Чтение онлайн

— В некотором роде! — усмехнулась Надя, дав понять, что не очень хочет продолжать выяснения национальной принадлежности, и я поспешил исправиться:

— Просто вы поняли Федину шутку о том, что его имя несколько смешное.

— А-а! Конечно, по разговору нетрудно догадаться, кто откуда происходит, — дошло до девушки, почему я задал вопрос, и она перевела разговор на другую тему, почему-то не желая делиться впечатлениями о прошлой жизни на Земле. — Вы, кажется, яхты хотели посмотреть? Пока не началось шоу, можно пройти на причалы.

В моей голове промелькнула и исчезла, махнув мне хвостиком, какая-то мысль типа: "Чего это она, боится, что ли поговорить о реале?", но моей головой уже овладели другие соображения, вернее, чувства. Я поймал себя на том, что украдкой, но очень заинтересовано поглядываю на Надю, вернее на ее загорелые ноги и фигуру, просвечивающую сквозь платье в лучах заходящего солнца.

Одновременно, мое сознание умудрялось постоянно вести свою аналитическую работу. Как я его иногда за это ненавидел, особенно при общении с девушками! Нет, чтобы просто наслаждаться моментом и отдыхать, так надо вечно где-то на задворках моей садовой головы какому-то брюзге нудить о чем-нибудь типа давешней мысли: "А чего это они так смеялись Федькиному имени?" Вот и сейчас, вместо того чтобы расслабиться на прогулке с прелестными женскими созданиями, кто-то внутри меня бормочет удивляясь: "Интересно как получается. Значит, моя душа помнит в деталях, как должно реагировать тело на присутствие приятных особ противоположного пола. Во мне уже шалят несуществующие гормоны! Эдак и совсем себя можно перестать контролировать! А с другой стороны — ну и пусть! Оторваться — так по полной, раз уж тело и душа позволяют! И без этих хреновых аналитиков на задворках головы!" — я решил, с головой и без задних мыслей окунуться в это маленькое дамское приключение.

Пока я так сражался внутри себя со своими тараканами, мы продефилировали по пирсу, любуясь яхтами и, заодно присматривая какое-нибудь плавсредство попроще, вроде моторной лодки, сдающееся в аренду. Таковых нашлось, хоть отбавляй, и мы, удовлетворенные результатами, взяли на заметку телефончик, который был указан на рекламном плакате фирмы, сдающей лодки в прокат. Первоначальная цель нашей прогулки была достигнута, а впереди нас ждало какое-то представление, которое, судя по яркой вспышке на площади, не должно было заставить себя долго ждать.

Федька, форсируя ситуацию, предложил перейти на «ты» и уже успел несколько раз подать руку Ане при переходах с причала на причал. При этом он уже начал называть девушек Аннушка и Наденька. В конце концов, Аннушка плотно пришвартовалась к галантно предоставленному Федькой локтю. Мне оставалось только дивиться его ловкости и моей неуклюжести. Почему-то моя попытка назвать Надю Наденькой вышла так фальшиво, что удостоилась снисходительного смеха — хорошо хоть снисходительного! Мои подавания руки тоже выглядели больше похожими на подавание швартовых моряками в порту, чем жестом любезного кавалера. Но самое смешное, что моя неуклюжесть не только не раздражала, а даже доставляла некоторое веселое удовольствие присутствующим. Федька даже шепнул мне:

— Высший класс! Где это ты так научился разыгрывать из себя безыскусного ковбоя? Мне до тебя далеко!

Вот уж не знал, что сумею так к себе всех расположить своей неуклюжестью. Тем временем, мы уже спешили на площадь. Там, в самом центре большого свободного круга стоял ничем не примечательный парнишка.

— Смотрите! — объяснила нам Надя. — На брусчатке нарисовано желтой краской кольцо. Все зрители находятся снаружи его, а внутри кольца наведенная реальность этого мира на время выступлений не контролируется пирамидой, и каждый, кто захочет, может творить там, что угодно, лишь бы это произвело впечатление на зрителей. Выступающие, должны подать заявку заранее, где обозначают продолжительность выступления. Больше ничего от них не требуется. Лучшие выступления награждаются призами и премиями.

— А мы вчера ничего не заметили! — воскликнул Федька.

— А вчера ничего и не было. Эти соревнования или представления проводят только два раза в неделю. Поспешим, первый маг уже начинает! — и мы прибавили ходу.

Тем временем окончательно стемнело, и бульварчики принарядились разнообразными фонариками и подсветками. На площади, однако, царила полная темнота, ожидающая первого на сегодня полета фантазии. Когда мы подошли поближе, до меня стала доходить грандиозность предстоящего шоу. Свободный круг был, чуть ли не сотню метров в диаметре, так что дальняя сторона зрителей полностью терялась в сумерках. Довольно забавно было наблюдать, как зрители спешат к месту представления, но, подбежав, ни один не переступил желтой полосы. Оно и понятно — себе дороже будет!

