Письма живого усопшего
Шрифт:
Если бы вы перешли сюда с намерением видеть только определённые вещи, вы не могли бы верно оценивать виденное. Многие после смерти перешли сюда с таким внутренним настроением и по тому научились очень немногому. Только странник с широко распахнутой душой может делать открытия.
Я принёс сюда немного решений, но они были твёрдо принятыми:
1) сохранить своё тождество;
2) удержать воспоминание о моей земной жизни и принести с собой память об этой жизни, когда я вернусь в земной мир;
3) увидеть Великих Учителей;
4) восстановить память о моих прежних существованиях;
5) заложить необходимые основы для полной значения земной жизни, когда я возвращусь в следующий раз.
Это звучит очень просто, не правда ли? И мне уже многое удалось сделать в этом направлении, но если бы я не поставил перед собой эти задачи, то достиг бы очень немногого.
Единственная грустная сторона смерти заключается в том, что заурядный человек научается столь малому от неё. Только уверенность в том, что цепь земных жизней почти беспредельна, даёт утешение; я знаю, что можно не спешить, что все звенья в цепи жизней — как бы они ни были малы — располагаются на своих неизбежных местах, и что цепь эта являет собой круговое движение — символ вечности.
И мне часто кажется, что большинство человеческих душ расточают свои жизни по эту сторону так же бесплодно, как они делают это по ту сторону. Но это только кажется из-за неполноты моего знания.
Рассматриваемые с высоты звёзд, куда я всё же надеюсь подняться со временем, все эти плоские пространства сгладятся на расстоянии в общем рисунке жизни, и вся картина может явить перспективу такой красоты, о какой я и не мечтал, когда сам был лишь крошечным пятнышком на этой картине.
Письмо 33
Переход Лайонела
Я остался без моего маленького Лайонела. Он пошёл — не хотелось бы говорить: дорогой всякой плоти, вернее будет сказать — дорогой всех духов, которые рано или поздно совершают свой возвратный путь на Землю.
Я узнал от Учителя, что тяга к Земле моего мальчика будет скоро удовлетворена, что он будет направлен в семью, где его исключительные творческие способности найдут благоприятную почву. Я узнал, что нужная связь взаимной любви была уже завязана между Лайонелом и его будущей матерью, а его будущий отец, инженер, окажет ему с раннего детства ту помощь, которая поможет развить заложенные в нём способности. Мне было разрешено сообщить это Лайонелу.
Нашёл я его в нашем любимом убежище, в хижине на берегу ручья у подножия лесистого холма, о которой я упоминал в одном из моих писем. Он пребывал в глубокой задумчивости.
Я подождал, пока мальчик откроет глаза и не посмотрит на меня. Когда я сообщил ему о скорой перемене, ожидающей его, он пришёл в такой восторг, который очень ясно напомнил мне, что я всё ещё человек. Мне вдруг стало грустно и обидно, что мой мальчик, которого я так полюбил, хочет уйти от меня по доброй воле. Но так как воля действительно свободна, я не стал делать никаких усилий, чтобы удержать его. Всё ещё юный по возрасту — он не успел вырасти в этом мире с тех пор, как явился сюда ребёнком, — в мыслях своих он был не менее зрелым, чем я.
— Подумайте только, — радостно заговорил Лайонел, — когда вы вернётесь, я буду старше вас! И как хорошо, что мой будущий отец может научить меня. Но когда я вырасту, я сам изобрету множество вещей, неведомых для него. Вы помните то изобретение, что я создал в Мире первообразов? Когда я вернусь на Землю, я осуществлю его. Вы ведь помните, как это изобретение двигалось с помощью электричества из моих пальцев?
— А если кто-нибудь другой изобретёт то же самое раньше тебя? — спросил я. — Хочешь, я наложу зарок на твоё изобретение, чтобы никто, кроме тебя, не смог воспользоваться им?
— А вы можете это сделать?
— Думаю, что могу.
— В таком случае отправимся сейчас же туда и сделаем это немедленно! Я ведь очень скоро могу покинуть этот мир!
Мне показалась очень забавной эта поспешность Лайонела. Мы направились в «Мир Первообразов», и я провёл запретный круг вокруг его изобретения — зарок, который, надеюсь, будет охранять первообраз, пока Лайонел не предъявит на него свои права.
