Чтение онлайн

— Назови свое имя, но не вздумай называть мое! — упругий толчок сорвал всадника со спины дракона.

Заклятье невидимости распалось, явив над Фиэнеем взмывающий все выше и выше бриллиантовый блеск крыльев дракона и падающего вниз черно-дымчатого гигантского спрута с золотым блеском в сердцевине.

— Я Амдебаф, сын Златоглавой Иррады! — с громогласным ревом метнул мощную пространственную мысль дракон. — К бою! Враг готовит второй удар! — в пасти дракона зародилось свечение, а корона рогов вспыхнула ослепительно белыми лучами.

Глава Магистрата Энирал чудом избежал завала во дворце Единения и уже был на площади перед ним, как в небе полыхнула извивающаяся множеством жгутов-щупалец чернота. Он уже видел это прежде в битве в Сетимиэле. Король, бывший лорд Ануши владел этой чудовищной силой, но сейчас маг готов был поклясться, что собственными глазами видел, как груда оплавленных разорванных глыб погребла под собой королевскую чету. В голове Владыки мелькали несвязные обрывки мыслей: — «Король мертв!…Но кто тогда в небе?… Король выжил?… Но как оказался в небе?… В небе чужак?… Но эта сила только у… Зираиды!!! Значит, за атакой Арллура последует атака Зираиды!!!» Посох рванулся, и руки мага инстинктивно направили его раскаленную кристальную вершину в падающую чернь. «… Но бриллиантовый блеск… Амдебаф? Великий спаситель Эндоры из древних легенд… Он был рядом с этой тьмой… Она отделилась от него…»

— Всем магам и войскам взять тьму на прицел! Лучники, наконечники горного хрусталя! Ждать команды! Ждать команды!!! — перепрыгивая через разбросанный хаос обломков, Энирал выбирал удобное укрытие. Плоть мага залилась светом, укрываясь мерцающим лиловым силовым барьером. Конец посоха точно вел падение поблескивающей золотом середины черноты.

Амдебаф лихорадочно подыскивал подходящие знания в своем скудном магическом арсенале. Его плоть уже укрыла плотная многослойная защита учителя Бирдинира. Меж лучей короны рогов, свернувшись жужжащими клубками, вспыхнули голубые сгустки шаровых молний. Волна за волной, срываясь с рогов, они устремлялись вперед, дырявя небеса раскаленными росчерками в разных направлениях.

Заложив крутой вираж, к Амдебафу приблизилась тройка всадников и драконов с чудными линзами на спинах во главе с Дирком на вечном друге, базальтовом Жараде.

— Мы рады приветствовать Великого… — начал было всадник.

— Справа!… - рыкнул Великий, краем глаза заметив как одна из молний впилась во что-то невидимое, расползаясь по нему цепкой хваткой плетущейся сети голубых линий.

Дирк рванул с наручей кристалл, подбросив его вверх, и голубой росчерк луча с боевой линзы на спине дракона пронзил воздух, рождая на противоположном конце ослепительную звезду взрыва.

Амдебаф едва успел закрыть глаза, чуть не ослепнув. Еще одна выпущенная Великим молния ухватила в небе невидимый кокон и росчерк луча с драконьей пары возле скал Генара испепелил еще одного Аркана.

— Еще одной Арканьей тварью стало меньше! — Дирк торжествующе вскинул меч, чуть привстав в седле.

Чернота, изогнувшись щупальцами, рухнула на чудом уцелевший пик почти обвалившегося купола дворца Единения. И…

Холод…

Холод… Студеный… Леденящий не только разгоряченные битвой тела, но и заставляющий заледенеть сами нервы, превращающий в стылый камень огненный трепет сердец пред коварством внезапной смерти. Холод, сковывающий разум потусторонним, неведомым ужасом Забвения.

