Письма на чердак
Шрифт:
Я не выдержала и разревелась. Я так не хотела плакать при нём! Боялась, что он меня прогонит. Прогонит из Тёмного Уголка. А он вздохнул, спрыгнул с подоконника и, выйдя из жилой комнаты, открыл дверь в галерею.
Я, всхлипывая, поплелась за ним. Некоторое время мы шли по галерее, потом появились ступени вниз, и мы оказались у двух больших ворот, расположенных друг напротив друга. Я догадалась, что это ворота, ведущие наружу и во внутренний двор. Мне стало страшно: сейчас Хозяин заставит меня усмирять этих химер. Но нет, мы впервые вышли в другую дверь.
Вокруг были только мшистые камни и корявые деревья. Но честно, мне всегда нравился вид Каменного Луга.
Хозяин пошёл направо, топча мох тяжёлыми ботинками, но зелёный покров сразу выпрямлялся, скрывая его следы.
И тут я впервые подумала, что никогда не видела до этого, как ступают другие призраки. Они проплывали бесшумно, и часто только звук открываемой двери сообщал мне, что кто-то проскользнул за моей спиной.
Хозяин был непохож на всех остальных призраков, которых я мельком встречала: мощный, мускулистый – никакой лёгкости и воздушности. Мне тогда казалось даже, что он вовсе не призрак.
Я шла за ним, не думая о цели нашей прогулки. Но тут я заметила, что мы направляемся… Да, к Синему Озеру.
Среди камней стала появляться вода, вытесняя мох, а в воде пушились ярко-синие водоросли.
Мой Волк уверенно перепрыгивал с камня на камень. А потом застыл, глядя вдаль, на дымчатый горизонт. Я прыгнула на другой камень позади него и стала разглядывать водоросли, чтобы не смотреть на его чёрный, коротко остриженный затылок, на широкие плечи, на зелёные щитки плаща. Чтобы не смотреть на него.
– Ты довольна? – спросил он, не поворачиваясь ко мне.
Я кивнула за его спиной, не думая о том, что этот кивок ему не заметен.
– Не принимай больше эти таблетки, – вдруг сказал Мой Волк и повернулся ко мне.
Мы стояли на разных камнях, разделённые только узкой полоской воды. Кажется, что шагнёшь… а по сути, шагать-то и некуда. На камне место только для одного. Маленькая непреодолимая пропасть. Мы стоим на камнях, словно на островах, разделённые морем. Эти одинокие камни – как осколки моего разбитого сердца.
Но откуда он знает про таблетки? Я опустила голову и уставилась на широкую пряжку его ремня. Ой, нет! Я покраснела, не зная, куда девать глаза.
– Никаких таблеток. Всё должно происходить естественно. Ты неправильно поступаешь. Ты и так бываешь здесь слишком часто. Обычно СамСветы приходят лишь пару раз в неделю. Но ты упорная, ты здесь каждый день. Я занят, у меня нет столько времени на тебя.
– Я не буду принимать снотворное, – тихо сказала я. – И животными займусь. Обещаю!
Не знаю, почему я вспомнила про химер, но, когда он стоял так близко, казалось, что я могу всё.
Я не буду принимать таблетки, но приходить буду каждый день. Ничего не могу с собой поделать. Ты не остановишь меня. Я не могу по-другому.
Я не сказала этого, но, мне кажется, он понял по моим глазам.
– Я надеюсь на тебя, – сказал Хозяин. – Тебе пора возвращаться, а на следующий раз задание: разберись со своими химерами.
Значит, ещё не всё потеряно: я остаюсь его СамСветом. И хоть сегодня я провела в Тёмном Уголке мало времени, но была уверена, что вернусь сюда снова.
Деревня, Мой Волк, Синее Озеро – жизнь определённо налаживалась.
В это утро впервые за последний месяц, да и вообще впервые за долгое время, я проснулась счастливой.
Я подумала о своих подругах. Скоро они вернутся с каникул, мы соберёмся в школе, и они сядут рассказывать о своих летних приключениях. У каждой будет припасена история о себе и о нём. Таинственный он – диджей из лагеря, молодой сосед на даче, друг брата. Не обязательно даже, чтобы история была со счастливым концом. А я ничего не смогу рассказать. Буду только таинственно улыбаться, ведь ни один загадочный ОН не сравнится с Моим Волком, моим секретом, моим Хозяином. И честно говоря, я не хочу никому о нём рассказывать, не хочу ни с кем делиться им. Он только мой, и Тёмный Уголок – только моё место.
Я чувствовала себя прекрасно и не подозревала, что скоро мне будет совсем не до веселья. Я чуть не потеряла Тёмный Уголок и чуть не убила своих химер. А ещё познакомилась с Германом – угрюмым мальчишкой, у которого в Тёмном Уголке была невеста.
Шушу и Гном
Письмо 3
Здравствуй, Бархата.
Признаюсь, с детства я была вялой, трусливой, апатичной. Я избегала всего, что обычно любят дети, – шумных игр, аттракционов, шалостей. Больше всего я любила тихонько сидеть, прижавшись к маме, когда она читала вслух книгу, и твои истории, Бархата.
О Тёмном Уголке мы с Гномом решались говорить только на чердаке. Казалось, что если болтать о тайном сумрачном мире в детской или на улице, то золотой волк солнца доберётся до него, сожжёт – и Тёмный Уголок рассыплется, как бумага пеплом.
Но вот мы поднимались по лестнице на чердак – и словно оказывались в Тёмном Уголке, в нашем маленьком зелёном замке, в тайном мире, в золотой пыли.
– Мы же до сих пор никак не назвали наш замок! – сказала я, садясь на раскладушку.
– А как назовём? – почесал лохматую макушку Гном.
– Быть может… Замок Лилового Цветка? – предположила я, вспомнив сон-траву.
– Зелёный замок не может называться лиловым цветком. И вообще, что это за слово такое – «лиловый»? – возразил Гном.
– Но этот цветок такой важный! – напомнила я.
– И в чём его важность?
И правда, в чём? Я не знала, поэтому перешла в наступление:
– Ты просто завидуешь, что Бархата подарила цветок мне!
– Я? Завидую? Что за глупость! Мне не нужен этот цветок! – возмутился Гном.
– Завидуешь! Завидуешь! – не унималась я.
Не всегда же брату быть вредным! Гном толкнул меня и убежал с чердака. Жажда мщения понесла меня за ним. Невозможно общаться с этим несносным мальчишкой! Но только с ним я могу говорить о Тёмном Уголке. Это наша тайна. Днём Плед всего лишь плед, а не дракон.
Новая прогулка состоялась через несколько дней. Засыпая, я вновь увидела следы. В этот раз я боялась уже меньше и ступила на искрящуюся дорожку, которая приведёт меня к Бархате. И снова луна, и ночь, и свет, и молния неба в углу расстегнулась, пропуская нас в мир-убежище.