Чтение онлайн

Простите за беспокойство. Надеемся быть в этом году в Петербурге и отвести душу с друзьями.

В наше жестокое время научаешься чтить и дорожить хорошими друзьями и людьми.

Скажите ей, что недавно я прочел те самые записки1, которыми я измучил ее, и так они мне не понравились, так я искренно пожалел ее. Должно быть, мне предстоит участь Пенелопы: летом писать, а зимой уничтожать написанное.

Жена шлет поклоны.

Простите, что так поздно отвечаю на Ваше внимание. Очень, очень был занят.

Суббота

рядом лежит только что проглоченная пьеса1.

Пишу, потому что хочется писать от большой радости.

Чувствуется в ней мастер, темперамент, талант, сила, что-то большое… и я счастлив за Вас и за русский театр.

После первого акта – увлекся пьесой. Влюбился в сводню и испугался…

Я не люблю Вашего излюбленного героя меблированных комнат или Максима ("Кто он?"). В первом акте в Артамоне я узнал старого знакомца, который опять заныл и опять носится с самим собой 3. Я не обрадовался ему… Я примирился с ним ради последней сцены со сводней 4.

В помойной яме заселенного дома много трогательной поэзии и много пошлости. Я вспомнил слова Антона Павловича, сказанные об Ибсене: "Слушайте… у него же нет пошлости. Нельзя же так писать пьесы".

Пьеса закончена блестяще, а это такая редкость… Финалы первого и второго актов – не понял… Казалось, что не хватает какого-то одного слова.

Пишу без всякой цели и отлично понимаю, что ничего важного не способен теперь сказать. Я рад и потому хочу поделиться с Вами моим чувством. Поздравляю, обнимаю.

241. Л. М. Леонидову

Леонид Миронович,

Вместо ответа по пунктам я пишу шире и рассматриваю вопрос подробнее. Из второго письма Вы получите ответы на все Ваши вопросы, за исключением одного, а именно: как вам разделиться между "Брандом" и Метерлинком2. Я думал, что Владимир Иванович объяснил Вам этот вопрос.

Итак, я начинаю издалека.

Теперь я бросил эту мечту художника, так как нельзя осуществить ее без Вашего участия.

Душевно жалею об этом – так, как, вероятно, никто (особенно после последнего спектакля "Вишневого сада").

Ввиду сказанного я буду обращаться не к Вашему чувству артиста, а к Вашему доброму сердцу, и Вы меня поймете.

С почтением

242*. Вл. И. Немировичу-Данченко