Чтение онлайн

– Да, всю сумму, – сказал Глеб. – Только оставьте посевы в покое!

О чем это говорило? Что его склады были почти пусты? Грас не стал бы этому удивляться.

– Принесите серебро завтра в это же время, – приказал король Глебу, – иначе...

– Я понял. Вам нет нужды беспокоиться об этом, ваше величество. Я очень хорошо вас понял.

Принц сдержал обещание. Грас проверил серебро даже еще тщательнее, чем те деньги, что он получил от Лейзетина. Король оставил лагерь около внушительных стен Йобуки и выступил со своей армией на юг.

– Мы двигаемся домой, ваше величество? – спросил Гирундо в некотором удивлении. – Я думал, мы нанесем визит также в Грвейс.

– Нанесем, – ответил король.

– Но... – Гирундо указал на запад. – Он там.

– Большое спасибо, – проговорил Грас, и генерал поморщился. Король продолжал: – Прежде чем я поверну на запад, я хочу скрыться с горизонта Йобуки. Если Глеб увидит, что я иду в ту сторону, он наверняка пошлет корабль в Грвейс. Он может попасть туда раньше нас, и тогда принц Творимир устроит засаду.

Гирундо поклонился:

– Я не могу сказать вам, ваше величество, что вы не правы, потому что это не так. Единственное, что я вам скажу, – Глеб, скорее всего, в любом случае пошлет туда корабль. Нам следует приготовиться к неприятностям.

– Мы так и сделаем, – произнес Грас. – Надеюсь, ты позаботишься о том, чтобы мы подготовились?

– Вы – сама доверчивость, не так ли? – улыбнулся генерал.

Король Грас громко рассмеялся. Возможно, какие-то короли Аворниса обладали этим замечательным качеством. Ланиус, знаток древностей, наверняка знал одного или двух, но Грас не мог вспомнить никого. Если бы госпожа доверчивость каким-то образом и оказалось на престоле Аворниса, она бы там долго не удержалась.

Ланиус искал документы, связанные с Фервингией во времена правления его отца и его собственного детства, – дни, когда король Дагиперт правил королевством на западе и когда он грозился, что будет также управлять Аворнисом.

«Сейчас, –писал Ланиус, – аворнийцы редко вспоминают о Фервингии. Это тихая, мирная страна, не из тех, что причиняют тревоги или беспокойство. Но так было не всегда, и нет никаких гарантий, что так будет оставаться всегда. Со временем Фервингия снова может представлять собой страшную опасность. А поэтому, мой возлюбленный сын, тебе следует знать как можно больше о прошедших днях, когда Фервингия угрожала самой нашей династии».

Для Крекса те времена будут казаться такими же далекими, как и времена, когда ментеше захватили Скипетр милосердия. Но Ланиус хорошо их помнил и надеялся дать своему сыну какие-то наметки на то, как обращаться с Фервингией, если она снова станет источником проблем.

Как вели дела с Дагипертом его отец и Грас? Читая письма, которыми обменивались Мергус, Грас и архипастырь Букко с королем Фервингии, Ланиус удивлялся, что Дагиперт одерживал верх чаще, чем проигрывал.

После того как король изложил, что, по его мнению, являлось лучшим способом удержать Фервингию, он перечитал написанное. Если кто-то, кто на самом деле столкнется с фервингами, ознакомится с этим, насколько действенными покажутся ему советы короля?

Поработав еще немного над книгой, Ланиус покинул архив и отправился в комнату котозьянов. Несколько зверушек вышли к нему в ожидании подачек.

– Простите, – сказал он. – Я не заходил на кухню.

Они продолжали смотреть на него узкими глазками, полными упрека. Король, в свою очередь, сел на скамью и принялся наблюдать за ними. Спустя какое-то время котозьяны, казалось, забыли, что рядом находится посторонний, и продолжили свои занятия: одни лазали по конструкции из палок и веток, другие ели из мисок мясо или лежали, свернувшись клубочком, около жаровен, которые поддерживали тепло в помещении.

Ланиус оглянулся в поисках Когтистого, почти готовый к тому, что не обнаружит котозьяна. Был ли он на кухне или отправился в архив охотиться на мышей? Но нет, Когтистый просто расположился возле жаровни.

– Ты – зануда, – сказал Ланиус котозьяну. – Ты хуже, чем зануда, ты – мелкий пакостник.

Когтистый завертелся, но не отодвинулся от тепла. Ланиус засмеялся. Его любимец мог быть очаровательным ровно столько, сколько ему хотелось самому, и ни мгновением дольше. Затем он снова мог превратиться в мелкого пакостника.

Понаблюдав еще немного за хозяином, Когтистый решил, что не хочет больше оставаться у жаровни. Он залез на сооружение из палок и веток, которое Ланиус когда-то сделал, чтобы котозьяны могли себя чувствовать так, будто они жили в лесу. В этот момент внимание Ланиуса отвлекли два котозьяна, которые намеревались затеять драку. Когда король снова повернулся к Когтистому, то не обнаружил его. Где котозьян?

Ланиус окинул взглядом конструкцию, посмотрел назад, на жаровню. Он оглядел всю комнату котозьянов. Потом оглядел еще раз.

Когтистый исчез.

Ланиус поднялся и осмотрел часть конструкции, а также стену за ней. Никаких следов.

Проклятье! – Если бы у него было время, в конце концов он обнаружил бы секрет котозьяна.

Где был теперь Когтистый? Где-то между стенами, направляясь – куда? На кухню? В архив? Куда-то еще, в место, известное только ему? Как зверек находит путь в темноте? По запаху? На ощупь? На слух?

Замечательные вопросы! Нисколько не легче тех, что были в книге «Как быть королем». Но на те вопросы он мог ответить. На эти? Нет.

Остаться здесь, пока Когтистый не появится вновь? Возможно, это дало бы ему ответ. Конечно, котозьян, предоставленный самому себе, мог не вернуться в течение нескольких дней – или совсем не вернуться. Оставить здесь слугу, чтобы наблюдал? Посылать слуг по сменам, пока Когтистый не вернется? Ланиус покачал головой. Открывая и закрывая дверь так часто, они бы только дали остальным котозьянам шансы убежать.

Что же делать? Ланиус произнес несколько безобидных ругательств, чего хватило, чтобы некоторые котозьяны снова посмотрели в его сторону. Вот один из тех редких случаев, когда Ланиусу хотелось бы участвовать в сражениях. Он был убежден, что ругань сражающихся солдат – это нечто великолепное, не похожее ни на что.

Теперь же лучшее, что он мог придумать, это покинуть комнату котозьянов. Рано или поздно Когтистый обнаружит свое присутствие. Зверь вернется сюда... а затем, рано или поздно, снова сбежит.

«И может быть, если повезет, в следующий раз мне удастся увидеть куда».

Дорога на Грвейс, самый восточный из черногорских городов-государств, который присоединился к Нишеватцу в совершении набегов на Аворнис, была не хуже и не лучше любой, которую Грас видел в этой северной стране. К несчастью, ливень с ураганом со стороны Северного моря превратил ее в глубокую полосу грязи. Лошади тонули в этой грязи по брюхо, повозки застревали по самые колеса и еще глубже. Движение вперед превращалось в отчаянную борьбу.