Пик тайной страсти
Шрифт:
– Позволь мне.
Пальцами, которые вдруг сделались неуклюжими, расстегнул ее блузку, и его сердце сделало кувырок, когда его взгляду открылись нежные шоколадные груди, заключенные в светло-лиловые кружева. У него пересохло во рту. Он снял с нее блузку и бросил ее на пол.
– Дьявольски красива.
Он стал водить пальцами по краю кружев, и Мика покрылась гусиной кожей. Он заглянул ей в лицо, все еще не веря себе. Да, она позволила ему снять с себя блузку, позволила касаться этих роскошных грудей, но… Он все еще не мог поверить в это. Все еще боялся, что та передумает.
– Что бы ты ни сделал сегодня ночью, – выдохнула она, хватая его руку и крепче прижимая к своему телу, – не обращайся со мной так, словно я вот-вот сломаюсь. Я смогу принять все, всего тебя. Отдай мне себя, Ахилл. Не сдерживайся.
– Ты не знаешь, о чем просишь, Мика, предлагая такому, как я, не сдерживать себя.
Но он пошел в тот бар, чтобы забыть о мертвом доноре спермы, о своих братьях, о существовании которых он не знал, о том мире, в который его насильственно втолкнули и с которым он не хотел иметь ничего общего.
Ахилл хотел забыть о том, что этот мир все еще презрительно отвергает его.
Так что да, он пошел в бар, чтобы забыться. Утонуть в алкоголе и в сексе. И это не предполагало, что ему нужно будет сдерживать себя. Потому что когда его губы коснутся ложбинки между ее грудей, или внутренней стороны ее бедра, или ее влажного лона… Да, он будет не в состоянии контролировать себя.
Мика прижалась к нему, подняла руки и зарылась пальцами в его волосы.
– Делай все, что хочешь.
Ахилл содрогнулся, как от ее прикосновения, так и от ее слов. Удовольствие растекалось по его телу. Застонав, он подхватил ее под ягодицы и усадил на обеденный стол. Она ахнула, а он впился губами в ее твердый прикрытый кружевом сосок. А потом расстегнул застежку бюстгальтера и отбросил его в сторону.
– Ахилл, – прошептала она, – пожалуйста… Он ни за что не смог бы не отозваться на эту просьбу. Он тут же переключился на другую грудь. А потом стал покрывать поцелуями ее живот, спускаясь все ниже. Положив руку ей на грудь, он нежно подтолкнул ее, заставляя лечь на стол. Но она настороженно посмотрела на него.
– Ты мне доверяешь?
Почему спросил ее об этом, он и сам не знал. Ему не нужно было ее доверие. Сегодняшняя ночь была не про это. Но, хотя это было лишено всякого смысла, он хотел получить ее согласие.
– Да, я доверяю тебе… в этом, – пробормотала Мика.
И этого ему было достаточно.
Очень быстро он стянул с нее брюки вместе с трусиками и снял с нее туфли. А потом стал покрывать поцелуями сначала ее ступню, потом внутреннюю сторону бедра, и, наконец, его губы добрались до ее лона.
– Ахилл. – Мика обхватила его своими ногами, не давая ему пошевелиться. – Я не… я никогда… мне не… Черт.
Он остановился, потом опустился на стул с таким видом, будто для него было обычным делом вот так сидеть за обеденным столом, на котором лежала обнаженная женщина. Но это была не просто женщина. Это была Мика. И в ней не было ничего обыкновенного.
Он с трудом заставил себя не смотреть на ее роскошные груди с темными сосками, на пышные бедра, на влажнее лоно. И это было почти мифическим подвигом.
– Чего ты «не», Мика? Тебя прежде не ласкали губами? Хочешь, чтобы я остановился?
Это почти убило бы его, но он все равно остановился бы. И его охватила злость при мысли об эгоистичных ублюдках, которые не дарили ей этого наслаждения.
– Нет, конечно же нет… меня ласкали мужчины. Не могу поверить, что мы ведем такой разговор, когда ты буквально сидишь у меня между ног, – пробормотала она, закрывая рукой глаза.
Она приподнялась на локтях, ее волосы растрепались, а на лице было милое выражение смущения и удивления.
– Хочешь, чтобы я остановился? – снова спросил Ахилл, потому что для него – и его члена – это был самый важный вопрос.
– Нет, – прошептала она.
– Так чего ты прежде не делала, Мика?
– Вот этого. – Она сделала широкий жест рукой. – На столе. При таком… ярком свете, – смущенно пробормотала она. – Можем мы переместиться… ну не знаю… в кровать или на кушетку, где я не буду себя чувствовать такой… обнаженной и беззащитной? В конце концов, люди едят за этим столом.
– Нет.
Она недоверчиво посмотрела на него и несколько раз моргнула.
– Нет?
– Нет. – Он схватил ее за бедра и притянул ближе к себе. – Ты сказала, чтобы я не обращался с тобой так, словно ты вот-вот сломаешься. Свет не сломает тебя. И если я выведу тебя из зоны комфорта, ты тоже не сломаешься. – Он зарылся лицом у нее между ног, с наслаждением вдыхая ее запах. – Как ты заметила, люди едят за этим столом. И я займусь тем же.
И Ахилл принялся ласкать губами и языком самые потаенные местечки ее тела. Ему кружил голову ее запах, ее сладкий, пряный вкус. Он не спешил, а она только тихо стонала.
И хотя его член уже болел от напряжения, он мог еще часами ласкать ее. И в его голове мелькнула непрошеная мысль: «Я нашел смысл моей жизни – доставить удовольствие этой женщине!»
– Ахилл. – Она приподняла бедра навстречу ему, ясно давая понять, что ей нужно от него. – Пожалуйста. Мне нужно… Пожалуйста, – прошептала Мика.
Если раньше ее стоны казались ему милыми, теперь они почти сломали его. И примитивный инстинкт требовал, чтобы он незамедлительно исполнил ее просьбу. Посасывая ее клитор, он погрузил в ее вагину два пальца. Глубоко. Жестко.
Она закричала.
Ее мышцы начали сокращаться в сумасшедшем оргазме, а он продолжал ласкать ее языком и пальцами, пока она не обмякла. В наступившей тишине было слышно лишь их тяжелое дыхание.
Черт. Он едва сдерживал себя. Если сейчас же не войдет в нее, он просто умрет.
Он вскочил, перевернув стул. Подхватив Мику на руки, понес ее к дивану. Она не открыла глаз даже тогда, когда он осторожно опустил ее на подушки. Быстро сняв с себя остатки одежды, поспешно достал из бумажника презерватив.
– Эй, – сказал он, опускаясь на колени рядом с диваном и прижимая ладонь к ее щеке. – Посмотри на меня.
Ее ресницы задрожали, и девушка открыла глаза. И когда он увидел затуманенный от пережитого наслаждения взгляд ее темно-карих глаз, его переполнило чувство гордости. Потому что он был причиной этого взгляда.
– Ты в порядке? Все еще со мной?
Мика моргнула, и ее взгляд прояснился. Она посмотрела ему в глаза, потом ее взгляд скользнул по его плечам, груди и спустился ниже, остановившись на возбужденном члене. Но он не пытался прикрыться. Напротив, он стал поглаживать свой член, позволив ей увидеть, что она сделала с ним.