Чтение онлайн

Автомат так и висел у него на плече стволом вниз – ну, что поделать, тут все так ходят, деталь национального костюма, и не более того… Медведеобразный дядя, конечно же, не мог не заметить, что за агрегат болтается у Мазура на плече, – но не изменил позы, не шелохнулся. Ага, вон оно в чем дело…

– Здорово, – сказал Мазур, остановившись в двух шагах, встав так, чтобы при необходимости иметь в виду укрывшегося на склоне, за деревьями.

– Здорово, коли не шутишь, – сказал дядя.

– Путешествуете?

– Ну...

– Какое совпадение, мы вот тоже… – сказал Мазур. – Как тут, если вообще? Спокойно?

– Да слава богу… – пожал могучими плечами собеседник с видом полного простодушия и спокойствия.

– Тоже неплохо, – сказал Мазур. – А чего это у тебя вон тот чудак за деревом прячется? – и, не отводя глаз от собеседника, дернул подбородком в том направлении.

– А пописать пошел, – объяснил тот. – На людях-то стесняется.

– Бывает… По делам, значит?

– Да вроде того.

– Вот и мы тоже, – сказал Мазур. – Вы, стало быть, туда?

– Ну...

– А мы – туда.

– Тоже занятие, – сказал дядя преспокойно.

Никто из его спутников не сделал попытки ввязаться в разговор, так и стояли в настороженной готовности. Хорошая, сыгранная команда, точнее, стая, ждущая сигнала вожака…

А сигнала-то и нет. Вожак неглуп. Мы ему определенно непонятны, и он, как многие умные люди, предпочитает с непонятным не связываться…

Краем глаза Мазур разглядывал тюки – что бы там ни было, это что-то напрочь лишено угловатых очертаний. Нечто мягкое, легко принимающее форму тары. Травка, а? Ну, в таких местах приличные люди незнакомым подобных вопросов не задают…

– Ну что, счастливого пути? – спросил Мазур дружелюбным тоном.

– И вам счастливенько, – отозвался дядя с автоматом.

Он бросил в сторону склона один короткий взгляд – и оттуда тут же проворно спустился пятый, с карабином на плече, демонстративно застегивая портки.

«Ага, – подумал Мазур. – Он высмотрел сверху, что мы одни, никого за собой не тащим, – и решил не связываться. Серьезные люди, не шпана…»

Он кивнул главарю, отвернулся и зашагал к машине, поневоле представляя собственную спину размером со стадион. Вся надежда была на Лаврика. Да нет, не должны, обойдется…

Обошлось. Когда он залезал в машину, загадочные караванщики дружно полезли в седла. Мазур перекинул рычаг, и черный джип медленно покатил мимо всадников и навьюченных лошадок.

– Пронесло, – вздохнул Лаврик. – Тебя тоже?

– Травка, а? – повторил Мазур вслух первоначальную догадку.

– Не обязательно. Мало ли что можно переть через границу… Серьезный народ, обстоятельный, на рожон не лезет. Сообразили, что мы на засаду правоохренителей не особенно и похожи.

– Ага, – сказал Мазур. – Люблю серьезных и…

Передок машины легонько сотрясло, словно что-то жесткое ударило снизу, джип катил дальше, но его трясло уже беспрестанно, капот подбрасывало… Выжав тормоз, Мазур перекинул рычаг и быстренько выскочил на безлюдную стежку. Лаврик вывалился с другой стороны, пригнулся на расставленных ногах, держа ствол автомата под безукоризненным углом в сорок пять градусов.

Светило солнышко, стояла тишина, и никого не было вокруг. Вот только зверообразный джип все сильнее, буквально на глазах, клонился капотом к земле – обе передние покрышки проседали, сплющивались под громкое и равномерное шипение уходящего воздуха.

