Чтение онлайн

— Белламо! — доносится крик из коридора. — Ты что там творишь? Это незаконно!

— За собой следи! — орет Майкл в ответ. — Итак, британка Луна, расскажи мне о себе. — Он подхватывает бутылку и, ударив о край стола, сбивает с нее крышку одним резким, отточенным движением. — У тебя есть итальянские корни, да?

Я жду, что он отмочит еще что-нибудь в этом же духе, но нет. Он действительно хочет знать.

— По матери, — говорю я и выглядываю из двери, чтобы видеть Рисс в другой комнате. Мое сердце так и тянется к ней. Сколько же драгоценных секунд уже прошло в реальном мире, пока я здесь болтаю с плодом своего воображения?! Мне нужно вернуться к ней, пока все это не лопнуло, как пузырь, и я вместе с ним. Рисс уже на ногах — изображает какое-то событие, которое, вероятно, произошло сегодня днем. Даже просто наблюдая за ней, я могу сказать, что это история о каком-то липучем клиенте, который пытался ее клеить. Вся компания просто подвывает от смеха, наблюдая за тем, как она меняет «лица», размахивая банкой «Pepsi». Даже Стефани улыбается.

Может, и он среди этих парней? Эта мысль пронзает меня, и голова идет кругом. Может, среди них и мой настоящий отец? Например, вот этот, светловолосый с голубыми глазами. Может быть, это он?

— Эй, Луна, можно привлечь твое внимание на секунду? У меня сейчас комплекс разовьется, — говорит Майкл.

— Просто… Мы можем вернуться туда? — спрашиваю я, и он пожимает плечами.

— Конечно. — Майкл выглядит чуточку разочарованным. — Все, что пожелаешь, Спутница.

В другом мире, в другой Вселенной, в той, где существует только одна реальность, я бы с радостью прижалась спиной к дверному косяку и смотрела в зеленые глаза несколько часов кряду, но сейчас каждую наколдованную и рвущуюся на части секунду я хочу провести рядом с ней, моей мамой. Я хочу знать, что такого случилось с ней, что в результате получилась я.

Глава 7

— Белламо облажался? Есть-таки в мире цыпочка, на которую не действуют его чары! — Блондин со всей силы хлопает Майкла по плечу.

— Отвали, Кертис, — отзывается Майкл, и румянец покрывает его лицо. — Мы, вообще-то, говорили о космосе.

— Ага, о том космосе, что у тебя между… ушей, — смеется Кертис, и Майкл улыбается.

И все же он не уходит и все так же стоит в дверях, пока Рисс заканчивает свой рассказ.

— …И тогда я ей сказала: «Дамочка, если вы думаете, что у вас шестой размер, то вам нужно либо к психиатру, либо подучить математику». Она оборачивается и ловит мой взгляд. — Эй, как там тебя еще раз?

— Луна, — отвечаю я и внезапно чувствую прилив смущения, как будто мне снова восемь лет, мы на игровой площадке и меня зажали в угол крутые детишки. Они никогда не били меня. Просто не понимали. В отличие от моей дружелюбной сестры, я была для них чем-то совершенно непонятным. В мою сторону всегда тыкали пальцами, на меня всегда пялились.

— Ты всегда одеваешься как парень? — Она осматривает меня сверху вниз. — Не хочешь, чтобы мужчины обращали на тебя внимание?

— Я… эм… да нет, не особо, — пожимаю я плечами, и внезапно Рисс предстает передо мной в другом свете: превращается в обычную юную красотку, которую сбивает с толку вид моих неуложенных волос и отсутствие макияжа.

— У меня такая работа… Словом, мои коллеги — мужчины, и они очень легко отвлекаются на всякую ерунду.

Она заливается смехом, а я — румянцем.

— Ну и кем ты работаешь? — спрашивает она.

— Я — ученый, — с гордостью сообщаю я своей маме. — Квантовый физик, изучаю нейтрино, если точнее. Они похожи на субатомные частицы, и они повсюду, но мы не можем их видеть, просто знаем, что они существуют, благодаря тому, как они взаимодействуют с другими частицами… хотя по большей части они в действительности не существуют, а возникают, когда…

Я замолкаю. Тишина. Девушки пялятся на меня, и в конце концов мой взгляд опускается на сбитые носки собственных кедов. Мне уже не нравится вся эта иллюзия — теперь, когда я снова чувствую себя той маленькой зубрилкой, которой каждый день приходилось скрывать, что у нее есть мозги, чтобы просто выжить в школе.

— Честно говоря, это довольно скучная работа, — говорю я наконец. — Б'oльшую часть времени я просто сижу и печатаю.

— И я тоже секретарша! — радостно сообщает мне крашеная блондинка, но я ее не поправляю. — Я могу печатать до девяноста слов в минуту, а ты?

— И близко не так хорошо, — сердечно заверяю ее я.

— У Линды грандиозный план — выйти замуж за своего босса! — говорит мне Рисс. — Вот почему она красится в блондинку — боится, что Сын Сэма прикончит ее до того, как тот сделает предложение. — Она усмехается при виде спокойного выражения моего лица. — Не знаешь, кто такой Сын Сэма, да? — И продолжает, не дождавшись моего ответа: — Он убивает только брюнеток, так что берегись. Половина Бруклина перекрасилась в блондинок.

— Но не ты, — говорю я, кивая на ее темные локоны.

— Меня так просто не запугаешь, — заявляет она, и мне становится интересно, откуда взялась отвага, горящая в ее карих глазах. Женщина, которая вырастила меня, всегда казалась мне пугливой.

— О, ну что ж… Уверена, они его скоро поймают, — говорю я. Потрясающе! Масса выдуманной информации, затопившей мое сознание, похоже, достигает апогея. Я и не подозревала, что мне может быть что-то известно о Сыне Сэма, но вот мы обсуждаем эту странную деталь — серийного убийцу, о котором я едва знаю.

— Так что привело тебя в Бей-Ридж? — спрашивает Рисс. — Если ты не участвуешь в съемках, то что ты здесь делаешь? Тут не на что посмотреть и нечем заняться.

— Я… — У меня нет ответа, и мой мозг судорожно пытается что-нибудь придумать. — Просто путешествую, лето ведь. Я хотела посмотреть Нью-Йорк, но останавливаться там мне не по карману, так что…

— Ты специально приехала в Бей-Ридж? — смеется Рисс. — Никто так не делает. Ты странная. Мне это нравится!

Меня накрывает внезапное тепло ее улыбки. Это улыбка моей мамы, та самая, которая может наладить все на свете за одну секунду. Отблески которой я с трепетным нетерпением мучительно пыталась поймать все свое детство.

— Идем. — Она подхватывает меня под руку, и я чувствую теплое прикосновение ее кожи, даже биение ее пульса. Это очень странное чувство — идти с ней плечо к плечу по холлу, на новый лестничный пролет, в очередной крошечный коридор, точно такой же, как и коридор этажом ниже. Я чувствую себя в безопасности. Чувствую себя дома.

Рисс ведет меня за собой в открытую дверь в крошечную спальню. В глаза сразу бросается гигантский шкаф из темного дерева — единственная мебель здесь, помимо узкой односпальной кровати. Витиеватая резьба на шкафу немного выдается по углам, и с нее свисает красивое белое платье из шифона с открытыми плечами. Я останавливаюсь и смотрю на шкаф — он такой мрачный и готический, что кажется, будто на нем должны торчать горгульи. Как будто откроешь его — и наружу вылетит стая летучих мышей. Или влезешь внутрь — и провалишься прямо в Страну Чудес.