Чтение онлайн

По каким-то одной Алиране ведомым причинам только Икола Жезла не впал в ступор:

– Что Вы остолбенели, капитан?! – закричал он и запустил в небо три зеленых банки – сигнал к сбору всех свободных патрулей.

От звука взрыва внутри Эрна что-то щелкнуло, и он пришел в себя, но все еще пытался совладать с информацией. Он оглядел подчиненных.

– Его… убили, – медленно промолвил капитан.

– Да, господин капитан, – вернулся в реальность и сержант Смог.

– Берегитесь!

Неожиданный лавинообразный поток мыслей в голове Рода Бравса опять подсказал прекрасную идею – бежать. Однако мысли никак не напомнили глазам о необходимости смотреть, куда именно нужно двигаться. В результате, едва успев разогнаться, Бравс врезался прямо в капитана. Падая, он каким-то невообразимым образом ухитрился схватиться за ноги командира, и они оба оказались на земле. Буня заревела и бросилась было к Эрну и Бравсу, но мимо ее носа пролетела еще одна стрела. Причем аккурат там, где секунду назад находился капитан. Медведица попятилась и села, непонимающе оглядывая все вокруг. Гвардейцы практически мгновенно попадали на траву и отползли к ближайшим укрытиям – сержант Смог скрылся за бочкой с водой около стены таверны, Жезла остался лежать там, где упал, прикрыв голову руками, а еще двое офицеров отползли за медведей. Следующая стрела рассекла воздух и вошла в стену трактира возле головы Эго.

Секунды растянулись до минут, если не до целых часов.

– Кто-то еще видит или слышит врага? – спросил сержант Смог из-за бочки.

Эрн, все еще удерживаемый Бравсом за ноги, посмотрел на стрелы и повернулся в сторону, откуда они были выпущены. Было уже слишком темно, чтобы что-то увидеть.

Он выругался про себя, и сделал это настолько отборно, насколько умел. И окончательно оправился от произошедшего.

– Младший офицер, – обратился он к Роду Бравсу, – можете отпускать.

Бравс нехотя разжал руки и сел на землю. Капитан уселся рядом и положил руку ему на плечо.

– Молодец, господин младший офицер. Молодец, – Эрн указал рукой на стрелу, торчащую из стены «Винного Бочонка» у них над головами. – Спасибо.

Буня застонала.

– Тише, Бу… – Эрн внезапно замолк. Его глаза зацепились за стоящего в нескольких метрах напротив них господина Крато. Тот не шевелился. Даже лицо оставалось неподвижно. Эрн посмотрел на торчащую из стены трактира стрелу, от которой его спас Бравс, а потом снова на Крато и понял важную вещь – стреляли не в него, капитана, а в главу общины. Он встал и подошел ближе к эльфу, а потом подозвал Жезла.

– Знаешь, Икола, – сказал ему капитан, – нужна еще одна банка. Какого-нибудь, не знаю… синего, например, цвета.

– Зачем? – уточнил Жезла.

– Чтобы только лекарей вызывать, – ответил капитан.

Крато по-прежнему стоял, опасаясь двигаться. Стрела вошла ему в правую руку, чуть выше локтя, и застряла там ровно посередине древка.

На сигнал банок появилось еще пять патрулей и две кареты лекарей. Увидев место преступления, каждый из них пережил свой собственный удар по устоям. Целители взяли себя в руки быстрее гвардейцев и принялись работать с пострадавшими. Сперва пережали Крато руку и вытащили стрелу. Тот сдавленно прорычал. Его медленно усадили, чтобы промыть и обработать рану. После – оторвали от стены мертвого эльфа Драго, накрыли простыней и отправили на карете в лазарет. Эго тихонько выл, пока ему вправляли сустав и делали фиксирующую руку перевязку чуть ниже груди. Остроухий, которому господин Аффект сделал бесплатную коррекцию улыбки, от помощи лекарей, выплюнув очередной кровавый ошметок зуба, отказался. Три эльфа в сопровождении шестерых гвардейцев отправились в камеры предварительного заключения.

Всех оставшихся офицеров Эрн подозвал к себе:

– Осмотрите каждый дом и опросите его жителей вдоль всей улицы по направлению к городской стене, – он указал рукой туда, где должны были находиться стрельцы. – Ищите все необычное. О проделанной работе составить документы и к семи утра все это – не спрашивая разрешения Безликинса – мне на стол. Сержант Смог, Вы руководите группой.