Бормоча под нос матерные слова, Мазур направился назад по дороге, старательно всматриваясь в землю. Метров через двадцать он обнаружил искомое – старательно присыпанные землей широкие дощечки, усаженные внушительными гвоздями, мечта йога…

– Идиот старый, – громко сказал он сквозь зубы.

Быть может, и не стоило себя упрекать – «ежи» были отлично замаскированы на изрытой копытами тропе, если не знать заранее, ни за что не заметишь, кто ж мог подумать… Но все равно лопухнулись, идиоты…

– Ясна картина, – сказал подошедший Лаврик. – Машину они, конечно, услышали издали. И тут же сделали закладочку – на случай, если придется именно в этом направлении отступать… Не успели бы они смастерить эту штуку второпях при нашем приближении – заранее, конечно, запаслись. Не первый раз тут ездят, надо полагать, это мы, вахлаки, на чужую наезженную тропу вперлись, но кто ж знал…

– Ничего, – угрюмо сказал Мазур. – Осталось-то всего с километр, если напрямик; пешочком дойдем. Это нас бог наказал – поехали на дело, как баре, на черном джипе, с кондиционером и музыкой. Нам с тобой такая роскошь категорически противопоказана. Вот небесная канцелярия и восстановила социальную справедливость.

– Оно конечно, – задумчиво сказал Лаврик. – Если небесная канцелярия, то ничего тут не поделаешь… – Он оглядел Мазура. – Стой, ты что, так к ним и выходил? С гранатами?

– А что? – пожал плечами Мазур, бросив взгляд на пару гранат, по всем правилам подвешенных на клапане наружного кармана. – Здесь все так ходят, местная специфика… Пошли?

…Полуразрушенное строение оказалось спрятанным в распадке, словно горошина на дне берестяного туеска. Его можно было увидеть, лишь выйдя из-за любого из откосов.

Узенькая долина, широкий ручей, из которого там и сям торчали острые мокрые камни, – и на крутом пригорочке небольшое квадратное здание с многоярусной крышей. Поистине, идеальное место для удалившихся от бренного мира отшельников.

– Вот оно, – сказал Мазур. – Могила святого Мики, седьмая по счету и последняя на этой дороге… А ведь его, пожалуй что, в свое время из трехдюймовок прямой наводкой расстреливали?

– Очень похоже, – кивнул Лаврик.

Один снаряд в давние времена попал прямехонько в широкие двери, оставив рваный проем, еще парочка угодила в крышу, так что она наполовину обрушилась. Проломы выглядели не менее старыми, чем сам дацан, давным-давно заброшенный буддийский храм. Вне всякого сомнения, артиллерией здесь баловались лет восемьдесят назад, когда и тихую обитель затронули порожденные революцией жизненные пертурбации, – насколько помнил Мазур, сюда в свое время завернули отряды барона Унгерна, последнего авантюриста великой степи, славного настоящим размахом. Должно быть, здесь он с красными и собачился. Конечно, у кого именно были пушки, а кто оборонялся в дацане, сейчас сказать решительно невозможно по причине скудости исторических знаний. Может быть, и не Унгерн – тут в разное время гуляли еще китайские генералы-сепаратисты, цирики Сухэ-Батора, партизаны красные и белые, вообще непонятно кто – но все поголовно полагали артиллерию единственным средством убеждения…

– Стоп! – тихонько произнес Лаврик.

– А?

– Что-то там внутри шевельнулось, во-он в том окне…

– Ну, посмотрим… – щурясь, сказал Мазур.

– Ты – с той стороны…

– Ага…

Они рассредоточились, двинулись с разных сторон к унылым развалинам грязно-серого цвета – и вдруг залегли, не сговариваясь. Впереди захрустел щебень, в проеме бывшего входа показалась рослая фигура в грязном камуфляже – простоволосый, явственно пошатывавшийся мужчина. Что-то с ним было не в порядке – он шел к ручейку, качаясь, останавливаясь, припадая на правую ногу, то ли пьяный, то ли больной, то ли…