Чтение онлайн

— Можно взглянуть? — тихо спросил Фрол.

Мазур придвинул к нему снимок:

— Сейчас, там, он именно так и выглядит…

Через плечо заинтересованно смотрел Кацуба.

— Ага, — сказал Фрол. — Что-то такое нюхом ощущалось… Ну да, то-то и… — он спохватился, замолчал.

— Кто это? — спросил Мазур.

— Милейший человек, — сказал Фрол. — Последняя кличка — Апостол, давненько не появлялся, я уж думал, и не свидимся больше никогда.

— В законе? — деловито поинтересовался Кацуба.

— Вот это — нет, — задумчиво сказал Фрол. — Не дотянул Кузема, ох не дотянул. Хотя шлейф за ним тянется достаточный — ходки, немалые дела и прочие атрибуты светской жизни. Года два назад растворился в нетях, ходили слухи, что подался в монастырь, толком никто ничего не знал, говорили даже, что дернул за рубеж, чему лично я решительно не верил — не было у него ни единой ниточки за бугор, языков не знает, особым капиталом не обременен. А он, изволите ли видеть, в егеря подался…

— Чур, этот индеец мой, — сказал Кацуба вроде бы шутливо, но с непреклонностью в голосе.

— Да бога ради, — поморщился Фрол. — Мне туда соваться, как я и говорил, совершенно не с руки. Просто помогло кое-что понять, и смогу я теперь в рукав пару карт припрятать, если доведется вежливо просить кое-кого, чтобы не паскудили наши угодья своими голливудскими забавами… Это наши скучные внутренние дела, вам, майор, совершенно неинтересные.

— Степаныч, — сказал вдруг Кацуба. — Не в обиду, поскучай на крылечке пару минут…

Мазур покладисто встал. Дежуривший в коридорчике плечистый парень предупредительно распахнул перед ним прочную дверь, он вышел на невысокое крыльцо, прошелся по дворику. Поодаль визжали пилы, лязгали станки. Суша осточертела до невозможности, со страшной силой хотелось в море, на глубину, в пронизанную цепочками пузырьков отработанного воздуха соленую невесомость, к неповторимому ощущению бездны, простершейся вниз под твоим лишенным веса телом…

Кацуба появился и в самом деле через пару минут, выглядел он весьма довольным, по-прежнему напоминал кота — но удачно укравшего добрый шмат ветчины и безнаказанно стрескавшего его в укромном уголке. Он даже щурился совершенно по-кошачьи и громко насвистывал что-то бодрое. С ходу направился в цех, сделав рукой размашистый жест Мазуру, чтобы следовал за ним. Молчаливый страж все еще торчал на входе. Кацуба мимоходом похлопал его по боку, бросив наставительно:

— Повышайте качество продукции, юноша, а то, по слухам, югославские гарнитуры на подходе.

Тот озадаченно покосился, непроизвольно шарахнувшись, — очень похоже, Кацуба якобы небрежно хлопнул его прямо по подмышечной кобуре, но смолчал. В машине майор откинулся на спинку сиденья, какое-то время задумчиво созерцал громоздившиеся вблизи штабеля досок, потом, не оборачиваясь к Мазуру, сообщил:

— Как выражался Дюма, интрига затягивается… Или завязывается? В общем, один черт…

Мазур дисциплинированно молчал — не та ситуация, чтобы лезть с вопросами, ясно, что погулять его отправляли не зря. Спросил только:

— А верить этому твоему «черному папе» можно?

