Пилот и флибустьеры
Шрифт:
– Это шутки, парни.
– Он поелозил щеткой по столику, четыре пары глаз недоверчиво следили за его действиями.
– У меня от таких шуток глисты в брюхе издохли.
– Печально заметил Помазок.
– А ну-ка, стюард, показывай, где логово?
– И поживей, паскудник ты эдакий. Шутник! Луноход - с Помазком. Гробовщик! Ступай в рубку и прослушай своими приборами этот веселенький корабль, может еще какой шутник сыщется?..
Пилот осторожно прикоснулся к Сониной щеке, где вились колечки давно не стриженных волос.
– Девочка моя, сейчас все решится, два-три часа, не более. Переключи все каналы на меня, будь умницей.
Она, словно обернулась к нему. Быстро и сердито. Волосы метнулись за спину и ослепительно вспыхнули зеленоватые, с искоркой глаза.
– Ты мне будешь мешать.
– Жестко сказал Пилот, но она лишь покачала головой.
К концу второго часа Гробовщик вышел на аварийную компьютерную систему черных ящиков. Прикосновение щупов Пилот ощутил, как тупую височную боль и едва сдержался, чтобы не выругаться. Любой всплеск активности немедленно отразился бы на экранах и без труда был бы расшифрован Гробовщиком.
– Ну, что, что? Я же и так вижу, как ты напрягся, даже мох свой паршивый бросил жевать?
– Патрон вытер рукавом лоб, он побагровел от нетерпения и пританцовывал за спиной бледнолицего флибустьера, прильнувшего к мерцающим шкалам.
– Ты оказался прав, старый индюк - это непростой корабль.
– Гробовщик любовно погладил ладонью приборный комплекс.
– Гляди, как выплясывают, соображаешь? А-а - то-то.
– Не тяни, изрешетят к черту!
– Это функционирует обратная связь. Точнее, она затаилась, но метки проходят во всех системах координат.
– Связь? Кого с кем?
– Терпение. Какой-то компьютер подсасывает информацию, остальное пока не ясно. Где он, откуда и куда ее отсылают?..
– Ах, дьявол!
– Это "борт"?
– Нет. Терпение, Патрон, терпение. Подождем пока он начнет выдавать команды - и вмиг вычислим поганца.
– Какое к черту терпение, куда запропастились эти ублюдки?
– Очевидно припасы буфетчика несколько превзошли наши ожидания.
– Эх, чуяла душу, чуяла - надо было прикончить этого шутника, прикончить. Слушай, где он может таиться, этот компьютер?
Гробовщик пожал плечами.
– Судя по всему, это второстепенный блок и реагирует лишь на отдельные команды. Я слышал, что с прошлого года на кораблях появились электронные псы...
– Ох чует душа, надобно этого "пса" побыстрее...
– И что характерно, твоя душа чует всегда одно и то же.
– Потому и жив, и свободен. Слушай, а ты можешь выжечь этого гада ну, который подсасывает информацию?
– В принципе?..
– Гробовщик ненадолго задумался.
– Он может быть запрограммирован на прыгучесть. Но, если вот на эти клеммы накинуть тысчонку вольт, а лучше три - он надолго задумался.
– Толковая мысль - накидывай!
– Не пори горячку, Патрон и не психуй из-за пустяков. Поищи лучше парней. Где искать ты знаешь: там где буфетчик держит винный погребок.
– Откуда ты знаешь, что он есть?
– Изволь - это просто. Офицеры патрульной службы позволяют себе в Дальнем Космосе и не такие вольности. Они много чего себе позволяют, много чего - за что других немедленно отдают под трибунал. Гады!
– Э-э, не трави душу, сколько лет прошло?
– Давно бы вышел, если бы не ты, Рей!..
– Брось ныть, Хьюго. Куда бы ты вышел после двенадцати лет каторги? Интересно, где ты видел парней, которые в добром здравии разгуливают по Земле, посачковав с десяток лет на марсианских рудниках? Среди зеленых, полудохлых клошаров, уж не там ли?
– Я все понимаю, а душа болит. Ведь прежде чем угодить на эти растреклятые копи царя Соломона я был приличным офицером.
– И прилично приторговывал этим дерьмом!
– Патрон ухватил щепотку зелья и сунул в выщербленный рот.
– Ладно, хватит дуться, нашел о чем вспоминать. Я поищу этих паршивцев, а ты накинь концы высоковольтного кабеля на клеммник и придави...
Гробовщик возразил:
– Стоит подождать, если эта хреновина не имеет прямого выхода к антеннам и не может вредить нам открыто - стоит к ней присмотреться. Я буду сидеть тихо, словно кот у норки. Не суетись, Патрон.
Шеф колебался, хмуро обкусывая ногти.
– Ладно, полчаса у тебя есть. Пока я обшарю камбуз. Только не нажуйся дури до полного вырубона! И в случае чего - врубай на полную катушку, в нашем деле это самое паршивое - выстрелить вторым.
– Он развернулся и выплыл из рубки.
Пилот скосил глаза на камбуз. Метки на экранах ожили и Гробовщик напрягся, но игра уже пошла в открытую. Как ни виляй хвостом, какие каналы не задействуй - от ищеек Гробовщика не скрыться. Кстати, он действительно чем-то напоминает худосочного, злого кота, притаившегося у норы, то бишь у лючка.
Ну, Бог в помощь! Хотя... эти три тысячи вольт - все висит на волоске, парень.
На камбузе пирушка была в разгаре. Охмелевшего Помазка присосало к вентиляционной сетке, он мирно подремывал, а Луноход выигрывал у стюарда в "буру" пятую бутылку вина. Стюард отчаянно злился и требовал нераспечатанную колоду. В общем, все шло, как по маслу, которым смазал программу стюарда Пилот. Запасами пива и бренди пришлось, правда, пожертвовать.
– Довольно, лысый!
– С трудом ворочая языком, выкрикнул Луноход. Гони должок, падла! Ты сам сказал, что есть на что играть!
– Без команды борт-компьютера, господина Кью, я не уполномочен открывать винный погреб.
– Шалишь! Причем дважды шалишь. Во-первых, сколько б я не выпил - а меры никто не знает - такой дури ты от меня не дождешься, что я включил "борт". Кто тебя этому подучил, я разберусь позже. Пока во-вторых: ты запрограммирован быть всегда честным и только честным и никак иначе. Так?
– К чему вы клоните, сэр?
– Не боись, не к сожительству. Итак, ты должен человеку, есть должок за тобой, отвечай, сучий потрох?
– А вам действительно должен 2,84 литра вина марки "Букет Молдовы". Я вам верну их при первой же возможности.
– Дудки! Мне это необходимо сейчас! А ну будь честным, не смей вредить человеку, слышишь? Я требую!...
– Ладно!
– Буркнул стюард, после разноцветных раздумий - впрочем ответ уже хранился в памяти.
– Жди здесь, я сейчас попытаюсь открыть погребок. Но больше я с тобой играть не стану, так и знай.