Что такое вдохновение? Что есть гений и его изобретения? Люди на Земле мало понимают значение этих слов. Возможно, что знаменитая поэма была пропета нашим любимым поэтом до его рождения. Возможно, что великое изобретение пребывало в Мире Первообразов, защищенное запретным кругом, пока его творец вырастал на Земле до возмужалого возраста, до возможности предъявить право на своё собственное духовное творчество. Возможно, если двое изобретают одно и то же одновременно, то один из них присвоил себе идею другого, которую этот другой оставил за собой, возвращаясь в земной мир. А может быть и так, что оба заимствовали в Невидимом Мире создание третьего человека, всё ещё ожидающего рождения на Земле.
Когда я в следующий раз увидел Учителя, я спросил его, может ли душа Лайонела возвращаться в наш мир до своего земного рождения.
— Если бы это была душа Адепта, это было бы возможно, — последовал ответ, — но для обычной души, даже высокоразвитой, это невозможно.
— Но ведь живущие на Земле люди переходят сюда во сне?
— Да, но когда душа нисходит в материю, готовясь к новому рождению, она вступает в то, что вы называете потенциальностью, и все её силы нужны для великого усилия, чтобы сформировать новое тело и приспособить его. После рождения, когда глаза уже раскрылись и лёгкие расширились для принятия воздуха, задача уже становится легче, и возможно, что тогда не вполне израсходованная энергия сможет перекинуть мост через разделяющую оба мира пропасть. Но, — продолжал он, — женщины, готовящиеся стать матерями, нередко смутно чувствуют, какой душе они дадут приют. Если они даже и не сознают всего значения того чуда, которое совершается через них, у них бывают странные сны и видения, которые можно назвать прозрением в прошлые воплощения нерождённого ребёнка. Они видят неведомые страны, в которых зарождающееся в них существо жило в прошлом; они испытывают желания, в которых сами не могут отдать себе отчёта, — отражённые желания, которые суть не более чем скрытые влечения нерождённого; они испытывают непонятные страхи, но это не более чем отголоски его прежних страхов и испугов. Мать, которая питает действительно великую душу, может в течение этого периода созидания сама вырасти в такой мере, которая намного превышает её собственные нормальные возможности. Тогда как мать нерождённого преступника испытывает нередко такие странные извращения, которые совсем не соответствуют обыкновенному настроению её души. Если бы женщины были достаточно сознательны и осведомлены, они могли бы по своим ощущениям и мыслям судить о том, какого рода души готовятся стать их детьми; зная это, они могли бы подготовить себя для соответствующего воспитания своих детей. Требуется больше знаний — как тут, так и везде.
Таким образом, и на примере перехода Лайонела я научился кое-чему, как ежедневно учусь благодаря моему новому опыту.
Письмо 34
Жертвы собственных ограничений
Не удивительно, что дети, как бы стары и мудры не были их души, должны в каждой новой жизни пересматривать относительные ценности всех вещей по искусственным меркам вашего мира, ибо здесь эти мерки теряют своё значение.
И люди, которые придавали значение только этим искусственным меркам, должны неизбежно страдать в здешнем, более естественном, мире. Недавно меня поразила одна леди, только что перешедшая сюда и не обнаружившая ни одной души, которая была бы сколько-нибудь близка ей. Даже мать не встретила её. Это меня очень удивило, так как я знал, что дух матери, если он ещё не возвратился на землю, испытывает особого рода толчок, как бы внутреннюю дрожь, когда дитя, которому она дала жизнь на Земле, приближается к рождению в духовном мире, — дрожь, которую можно назвать сочувствием родовому страданию, последним нежным отзвуком материнства.
Женщина эта была до того одинока, что я стал искать в числе знакомых мне духов такого, который мог бы посвятить ей своё время, но, к сожалению, между ними не было таких, кто вяжут крючком и сплетничают в нашем мире так же, как они это делали в вашем.
Не удивляйтесь! Вы полагаете, что привычки всей жизни могут быть сброшены в один миг? Мы знаем, что во всей природе не бывает внезапных скачков, почему же они должны появиться при той перемене, которую мы называем «смертью»? Как на Земле женщины мечтают о своих рукоделиях, так делают они и здесь. В этом мире так же возможно вязать, как в вашем мире возможно предаваться мечтам.
Поймите, что этот мир по существу своему не более священен, чем ваш мир, и не более таинственен для того, кто живёт в нём. Для серьёзной души все состояния священны, кроме профанации, которая встречается и здесь, как и на Земле.
Женщина, о которой я сейчас вспоминаю, жила и удовлетворялась одной только условной, так называемой светской, жизнью, и это было до такой степени, что у неё не оказалось ни единой, переживающей земную жизнь, связи, той связи, которая создаётся внутренней близостью. И конечно, она не могла чувствовать себя счастливой в новых условиях жизни.