Чтение онлайн

За стол, накрытый бордовой скатертью, можно было усадить человек пятьдесят, а если потеснятся, то и сотня войдет. Мой супруг сидел на одном краю, во главе, а родители — на другом. Интересно, как они разговаривают? Перекрикиваются? Или тут действует правило «когда я ем, то глух и нем».

Сана с Дулой в столовую не пошли, на пороге передали меня тому самому мужчине, встречавшему нас вчера. Он подал мне руку и торжественно препроводил на место справа от Эрвила.

Когда я уселась, супруг благосклонно мне кивнул. Почти сразу начали подавать завтрак. Стоящую передо мной пустую белую тарелку из тончайшего, наверное, фарфора, заменили на полную. Ну как полную… Подача у них тут ресторанная. В центре тарелки лежало что-то коричневое и кругленькое, покрытое каплями желтого соуса.

Я несколько растерялась, тем более, что рядом с тарелкой лежала целая раскладка из разных приборов. Муж взял самые обычные вилку и нож, отрезал от коричневой какульки маленький кусочек и отправил в рот, прожевал, а потом посмотрел на меня.

— Мэлисса Айдира, почему вы не кушаете? Вам не нравится блюдо?

— Я уже ем-ем. Мне все нравится, — я поспешно ухватилась за такие же приборы, что и Эрвил.

Золотистые нож и вилка оказались неожиданно увесистыми, так что я их чуть было не выронила. Я отрезала небольшой кусочек и с опаской положила в рот. Коричневая штучка оказалась котлеткой с начинкой из грибного паштета. Очень вкусной котлеткой. Собрав с тарелки капельки кисленького соуса, я пожалела, что она была такой маленькой. Впрочем, блюдо тут же обновили. Теперь передо мной была маленькая горка запеченных овощей, посыпанных белыми семечками и украшенных какими-то тонкими ломтиками. Те вилку и нож, которыми я ела, забрали, а новых не дали. Пришлось опять следить за мужем.

В этот раз вилка была взята другая, с более широкими и короткими зубцами, почти ложка, и короткий нож, более широкий, похожий скорее на лопатку.

Понравились мне и овощи. Я их с удовольствием съела. И кусок какого-то рыбного холодца, украшенного долькой лимона, и перемешанный со взбитыми сливками шоколадный бисквит в креманке. Все выглядело непривычно, но было очень вкусным, а я довольно сильно проголодалась.

Эрвил посмотрел на меня с некоторым удивлением.

— У вас хороший аппетит, мэлисса Айдира.

Это комплимент или оскорбление? Я решила считать в свою пользу и ответила тоже комплиментом:

— Ваш повар очень вкусно готовит.

— Я рад, что все пришлось вам по вкусу.

Да, кстати, я только сейчас вспомнила, сам-то Эрвил оставлял большую часть блюд на тарелках, разве что десерт съел почти полностью.

Когда посуду убрали, супруг подал мне руку, чтобы помочь выбраться из-за стола.

— Пройдемте в малую гостиную, там уже подали чай.

Пришлось принять руку и идти. Родители последовали за нами.

Малая гостиная оказалась гораздо уютнее, чем столовая. Светильников в ней было еще больше и возле стены находилась просто огромная подставка, на которой стоял большой, красный, но не светящийся шар. От него шло тепло.

Эрвил провел меня мимо шара и усадил в кресло. Сам устроился рядом, в соседнем кресле. Родители заняли пустующие места. Между нами стоял низенький столик, накрытый к чаепитию.

Оформлена малая гостиная была в жемчужно-голубых тонах. Атласные драпировки переливались в свете шаров. Было довольно уютно и совсем не мрачно. Хотя впечатление портили мрачные лица моих родителей. Мэлисса Айнигена улыбалась, но улыбка была какой-то ненастоящей.

Никто из слуг не остался, так что я решила, что чай нужно разлить мне. Рискую, конечно, неизвестно какие здесь чайные традиции. Но чайник только один, молочника нет. Только пустые чайные чашки и широкая вазочка с полупрозрачными кристаллами, видимо, сахарница.

— Матушка, отец, чаю? — решилась я нарушить молчание.

— Да, Ди, дорогая, — улыбка матери стала чуть более искренней.

— Эрвил? — я обратилась к супругу.

Тот чуть нахмурился и сузил глаза. Да что ж я не так делаю?

— Да, благодарю вас.

Я взяла большой пузатый чайник и принялась разливать чай в чашки. По комнате поплыл приятный запах хорошего черного чая. Я вдохнула с удовольствием и поставила чайник, как только наполнила все чашки.

— Сахар? — обратилась я с вопросом к матери, потому что никто не торопился ничего брать, видимо, обслуживать нужно было до конца.

— Да, дорогая.

— А сколько?

— Ты что, не помнишь? Как всегда, три кусочка.

Взяв кусочек, я постаралась как можно аккуратнее положить его в чай, чтобы не булькнуть и не заплюхать всю скатерть. Налила я чаю от души, так что три добавленных кристалла почти сравняли жидкость с краем чашки. Перевела вопросительный взгляд на отца.

— Мне два, — правильно понял он мой вопросительный взгляд.

Я положила и повернулась к Эрвилу.

— Благодарю, я предпочитаю чай без сахара.

Я кивнула. Я и сама считала грехом перебивать чайный вкус сладостью, так что взяла чашку и отхлебнула немного, а то во рту до сих пор стоял слащавый вкус десерта.

Мать с отцом посмотрели круглыми глазами, потом коротко переглянулись. Мэлисса Айнигена нервно размешала сахар в своей чашке, выплескивая чай через край чашки.

Покосилась на мужа, тот был невозмутим и пил свой чай. Ладно, нафиг их, мало ли что им не понравилось, может, я не по этикету палец отогнула, или должна была пить последней. Плюнула на все и просто стала наслаждаться дивным напитком.

Когда все пригубили чай, кто-то чисто символически, а кто-то не отказался бы еще от одной чашки, отец сказал:

— Что же, мэлисс Эрвил, позвольте поблагодарить вас за гостеприимство. Мы убедились, что с нашей дочерью все в порядке, и можем отбыть домой.

Мэлисса Айнигена подскочила на месте и обернулась к супругу.

— Как?! Мы не можем уехать так быстро! Мы должны убедиться, что…

— Думаю, молодожены сами разберутся во всем, а у нас поместье без присмотра.

— Ничего с твоими винами не случится, пока тебя там нет!

— Нэй, дорогая, давай оставим эти споры до возвращения в поместье. Мэлисс Эрвил, давайте оставим женщин пообщаться о женском, а мы с вами подпишем документы.

— Да, мэлисс Айлиран, — Эрвил поднялся.

Мужчины вышли. Я налила себе еще чашку чая, предчувствуя, что сейчас матушка мне выскажет все, в чем я облажалась по ее мнению. Так и оказалось. Улыбка исчезла с лица Айнигены как по взмаху волшебной палочки.

— Ди! Как ты себя ведешь?

Как надо я не знала, так что просто отхлебнула еще чаю.

— Ты накинулась на еду, как будто тебя никогда не кормили! Дама не должна объедаться!

Размер тех порций, что нам подавали, никак не подходил под определение «объедаться».

— Я не так тебя воспитывала! И что это еще за подхалимаж? Ты терпеть не могла чай без сахара. А теперь решила подражать Эрвилу? Да еще и называешь его так фамильярно, по имени, будто вы уже много лет прожили вместе.

— Нет. Просто десерт был слишком сладкий.

— Так не надо было его весь есть! Ты меня позоришь!