для двоих взрослых людей здесь несколько тесновато. И слава богу! Непромокаемый пол прекрасно защищал от ползучих насекомых, дверь на молнии — от блуждающих животных, а сетка — от назойливых комаров.
Вся же палатка — от ее голубоглазого проводника!
Том бросил свой спальный мешок под молодым деревом, недалеко от костра. Воспользовавшись тем, что он занят, Наташа отправилась к яме, надеясь, что там нет пауков.
Когда она возвращалась в свою палатку, Том шел ей навстречу. Его огромная фигура казалась устрашающей в жемчужном свете луны.
— Ты уже ложишься? — любезно спросил он.
— Вот именно, — раздраженно произнесла она.
— Отлично. Спокойной ночи, Наташа. — Он замолчал, словно раздумывая над следующей фразой, а потом произнес: — Не хочешь поцеловать меня перед сном?
Ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Она нерешительно отступила назад. Комок подступил к горлу, затрудняя дыхание.
— Хотя бы дружеский поцелуй в благодарность за то, что я приготовил такой восхитительный ужин, — не унимался Том.
Она бросила на него подозрительный взгляд. Его губы растянулись в беззаботной усмешке, а в глазах играли озорные огоньки. Его тело казалось расслабленным, руки спокойно лежали на бедрах. Не похоже, что он собирается наброситься на нее и попытаться взять силой. Его дружелюбный вид не внушал ни малейшего опасения.
— Спасибо за великолепный ужин, — сдержанно поблагодарила она, облизав пересохшие губы.
— Завтра, к сожалению, у нас не будет такой обильной трапезы, — предупредил он. — Возможно, нам придется довольствоваться замороженными овощами и консервированным тунцом. — Он поднял на нее взгляд. — Я просто подумал…
— Пожалуйста, перестань!
Может быть, Том просто шутил, говоря о поцелуе, желая лишь посмотреть, как она отреагирует?
Или, возможно, он проверял, не смягчилось ли ее сердце, не остались ли к нему какие-то чувства?
«Я покажу тебе, что я чувствую, Том Скэнлон!»
Наташа едва сдерживала волнение. Нужно поставить его на место!
Она гордо вскинула голову и расправила плечи. И… громко рассмеялась!
— Если хочешь, то попробуй. Но заранее предупреждаю, из этого ничего хорошего не выйдет. — Слава богу, ее голос прозвучал холодно и сдержанно, несмотря на то, что внутри нее бушевала настоящая стихия. Губы ее горели при одной мысли о том, как его властный рот покрывает их поцелуями, а тело трепетало, желая слиться с ним воедино.
Если бы он только знал, как близка она сейчас к тому, чтобы наконец смягчить свое сердце!
Она нервно сглотнула. Нужно только подумать о той женщине, ради которой он бросил ее. Это все, что сейчас требуется!
Наташа сморщила нос от отвращения.
— Думаю, меня стошнит, если ты попытаешься поцеловать меня, Том Скэнлон! — Такое заявление должно умерить его пыл. Она вскинула подбородок. — Кажется, ты забываешь о том, что являешься всего-навсего моим проводником по парку… и только на время этой поездки. А потом — прощай навсегда! — Девушка вздрогнула, произнеся последние слова. Ей почему-то стало невыносимо больно. Но ведь именно этого она и хотела. — Ты понял?
И, не став дожидаться ответа, Наташа направилась к палатке. Но не успела она пройти и несколько шагов, как Том догнал ее.
— Тэш, подожди! — Он крепко схватил ее за руку.
Она резко повернулась. Знает ли он, что делает с ней одно его прикосновение? Знает ли он, как много времени ей понадобилось, чтобы выбраться из бездны отчаяния, в которой она пребывала? Она до сих пор ненавидит его за ту боль, которую он причинил ей, но в то же время она…
Наташа слабо застонала. Невероятно, но ее все так же влечет к нему! Но она была бы настоящей дурой, если бы позволила Тому Скэнлону снова вскружить ей голову! Даже если он изменился! Даже если бы он раскаялся в том, что сделал! Как она сможет снова доверять ему?
Чтобы скрыть нарастающую панику, она гневно крикнула:
— Не называй меня так! И немедленно отпусти мою руку.
Он покорно ослабил хватку. Ее возмущенный взгляд встретился с его глазами, в которых не осталось и следа от прежнего озорства. Он вдруг стал очень серьезным. Плотно стиснул зубы. Нахмурил брови.
— Что-то случилось? — спросила Наташа дрожащим голосом. — Ты забыл предупредить меня о том, что поблизости бродят медведи-гризли?
Его глаза вновь заблестели в лунном свете.