Чтение онлайн

Теперь он знает, где искать идола.

Перекресток, где пересекались шоссе Корунья и Эль-Падре был последней транспортной развязкой перед мостом через реку Мансанарес. Каждое утро тысячи людей пересекали его по пути в Мадрид на работу. Аварии здесь происходили с излишней периодичностью. Так произошло и сегодня, когда молодая студентка Луиза Маркес, увлекшись настройкой радиоприемника, врезалась в стоящий на светофоре автобус.

Лис был вынужден простоять в пробке более получаса.

Когда он, наконец, добрался до дома Марии, на парковке стоял красный форд. Автомобиль наверняка принадлежал Хорхе. Интуиция подсказывала Лису, что разговор с представителем местной полиции может оказаться сложным.

Выйдя из машины, он выпрямился, вдыхая свежий воздух нагоняемый ветром со стороны реки. Боль постепенно стихала, тело наполнялось приятным теплом.

Он быстрым шагом подошел к двери. Приподнятый уровень адреналина от такой невероятной удачи все еще не отпускал его нервную систему. Однако, протянув руку к двери, им овладело плохое предчувствие. Списав это на проявление излишней подозрительности, он вошел внутрь. Его встретила гробовая тишина. На отполированном деревянном полу находились грязные отпечатки нескольких пар мужских ботинок.

Лис резко оглянулся назад, приняв шуршащую от ветра листву за возможных нападающих.

Он медленно прошел внутрь, сжимая до хруста каждый палец за шаг. Кушетка, где еще недавно лежал раненый Волк, оказалась пуста. Вымазанные кровью полотенца валялись на полу.

Заглянув в кухню, он оторопел от ужаса. На полу лежали два окровавленных тела. В одном он узнал Марию. Она была убита прямым попаданием в сердце. Второго мужчину Лис тоже узнал — это был ее муж Хорхе. Свадебное фото Лис рассмотрел ранее в прихожей. Мужчина и женщина лежали лицом друг к другу, словно произносили свадебную клятву. Рука девушки лежала у мужа на шее, его же руки обнимали живот с ребенком, который никогда не увидит этот свет.

У Лиса защемило в сердце. Его ноги подкосились, закружилась голова. Чтобы не упасть, он присел на одно колено.

Просидев в тишине несколько секунд, он протянул руку и окунул пальцы в лужу общей крови, соединившей супругов навеки. Он взглянул на пальцы. Сколько еще крови будет на его руках?

Зубы неконтролируемо сжались до глухого скрипа. Почему старуха просто не толкнет его в пропасть, когда он уже давно стоит на самом краю? Может быть, он не прав, что считает себя виновным во всем произошедшем? Возможно, смерть специально выбрала того, кто не боится ее косы и готов идти до конца? Тогда в чем ее выгода?

На этот вопрос мог ответить Джеймс Гаррисон, Рауль Весге или Карл Смит. Двоих из них она уже забрала. А быть может и третьего.

Черт возьми, что же нашли два археолога тридцать лет назад в недрах Великой пирамиды? За что гибнут все эти люди? Почему Джеймс так испугался украденного им идола и потратил всю свою жизнь чтобы сохранить в тайне его местонахождение?

Его голова разрывалась от бесконечных вопросов. Волк, брат и сестра Весге — обречены. Лис не может им помочь. Если попытается, погубит себя и смерть Джеймса станет напрасной. Дальше он будет действовать один, пока легкие еще могут качать кислород. Каждая минута — это отпущенный смертью аванс. Медлить нельзя.

Лис вытащил пистолет из кобуры Хорхе. Взвесив его, он проверил патроны и осмотрел дуло. Из пистолета не стреляли. Значит, Хорхе сам впустил в дом гостей.

Когда Лис только вошел он, специально осмотрел пол. Никаких гильз. Убийца как всегда аккуратен.

Набравшись решимости, Лис встал и еще раз обошел дом. Собравшись выйти на задний двор, он внезапно услышал щелчок замка входной двери. Сквозь узкое окно напротив он заметил стоявший у входа фургон с надписью: «Клининговая компания „ВытремВсё“»

В дом зашли двое мужчин в униформе уборщиков и сразу направились на кухню.

— Ну и мясо, — воскликнул толстяк.

— А девочка ничего, жаль такие сиськи испортили, — сказал худой и рассмеялся.

— Извращенец чертов! Боюсь представить, чем ты занимаешься по ночам в своем морге. Доставай пакеты.

Худой принялся копаться в сумке.

— Там я и не такое могу.

— Стоять на месте! — выкрикнул Лис.

Мужчины замерли как оловянные солдатики.

— Медленно повернуться и поднять руки!

Они повиновались. Увидев направленное дуло, они задрожали.

— Успокойся мужик, мы просто чистильщики! Мы ничего не знаем, клянусь!

— Не знаем, — повторил толстяк.

— Они очень хорошо платят, чтобы мы не задавали лишних вопросов. Просто убирали и все. Пожалуйста, не убивайте сеньор.

— Вы можете быть уверенны, что мы никому не скажем о том, что видели вас. Вам не нужно нас убивать. Пожалуйста!

— Как их найти?

Толстяк медленно вытащил из кармана свернутый листок.

— Вот их телефон.

Лис медленно покинул дом, не сводя с них глаз.

Он сел в машину и поехал прочь. После принятых обезболивающих мучила сонливость. Сейчас он собирался хорошенько выспаться. Ночью предстоит не легкая работа.

Осталось только прикупить лопату.

Кладбище Альмудена раскинулось более чем на сто двадцать гектар в восточной части Мадрида. Оно было открыто более века назад и по некоторым оценкам насчитывало не меньше пяти миллионов захоронений. Среди них Лису требовалось отыскать всего одно. В найденных документах Анны Весге, был указан адрес, иначе на поиски ушли бы годы.

Кладбище по периметру обнесено старым кирпичным забором с одним основным входом, выполненным в виде высоких башен и нескольких десятков арок. Таких величественных, что, казалось, за ними притаился королевский дворец.

Лис припарковал машину в километре по периметру от основного входа. Район был тихий с минимумом освещения. Как ему и требовалось.

Город поглотила ночь. Сильный ветер, принесший с океана густые черные облака, поднимал в воздух песок и остатки мусора.

Лис захватил рюкзак, инструменты и прошел к одному из запасных выходов. Стальные ворота оказались заперты. Лис дождался, пока мимо проезжающие автомобили скроются за горизонт. Затем перекусил висячий замок специальными ножницами и прошел внутрь.

Едва различимая тропинка тянулась в кромешную темноту. Деревья, напоминающие безликих великанов, раскачивались как неваляшки, громко шелестя листьями.

Впервые в жизни ему пришлось находиться на кладбище ночью. Осуществить задуманное днем не представлялось возможным ввиду большого количества посетителей. Теперь он готов был признать, что недооценил свою выдержку. Повсюду в темноте мерещились разнообразные фигуры. Он откликался на каждый шорох, а сердце колотилось подобно молоту кузнеца.