Чтение онлайн

Очнувшись, и понял, что связан по рукам и ногам. От удара дико болела голова. Шаманкой аяемеяи была молодая женщина с симпатичным миловидным лицом. У нее, как и у всех женщин племени, была тонкая талия, которая еще более подчеркивала необъятность ягодиц. Но груди были красивой формы, большие и твердые. Ко всему этому она еще обладала слишком широким влагалищем и страдала из-за неспособности мужчин племени заполнить его в достаточной мере.

Она пришла ко мне в ту ночь и приказала страже оставить нас oдних. Я был не очень расположен предаваться в такой ситуации любовным забавам, но она стала сосать у меня о таким рвением, что вскоре привела в соответствующее состояние.

После этого она уселась на меня и стала ерзать с такой частотой, что напомнила мне воздушный шар, треплющийся на бечевке на свежем ветру. Но тем не менее мы "кончили" одновременно, что наполнило ее душу и сердце еще не изведанным радостным ощущением. Девушка была полна сил и немного спустя начала все сначала. Так длилось до первых лучей зари.

Я ненадолго заснул, а когда проснулся, мой член вновь был в состоянии эрекции. Но уже от того, что я сильно хотел помочиться. На головку члена, которая стала сверхчувствительной к прикосновениям, села муха, что сразу же вызвало оргазм.

Первый же выброс спермы утопил муху в себе. Эта картинка до сих пор стоит у меня перед глазами. С тех пор как на свете существуют мухи, это, должно быть, первый и единственный случай, когда одна из них погибла подобным образом.

Жители "Офира" поклонялись Луне, Солнцу, еще нескольким звездам и многим природным явлениям. Я так и не знаю до сих пор, какому из их местных божеств они хотели принести меня в жертву. Но главным было не это. Главным было то, что в любом случае мне грозила смерть. На это указывало хотя бы то, что шаманка старалась взять от меня максимум, что я мог дать ей за столь короткий срок. Она приходила ко мне шесть ночей подряд. На седьмую женщина дала понять мне, что в полдень следующего дня я буду принесен в жертву.

Руки и ноги были связаны у меня полосками сыромятной кожи. Каждый день и ночь, как только я оставался один, я старался как можно сильнее растянуть их. И вот, в эту ночь, они наконец уступили моим настойчивым попыткам. Я разбил голову жрицы об пол и убил сторожа, стоящего у двери, у которого обнаружил украденный у меня нож. Этим ножом я пробил горло второго сторожа. Потом, вооружившись его дубинкой, я расправился со всеми взрослыми мужчинами племени, оставшимися в живых после первой схватки со мной. Уцелел лишь один старик, который успел скрыться в горах. Уцелевшие напуганные женщины и дети разбежались кто куда, но большинство последовало за стариком. Я не преследовал их и потом больше никогда не .видел ни одного представителя этого племени, Впоследствии я. сожалел, что поддался необузданному гневу и разогнал мирное племя: в то время я очень редко убивал людей, только в целях самозащиты. Но я успокоил себя, подумавг что, если бы они вовремя предупредили меня о том значении, которое представляет для них это старое; клаяебище, я перестал бы копаться в нем, и тогда ничего не случилось бЫ.

После этого печального эпизода, поняв, что жители уже никогда сюда не вернутся, я продолжил мои раскопки. Кладбище дало мне богатый урожай статуэток и украшений из золота. Кроме того, я нашел много фигурок символического значения, предназначение которых не известно мне до сих пор.

Сейчас они составляют ядро моей частной коллекции, находящейся в замке в графстве Камберленд.

Потом я занялся добычей золота в заброшенных шахтах старой горы. То количество, что я добыл там, сделало меня, по крайней мере потенциально, одним из самых богатых людей в мире. Я все делал сам: добывал руду, обогащал ее, плавил металл в слитки. Затем его необходимо было еще переправить за сто пятьдесят километров. И я проделал этот путь множество раз со слитком в шестьдесят килограммов за спиной. Мне пришлось самому искать и устанавливать контакты с продавцами золота, чтобы подпольно сбыть некоторое количество добытого мной металла.

