Чтение онлайн

И тут меня понесло. Чего я только ей не наговорила. Я высказала все претензии, какие были (надуманные, конечно). И что меня она бесит своим радушием, и вообще, зачем она ко мне приезжает. Я не из ее круга. Я не такая, как она: не веселая, не богатая, не интересная. Какого черта ей от меня нужно? И все в таком духе. Еще больше взбесило, что она сидела и слушала с тем же выражением лица, что и задала вопрос – с интересом, радушием и пониманием.

Как только я открыла рот, мне уже было стыдно, за все мои слова, но останавливать себя я не хотела. Хотела высказать все, что копила годами. И говорила, говорила, говорила.

– Закончила? – она поставила наконец-то стакан на стол.

– Да, – почти выкрикнула я – закончила! Хотя, может, только начала.

– Теперь послушай меня. Я понимаю, почему и для чего ты на меня так срываешься. Эти процессы тебе пока не понять. И мне, на самом деле достается тоже от того, что я так с тобой добра и все даю тебе даром, а ты это не ценишь и не можешь оценить, пока к тебе не придет глубинный смысл многих пониманий и осознаний. Но это не беда. Я прямо сейчас сделаю еще одно «доброе дело» – при этом Лена сделала кавычки пальцами – и на этом будет закончено. Но не потому, что я перестану с тобой общаться, или ты со мной. А потому, что после этого обучающего курса ты будешь уже улучшенной версией себя. Я не буду говорить, сколько он стоит, иначе ты начнешь сейчас кудахтать. Этого я не хочу слушать. Я просто оплачу и напишу твои данные. Этот тренинг будет идти 10 дней, хороший промежуток для того, чтобы решить, как дальше жить. Ты пока еще не готова начать, думаю, тебе надо еще дня три, а потом начнется тренинг, и я дам тебе ссылку.

Эти дни мы с тобой не будем видеться.

После того, как ты пройдешь тренинг, если посчитаешь, что он стоит этих денег – ты мне их вернешь. Если не стоит – хорошо. Я тебе о них никогда не буду напоминать.

И в этот момент меня накрыло такое чувство стыда, вины и почему-то унижения, что я не могла видеть Лену, не могла смотреть на нее.

Она, видимо, это почувствовала, встала молча, поцеловала меня в макушку, сказала слова любви и ушла.

С утра на работу. Я тащилась, как на каторгу. Настроение было на нуле. Плакала почти всю ночь. Не хотела ничего делать. Почему моя жизнь так сложилась? Что со мной не так?

Офис удручал. Я прошла в свой кабинет и тут же налила себе кофе. Промелькнула мысль, что пора бы уже заканчивать с кофе и печеньками или хотя бы остановиться на одном кофе, максимум с шоколадкой. Хотела снова на себя позлиться. Все равно ведь не будешь обещание выполнять, так чего начинаешь-то?

Когда настроения нет, все вокруг как будто сговариваются. В кабинет влетела секретарь, по-другому не скажешь. Именно влетела.

– Иди скорее, тебя уже заждались. – Ее выпученные глаза не предвещали ничего хорошего. Под ложечкой тут же засосало, и я стала вспоминать все свои косяки по работе. Ну почему так? Беда не приходит одна. Сначала Лена, теперь еще и это. Я еще не знала, что именно «Это», но чувствовала, что ничего хорошего.

Ноги стали ватные, страх так и прилип ко мне. Когда же я перестану бояться и трястись как кленовый лист.

– Евгения Валерьевна, у нас к вам не очень хорошая новость! – слова директора меня словно подкосили. Ну, хоть бы подготовила сначала, не успела войти, как сразу за дело.

– У нас начались сокращения, и вы одна из кандидаток. Вы работаете у нас не так давно, детей у вас нет, до пенсии вам еще далеко – она жестом остановила мои вырывавшиеся возмущения.

– Я вас прекрасно понимаю. Но мы именно сокращаем вас. Вы единственный кандидат, как я уже сказала, у которого нет детей и до пенсии далеко. У вас будет выходное пособие, еще два месяца вы будете получать зарплату и сможете найти себе достойную работу. – Ее лицо выражало спокойствие и участие.

Мне нечего было добавить. Мои руки мысленно опустились, а в голове стучала единственная мысль: «Хорошо, будь, как будет».

– Хорошо. Я подпишу бумаги о сокращении. Когда я выхожу на работу последний раз?

– Вам еще нужно отработать неделю и передать дела Марии Николаевне. Мы рады были с вами работать, вы хороший человек и красивая девушка. Я знаю, что вы достойны большего, чем есть сейчас у вас. У вас все будет хорошо.

Да, да. Прям мои слова из блокнотика, и это меня даже рассмешило. Неужели действительно все так быстро происходит в мире?

– А я могу отработать меньше, чем неделю? Например, я могу передать дела и за три дня, сегодня же начну. – Я хотела начать тренинг, и уже не выходить на работу. Будет больше свободного времени.

– Да, конечно, если успеете все передать, то можете уволиться раньше. Мне действительно жаль, но вы единственная подходите под статью сокращения. Есть еще люди, но они уже из рабочего персонала. Я рада была с вами работать! – когда она говорила, я искренне чувствовала ее участие.

Я не злилась. Даже, наоборот, радовалась. Зато буду 2 месяца дома. Потом найду другую работу.

Я закрылась, пока передавала дела, старалась вообще ни о чем не думать и ни с кем не общаться. А ко мне никто и не приставал с разговорами. Все подумали, что я сильно злюсь и потому не разговариваю. Я не стала устраивать никакого банкета, подписала бумаги, забрала документы и попрощалась. На душе стало очень легко.

Свои мысли я так не могла настроить, чтобы они успокоились. Все лезли и лезли и все о том, что я оттолкнула для себя близкого человека. Того, кто принимал меня, того, кто давал мне чувство любви, хотя я этого не понимала. Чувство вины было таким сильным, таким тяжелым, что я не могла даже думать о нем. Я старалась выкинуть все это из головы, но облегчения это мне, конечно, не принесло.

О Боже, в такие минуты я понимаю самоубийц. Наверное, это действительно самый сладкий момент, когда понимаешь, что тебе не надо больше ничего решать.

Три дня прошли, как в тумане. Почти ничего не помню. Просыпалась, завтракала, шла на работу, потом с работы и ложилась спать. А в душе очень сильно ждала, когда эти три дня закончатся. Я это поняла, как только открыла ссылку, которая пришла от Лены.

Даже руки тряслись.

Итак. Начнем.

Мне предлагалось 10 дней подряд описывать свой день. Каждый час, когда прозвенит будильник, брать ручку, блокнот и писать все мысли, все действия, все свои эмоции. Не знаю, как я это сделаю. А вечером или в течение дня переписывать. Я пока плохо понимаю, что это значит. Я пошла на полный пакет, вернее, Лена мне оплатила полный пакет. Так что работать я буду лично с тренером. Еще каждый день одна медитация, которая будет помогать пройти этот тренинг и наработать какие-то качества характера. Посмотрим.

Сжавшись в кресле, я смотрела на экран, а все внутри кричало: «Не-е-е-е-т!» Это не поможет. Уже пробовала. Не хочу. Почувствовала, что живот аж сводит от того, как я напряжена.

И тут меня просто подбросило. Я встала, начала ходить, прыгать, кричать, ну так, больше попискивать, но хоть какие-то звуки издавать.

Снова я убежала от тебя, от писем тебе, хотя все больше и больше понимаю, что пишу себе. Описываю себя. Какой я хочу стать, кем бы хотела быть. Что хотела бы на самом деле ощущать.