Чтение онлайн

Два других черногорских судна были протаранены так же умело, как это сделали моряки галеры Граса. Однако не все удары прошли так же гладко. Некоторые из черногорских капитанов сумели-таки уклониться от таранов. Пираты, стреляя вниз по галерам, когда те оказались достаточно близко, заставили аворнийцев заплатить за их атаки.

А еще одна речная галера протаранила врага, но не сумела вовремя отойти – и начался кошмар! С громкими пронзительными криками черногорцы спрыгнули вниз на палубу и атаковали моряков и почти невооруженных гребцов. Грас приказал своему кораблю подойти к сцепившимся противникам. Его моряки давали залп за залпом по черногорцам. Пираты и аворнийцы падали за борт, иногда сцепившись так же намертво, как и их суда.

Птероклс с усилием поднялся на ноги и потянул Граса за рукав:

– Ваше величество, этот шторм...

– Шторм? – Грас не понял. Но в этот момент первая дождевая капля упала на его лицо, затем еще одна, и еще... – Что такое? Ветер задул совершенно неожиданно.

– Именно это я и хочу вам сказать, ваше величество, – продолжал волшебник. – За ним стоит волшебство. Волшебство или...

– Или что?

Выражение лица Птероклса без всяких слов говорило о том, что имеет в виду волшебник – Низвергнутого. Король сказал:

– Что ты можешь сделать? Ты можешь задержать шторм, ведь мы не расправились с пиратами?

Пока он говорил, еще одна речная галера протаранила пиратский корабль и отошла, освободившись. Черногорский корабль начал тонуть. В это же время волна с грохотом обрушилась на нос галеры Граса. Рулевой крикнул:

– Ваше величество, мы не можем долго это выдерживать!

– Ясно, – ответил Грас и повернулся к Птероклсу: – Так что ты можешь сделать?

– Не много, – ответил колдун. – Обычный смертный волшебник не может изменить погоду. Вот почему я думаю, что это...

– Следует ли нам тогда отступить? – с сомнением спросил Грас – Мы так успешно их атакуем.

Сначала один, потом другой черногорский корабль расправили паруса и поспешили на север со скоростью, с которой речная галера не могла соревноваться.

– Я не могу сказать вам, что делать, ваше величество. Вы – король. Я просто колдун. Я, однако, могу чувствовать шторм. Мне он не нравится, – ответил Птероклс.

Грасу он тоже не нравился. А еще – ему не нравилось отпускать черногорцев, но их корабли могли выдерживать гораздо худшую погоду, чем его галеры.

– Сигнал «Прекратить бой», – крикнул он командиру сигнальщиков. Еще одна волна ударила о нос. Это убедило его, что он все делает правильно. Он добавил: – Сигнал «Направиться к берегу».

Флажки поникли из-за усиливавшегося дождя. Однако король надеялся, что другие капитаны сумеют различить сигнал.

Между тем черногорские корабли исчезли. Остались только те, что получили значительные повреждения. Один из них перевернулся. И то же самое произошло с потерпевшей крушение речной галерой. Аворнийские суда выловили столько моряков – аворнийцев и черногорцев, – сколько смогли.

«Направиться к берегу». Казалось бы, достаточно простая команда. Но сейчас, при усиливавшемся шторме, дожде и тумане, наполнявшем воздух, Грас потерял сушу из виду. Он и рулевой должны были полагаться на ветер и волну, которые скажут им то, что не могут видеть глаза.

– Мы побили их, – сказал Гирундо. – Теперь – следующий вопрос: будем ли мы праздновать победу, или они посмеются последними?

– Возможно, в открытом море они чувствуют себя увереннее, чем я, – сказал Грас, – но, во имя богов, я все еще разбираюсь в том, как вернуться домой в непогоду.

И как будто ему в ответ, ожившее море послало волну, которая почти залила и едва не опрокинула галеру. Грас схватился за линь и вцепился в него, чтобы уцелеть. Когда корабль восстановил равновесие (медленно, очень медленно), первое, что сделал король, – стал искать глазами Птероклса. Не смыло ли волшебника за борт, ведь он не был моряком.

Но колдун сумел устоять на ногах, с него потоками лилась вода, он отплевывался, повиснув на ограждении. И флот добрался до берега невредимый – жестоко потрепанный, но невредимый.

Шторм между тем становился все сильнее и ужаснее, но теперь это уже не имело значения.

Принц Всеволод сделал большой глоток из чаши с вином, стоявшей перед ним.

– Задавай свои вопросы, – сказал он. Таким тоном раненый велит знахарю вытащить попавшую в него стрелу.

Заставить находящегося в изгнании правителя Нишеватца продемонстрировать даже такую готовность к сотрудничеству – уже своего рода победа. Он-то ведь полагал, что это другим следовало сотрудничать с ним, а не наоборот.

Ланиус не заставил себя долго ждать:

– Какие города-государства в Черногории скорее всего станут противостоять Василко и Низвергнутому?

Всеволод с презрением взглянул на него.

– На этот вопрос тебе следует ответить самому. Король Грас берет пленников из Нишеватца, из Гайзердзика, из Йобуки, из Грвейса. Это значит, нет пленников из Дердеватца, из Равно, из Завалы, из Мойковатца. Эти четыре, они не плавать с пиратскими кораблями. Они нет любить Василко, а?

Слова показались вполне логичными, но Ланиус уже знал, что логика часто не имела ничего общего с поведением черногорцев. Он сказал:

– Станут ли они союзничать с Аворнисом, если мы пошлем нашу армию в страну черногорцев?

– Нет. Конечно, нет.

Похоже, если Ланиус считал Всеволода немного странным, тот решил, что общается с тупым. Властитель Нишеватца продолжал:

– Хотите отдать Дердеватц и остальные три города в руки Низвергнутого – вводите армию.

– Но это же ты первым пригласил нас в страну черногорцев! – воскликнул Ланиус, даже не пытаясь скрыть раздражения.

– Тут все по-другому. – Всеволод пожал плечами. – Тогда я был властелин. Теперь я изгнанник.

Слеза блеснула в его глазу. Сожаление или жалость к себе? По тому, как Всеволод снова наполнил чашу вином и залпом выпил, Ланиус побился бы об заклад, что это все-таки жалость.

– Почему города-государства выступают именно в таком порядке? – спросил он.

Выставив узловатые старческие пальцы правой руки, Всеволод перечислил:

– Нишеватц, Гайзердзик, Йобука, Грвейс. Выставив пальцы левой, он продолжил перечень:

– Дердеватц, Равно, Завала, Мойковатц. Затем принц скрестил пальцы рук.