Несколько раз мне пришлось расправляться с бандитами, преследующими меня, чтобы выведать дорогу в долину, или пытавшимися заставить сказать им, где находится моя сокровищница. Незадолго до своей смерти мой биограф предполагал использовать некоторые из этих эпизодов в своих романах. Но я думаю, что он поступил бы так же, как действовал и во всех предшествующих случаях, и исказил бы правду, отправив этих бандитов на розыски какого-нибудь сногсшибательного клада золота и бриллиантов в величественные руины головокружительно древнего города, населенного отдаленными потомками древнейшей цивилизации, поглощенной водами океана тысячелетий так двенадцать тому назад. Мужчины этого города все были бы ужасно уродливыми, зато женщины - исключительные красавицы. Я не смеюсь над ним, нет, поймите меня правильно. Просто он пошел бы навстречу желанию своих читателей, предпочитающих романтические фантазии серым будням повседневной жизни.

Золотоносная жила истерлась, когда я уже добыл золота приблизительно на двадцать миллионов фунтов стерлингов.

Но, думаю, если хорошенько поискать, можно еще найти жилы, залегающие более глубоко в теле горы. Я забросал все руины песком, чтобы больше никто не мог подумать, что эта пустынная долина кощьто была обитаема. Но перед этим я провел детальные раскопки и сделал подробное описание обнаруженных развалин, подкрепленное целой серией фотоснимков. Словом, сделал все, что полагалось бы сделать на моем месте настоящему археологу. Правда, назвать себя полным дилетантом я тоже не могу, так как в свое время защитил диплом по археологии в Оксфорде.

(Хочу уточнить сразу же, чтобы не вызывать недоумение у читателя, что я закончил медицинский факультет и защитил диплом в Университете Джона Гопкинса. Кроме того, у меня есть диплом лингвиста-африканиста, полученный мной в Берлинском университете. Как видно из этого, моя длительная юность не была совсем уж легкомысленной.)

Я тщательно постарался уничтожить все следы, которые могли бы навести на мысль, что здесь были когда-то золотые разработки, Я надеялся, что пройдет достаточно много времени, прежде чем кто-нибудь здесь вновь наткнется на его следы.

Даже сегодня, когда Африке уже стало грозить перенаселение, мало кто отваживается проникнуть в эти пустынные, выжженные солнцем области. Впрочем, по местным поверьям, этот регион всегда пользовался дурной славой и считался прибежищем демонов.

Поэтому вы можете представить мое удивление, когда, взобравшись на вершину очередной горы, я увидел мою долину, лежащую далеко внизу. Группа людей, человек в сто как минимум, копошилась в том месте, где мной были похоронены остатки руин. Это место располагалось в западной части долины.

Ноли выругался. Он привязал меня к дереву и принялся осматривать долину в бинокль. Я воспользовался этим, чтобы еще немного растянуть мои наручники. Не будь они сделаны из прочного сплава, я давно бы уже избавился от них. Я начал этим заниматься с первого дня, как только заполучил браслеты на руки, но пока усилия мои оставались тщетными. Тут мне пришлось прекратить эти попытки, потому что Ноли закончил свое наблюдение, отвязал меня от дерева и мы вновь двинулись в путь. Но не вниз, в долину, а на соседнюю вершину, откуда он вновь стал следить за действиями людей в долине, привязав меня, как всегда, к очередному дереву.

– Вон та часть долины мне кажется достаточно ровной, чтобы туда смог приземлиться самолет, - сказал он.
– Но с такого расстояния трудно быть уверенным. Есть там подходя; щее место для посадки?

– Да, - ответил я.
– Но я думаю, что эти люди пришли сюда пешком. Должно быть, кто-то им сказал, где находится золото. В противном случае они сделали бы все, чтобы поймать меня, и попытались бы заставить сказать, где оно расположено. Не зная этого, они не старались бы меня убить прежде, чем получат нужные сведения.