Обжигая легкие эльфов холод хлынул в стороны со скоротечностью лавины… Но вместе с ним в стороны помчалась и ТЬМА! Она вспухала над Фиэнеем гигантским расползающимся пузырем, словно вплетаясь в пространство мириадами змеящихся щупалец чужеродной магии Ануши. Но эта тьма не скрывала предметов, не крала образов, не рушила линий мира. Наполняя воздух мерцающей чернотой, она напротив проявляла вибрацию невидимых струн мира, очерчивала потоки и свечения Фару живого и неживого. Единственное, что казалось безвозвратно похитила тьма — это были краски бытия. Черное на черном с сияющими переливами серебра. Весь мир вокруг стал таким. Даже раскаленное солнце сохранило свое сияние, но сияние это было черным!

Энирал ошарашенно таращился по сторонам, инстинктивно ожидая лишь смерти в следующем вдохе, как вдруг увидел четко очерченный кокон упавшего подбитого Флайда всего в трех десятках метров слева от себя. Под защитной оболочкой проглядывались черты лишенного сознания тела.

— Огонь! — взревел маг, указывая посохом оторопевшим гвардейцам на врага. Полоснув воздух тонким свистом несколько стрел со сверкающими кристаллами огненного горного хрусталя на наконечниках впились в носовую, мерцающую сферу непрошенного гостя. Вспышка черного света утонула в оглушительном грохоте взрыва, разметавшего Флайд.

Свирепый рев драконов выплеснул в черные небеса ярость драконьих сердец, а иглы в линзах Дрела, молниеносно выбирая жертву, помчались жалами лучей доставки к сгруппированным Флайдам, начинающим вторую атаку в падении. Горловая лучевая молния Амдебафа метнулась в самую гущу скопления вражеских аппаратов устремленных на Генар. Рокочущий луч Великого вспорол три Флайда кряду, превратив их за один выдох в облако черно-серебристых опадающих искр. Бесцветно черные лучи Флайдов вновь ужалили твердь и скалы Генара, но их смертоносная ария оказалась очень краткой, захлебнувшись в самом начале под мощным хором атаки крылатых защитников и водяных оборонительных башен. Десятки черных звезд возгорелись погребальным искристым салютом над утонувшим во тьме Фиэнеем и Генаром. Уцелевшие Флайды уже не пытались уйти в тень. Спикировав вниз и стелясь над самой землей, они врассыпную бросились прочь на юг.

— Победа!!! — возликовали всадники.

— Победа!!! — взметнули вверх клинки защитники на земле.

Тьма быстро таяла, распадаясь рваными лохмотьями мимолетного тумана. Она возвращала цвета Эндоре, немного нехотя опуская на заиндевелые улицы города причитающееся летнее тепло. Воды Ини близ берегов даже успели подернуться тонкой корочкой льда. Однако уходя, неведомая магия старательно скрывала и все вскрытые ею тайны не положенные к восприятию смертным глазом.

Последней черная дымка рассеялась на вершине полуразрушенного купола, и Амдебаф оторопел. Тьма растаяла бесследно, пожрав и золотой блеск доспехов Ерртора.

— «Ерртор! Ерртор!!!» — сокрыв мысль от прочих, позвал дракон, обшаривая глазами еще полыхающий город.

— «Я… Я у себя дома…» — мысленный отклик был мучительно слабым, с затихающей рваной пульсацией мысли. — «У нас дома… в Ге… Торопи…» — и мысль оборвалась забытьем.

Великий улавливал едва теплящуюся пульсацию сердца в сгустке жизни всадника.

— «Опять выложился до последнего!» — тревожно пронеслось в разуме.

— Слава крыльям и пламени Великого Амдебафа!!! — гремели мыслью приближающиеся со всех сторон к легенде рода драконы.

Он был не один. Его окружали такие же как он. Могучие, крылатые, чешуйчатые. Амдебаф чувствовал, как в их груди горит такой же пламень поднебесной свободы, как в жилах течет кипучий гордый сок древней выдержанной мудрости. Они все были его семьей. Очень давней, любимой семьей. Трепет радости сдавил глотку Великого, перехватил дыхание и наполнил сердце чем-то неизъяснимым, сияющим, огромным. Требующим немедленного излияния, но бесконечно личным и сокровенным.

Однако тревога за друга и ужас вести, что Великий принес на своих крыльях и без того многострадальным народам, отбросили это счастье прочь.