Мы, как и окружающие нас люди, замерли в темноте, ожидая представления. Постепенно, круг перед нами почернел и превратился в бездну, из которой начало подыматься призрачное синеватое свечение. Затем в центре голубого, переливающегося волнами тумана стал выпячиваться прозрачный золотой пузырь. Он стремительно рос и вдруг взорвался ослепительными брызгами оранжевого света, которые, немного не долетев до нас, закружились, образуя спираль, очень похожую на галактическую структуру. Все представление сопровождалось красивой органной музыкой. Мириады звезд кружились перед нами вокруг ослепительного центра, пока там не образовалась черная дыра и стала пожирать все быстрее вращающуюся галактику. В результате через несколько минут все звезды оказались втянутыми в центр, и мы опять погрузились в темноту. Наконец мы смогли разглядеть в темноте площадь перед нами, и следующий маг вышел попробовать себя на публике.

Новый участник не стал все погружать в темноту, а взмахом руки превратил площадь в сцену огромного амфитеатра, располагающегося под нашими ногами. С двух противоположных сторон в амфитеатр вели ворота, которые стали медленно открываться, в то время как арена постепенно погружалась в сумерки. Из черноты открывшихся ворот показалось свечение, причем справа оно было красным, а слева желтым. Вслед за свечением, под мерное подрагивание земли, появились и его устрашающие источники. Два огромных китайских огненных дракона встали друг против друга, пригнув головы и издавая низкое глухое рычание. Они были почти одинаковые, страшные и красивые одновременно, с мощными когтистыми лапами и огромными зубастыми пастями. Только правый переливался красным, а левый желтым пламенем раскраски. Но вот прозвучал гонг и два чудовища с низким звериным рыком прыгнули друг на друга. Сцепившись сначала в огненный клубок, они с яростным криком отскочили друг от друга. И тут началось настоящее неистовство: драконы расправили крылья и взмыли в воздух, сначала на уровень наших глаз, а затем, и выше. Они схватывались в воздухе, пытаясь нанести раны друг другу. То один, то другой оказывался сверху, а его противник переворачивался спиной к земле. Потом они выделывали вообще невероятные кульбиты. Мы, как и вся публика, вжималась в страхе и восхищении в землю. Я не заметил, как судорожно схватил ладонь Нади. Мы вцепились друг в друга, чтобы только не удрать и досмотреть жутковатое, но красивое зрелище.

Но представление не кончалось, а развивалось дальше. Я не заметил, как к дерущимся присоединились еще два сияющих дракона: один изумрудный, а второй бирюзовый. В воздухе над нами стало тесно от развернувшейся драконьей баталии. Но нас ждало еще одно страшненькое испытание: драконы стали жечь друг друга струями огня выдыхаемого из их немалых ротиков. Самый страшный момент настал, когда они, гоняя друг друга, полетели по периметру перед нами и стали испускать потоки пламени прямо на нас. Мы, в ужасе обнявшись с Надей, пытались заслониться друг другом от потоков огня, прежде чем заметили, что пламя растекалось по невидимой прозрачной стене, ровно над желтой разделительной полосой аттракциона, прямо перед нашими лицами. Только мы это поняли, как все драконы взорвались вспышками, соответствующими их цвету, и площадка осветилась, являя миру комичную картину: все зрители, сжавшись, сидели прямо на земле или стояли, вцепившись друг в друга. Часть, вообще, отбежала в сторону. Мы тоже недалеко ушли от остальных, найдя себя с Надей, трясущимися от страха в объятиях друг у друга. А Федька, так и вообще, держал вцепившуюся в него Аннушку на руках. И когда это она успела на него запрыгнуть? После мгновения мертвой тишины площадь взорвалась ликованием, в котором слышался вопли, хохот и свист восторженных людей. Мы тоже, смеясь, отпустили друг друга из тесных объятий. Не знаю — как другие, но я сделал это с некоторым сожалением.

— Вот, смотрите, девушки, какая от нас польза! Не уверен насчет наших боевых способностей, но зато, мы всегда можем броситься обниматься при первой же опасности! — дал шутливый комментарий нашим действиям Федька.

— Настоящие душевные защитники! — подхватила шутку Надя.

— Зато, если нам и было суждено испечься, то получилось бы пара отличных грилированных бутербродов! — прокомментировал я возможную перспективу наших отношений.

Мы решили больше не испытывать свою психику на прочность и пошли поискать приключений поспокойнее. Федя предложил посетить небольшое отрытое блюз-кафе, в котором очень неплохо исполняли живую музыку. С площади мы уже отправились под ручку — спасибо представлению с драконами, оно очень ускорило процесс нашего сближения. Аннушка на Феде, можно сказать, уже висьмя висела.

Федька уверенно вел нашу маленькую компанию к намеченной цели. Откуда он только успел разнюхать информацию о злачных местах в этом городке? Пройдя пару сотен метров параллельно набережной, мы услышали звуки неспешного рэгги, явно исполнявшегося вживую. Свернув с дорожки в сторону моря, мы вышли к славному полудеревянному — полукаменному павильончику, в углу которого четыре красочно разодетых человека исполняли бесконечный вяжущий ритм то ли блюза, то ли медленного рэгги — в общем, что-то растаманское и ужасно очаровательное, пропитанное остывающей полуденной жарой прибрежных тропиков. Самым колоритным из группы был старичок-хиппи с собранными в пучок седыми волосами, играющий на тамтамах и явно делающийся под описательный образ старика из известного произведения Хемингуэя. А может, это и был настоящий Хемингуэй или Старик из моря? Почем тут узнаешь, а спрашивать неприлично. Ресторанчик был наполовину пуст и только одна пара стояла в обнимку на танцевальном пятачке перед музыкантами, слегка покачиваясь в медленном ритме.