— Определенно, — откликнулся Кацуба. — Потому что врать ему нет никакого смысла. В силу разных хитрых факторов ему твоя «Заимка» — как бельмо на глазу. Выгоды никакой, а беспокойство и головная боль налицо. Не настолько еще мы пали, чтобы с нами, многогрешными, не считались… Что ты на меня так смотришь? Не к настоящему же губернатору идти? Природа, друг мой, не терпит пустот, вот и все. Если власть выпускает из рук ниточки, они в пустоте долго болтаться не будут — быстренько кто-нибудь подхватит и намотает на пальчики, вот тебе и вся нынешняя политграмота в кратком изложении. А чистоплюйничать мы как-то не привыкли, да и вы тоже — можно подумать, тебе в Эль-Бахлаке местная компартия помогала склады подрывать…

…Остановившись на лестнице между этажами, Кацуба извлек из кармана пластиковую бутылку с «Белым орлом», зажав большим пальцем горлышко, попрыскал себе на рубашку, плеснул на Мазура. Потом подумал, махнул рукой:

— Не все ж добро переводить… — Сделал приличный глоток. — Будешь?

— Да ну, в подъезде, без закуси…

— Эстет ты у нас, я сразу просек… Ладно, пошли.

Он поднялся на третий этаж и решительно позвонил в дверь. Довольно быстро зашлепали шаги, изнутри спросили:

— Кто?

— Участковый, — моментально рявкнул Кацуба. — Ваша «тойота», гражданин Нефедов, в неположенном месте торчит?

Щелкнул замок, дверь стала медленно приоткрываться. Кацуба вмиг двинул по ней плечом, отшвырнув хозяина в глубь прихожей, рванул следом, как бульдозер. Мазур вошел за ним, старательно притворил дверь и защелкнул замок.

Хозяин, кое-как обмотанный большим махровым полотенцем, удержался на ногах и сейчас хватал с полочки под зеркалом черный револьвер. Кацуба преспокойно дал ему время не только схватить, но и почти поднять руку — потом выбил пушку, небрежно даже, словно отгонял муху или работал с манекеном в тренировочном зале. Подхватил на лету, нажал кнопку, выщелкнул барабан:

— Ты смотри, резинкой хотел в нас пальнуть, сучонок… — Вмиг ухватив хозяина за ушибленную руку, развернул и головой вперед швырнул в комнату. Полотенце слетело, и хозяин приземлился на полу совершенно голым. Кацуба вразвалочку вошел следом, громко комментируя: — Значит, мы тут имеем МЕ-38-компакт с безоговорочно запрещенными резиновыми пульками… Если в лоб, будет больно, если я тебе сейчас шмальну по яйцам, выйдет и вовсе похабно…

Квартирка оказалась однокомнатная. На широкой тахте обнаружилось довольно юное создание противоположного пола, с испугу укрывшееся простыней до носа. Хозяин лежал в углу в нелепой позе — совсем еще сопляк с гладенькой глуповатой физиономией. Безжалостно хрустя подошвами по разбросанным кассетам, Кацуба прошел на середину, пинком поддел черный шнур и вырвал его из розетки. Стоявший на полу магнитофон замолчал.

— Ногой по чавке хочешь? — поинтересовался майор у лежавшего.

Тот молчал, но по его лицу читалось, что предложение не вызвало у него ни малейшего энтузиазма.

— Ну тогда вставай, выкидыш, — сказал Кацуба. — Трусы натяни, что ли, вон валяются, — а то как бы у меня педерастические склонности не заиграли… Встать! — рявкнул он так, что девица спряталась под простыню с головой. Повернулся к Мазуру. — Вова, залетай, сейчас разборочку учиним по всем правилам, с кровищей на стенах и яйцами на люстре… — вытащил бутылку и глотнул из горлышка.

Хозяин, опасливо косясь на них и обходя стороной, натянул трусы, потянулся было к рубашке.

— Отставить! — рявкнул Кацуба. — И так сойдет… Ты, фемина, ну-ка быстренько вылезла, прошлепала на кухню и живенько мне приперла чего закусить… — Он огляделся, поднял со стула синее платьишко и швырнул ей. — На, задрапируйся — и в темпе, фемина, в темпе!

Она кинулась на кухню, натягивая платье на ходу. Кацуба успел звучно шлепнуть ее по попке, нехорошо оглядел хозяина и сообщил:

— Ну, щас я тебя, Витек, буду мочить, как мамонта…