– Думаете, стрельцов было несколько? – спросил Смог.

– Да. Слишком быстро стреляли. Так… Старший офицер Грог, побеседуйте с девушками, что работают в трактире, и все запишите. Удастся опросить кого-то, кто видел начало потасовки – отлично. Старший офицер Дирак, отправляйтесь в лазарет и выясните, кто такой этот Драго. Семья-друзья, чем больше информации, тем лучше, – Эрн оглядел озадаченные лица подчиненных. – Офицеры Час, Акт и Бор – немедленно на городские ворота: всех впускать – никого не выпускать! Эти гады не должны покинуть город. Если вопросов нет, приступайте и будьте осторожны, господа гвардейцы.

Бойцы немедленно отправились на боевые задания. Вслед за ними посеменил и Род Бравс.

– Постой, Бравс, – остановил младшего офицера Эрн. – Ты можешь идти домой.

– Но, господин капитан…

– Иди домой, отдохни. Завтра у тебя будет много работы.

И Род Бравс зашагал прочь.

Жезла в свою очередь направился в свой уютный кабинет в штабе гвардии.

К капитану между тем, шмыгая разбитым носом, подошел господин Полевик.

– Много живу на свете, господин капитан, – проговорил он, глядя на Эрна снизу вверх. – Всяких остроухих и всяких преступлений видывал. Но такое…

– Полностью согласен, – кивнул Эрн и сменил тему. – Кто драку-то начал, господин Полевик?

– А? – вздрогнул от вопроса башмачник. – О, этот… Певец. Вы его под руку выводили, Ваше благородие.

– А с чего вдруг?

– Не знаю. Мы с господином Глазомером все никак не могли толком пообщаться из-за его выступления и уже собрались уходить в местечко потише. Подозвали барышню, чтобы рассчитала нас, начали подниматься, да остроухий на нас вдруг ка-а-ак налетел!

Больше ничего господин Полевик не припомнил, посемуоткланялся восвояси. Эрн остался наедине с Буней и стал размышлять. Правильно ли он все сделал? Нужные ли указания раздал? Подумать только, убийство! В его смену! Сейчас, по прошествии некоторого времени, эта мысль не казалась такой уж страшной, но скоро наступит завтра и по городу расползутся слухи. Ее Светлость, само собой, вряд ли обрадуется, и пострадает целая куча тарелок. Буня мурлыкнула, ткнула его носом и полезла к нему под руку, требуя объятий.

В свои права вступила глубокая, темная ночь.

***

– Что будем делать?

– Почему ты меня спрашиваешь?

– Ты же умный.

– Да, шеф сказал, что ты умный, поэтому тебя и спрашиваем.

– Не злите меня, олухи.

– Так ты скажи нам, что теперь делать.

– Я думаю.

– Есть хочется.

– Хлеба. Как у мамы.

– И пива.

– Нет, от пива я больной.

– Ты еще и стрелять не умеешь.

– Заткнитесь вы. Мешаете думать!

– А ты умеешь?

– Да, раз умеешь, то подумай, пожалуйста, за меня, а то я не умею.

– Заткнитесь!

– Есть хочется.

– Придумал. Для начала устраним свидетелей.

– Кого?

– Тех, кто видел порошок.

– Его видел главный гвардеец.

– Вот и прекрасно. Устраним его.

– Можно спросить?

– А еще этот сумасшедший.

– И его устраним.

– А теперь можно спросить?

– Я все еще хочу есть.

– И другой гвардеец.

***

Поспать Игону Эрну толком не удалось. Он лежал, глядя в потолок, даже после того, как прикроватная свеча потухла. Само по себе убийство его уже не пугало. Преступление – оно везде преступление. Его загруженномусобытиями и вопросами разуму не давала покоя сама концепция убийства. Убивают на войне, думал он, но сейчас уже много лет мирное время. Вот кому понадобилось убивать одного пьяного эльфа? Или не пьяного, черт их знает, что там с банками Жезла произошло. Что вообще такое убийство? Это лишение жизни. То есть, все, убитый больше не оживет, никогда, совсем. Не будет ходить на рынок за продуктами и одеждой, не посетит театр, не увидит друзей или родных, а друзьям и родным это принесет только горе. Что этот Драго сделал не так? Теперь узнать вряд ли получится. Кому он так насолил?