Чтение онлайн

А что ему еще оставалось?

Они вышли в соседнее помещение - класс для политзанятий, где за столами уже сидело десятка два людей в военной форме. Здесь были и рядовые бойцы, и несколько офицеров.

–  Значит так, товарищи, - начал генерал.
– Сейчас каждый из вас в розданных вам тетрадках подробно опишет все, что видит во снах, и что, скажем так, вас беспокоит. Предупреждаю, - голос Сентябрьского стал твердым и непреклонным, - писать надо все без исключения, все, что видите, каким бы ммм… странным это не было. Наказывать вас за это никто не будет. А вот за вранье накажут, и крепко. Да и бесполезно врать - не одни вы тут умеете видеть то, чего не видят другие. Все, берите ручки - и вперед.

–  Ну что?
– спросил генерал после того, как Серегин с Аором ознакомились с полученными записями.

–  Все то же самое. Правда, у некоторых есть занятные вариации, исключающие друг друга. Но это, в сущности, мелочи…

–  Ладно, - сказал, как припечатал Тихомиров.
– Хотя в это поверить невозможно… почти невозможно, но приходится.

Он надолго замолчал.

–  Даже и не знаю, что решать, хотя решать надо, - в раздумьях молвил герой Сарнагара.
– Вот что - сейчас мы с вами напишем докладную лично товарищу Андропову. И уже после того, как он ознакомится… Одним словом, будем думать, как справиться с данной проблемой раз и навсегда.

–  А что будем делать с ними?
– Артем кивнул головой в сторону класса, где ждали своей участи новоявленные ясновидящие.

Повисло молчание.

–  Вам очень надо сохранить это в тайне?
– спросил Аор.

И не обратив внимания на то, как почти синхронно дрогнули лица офицеров, продолжил.

–  Я могу поработать с их памятью, и они забудут все, что видели. Правда, это ненадолго - их дар потом вновь активизируется, но если постараться, произойдет это не раньше, чем через полгода.

–  Нет, - процедил Тихомиров.
– Ни с кем работать не надо. Было бы, в конце концов, глупо не использовать такую возможность.

–  Вот что, товарищи офицеры и бойцы, - вновь появившись в классе, обратился генерал к напряженно застывшим за столами людям.
– Сейчас вы получите проездные документы, ценные подарки и деньги и отправитесь на Большую Землю. Всем вам предоставляется отпуск на десять дней для отдыха и восстановления сил. Но сначала…

Он вытащил из папки пачку листков.

–  Ознакомьтесь и распишитесь. По возвращении будете переведены в «особое подразделение». С подчинением лично мне. Все ясно?…

Октябрьск. Лаборатория №03 специального исследовательского комплекса

–  И не проси меня, почтеннейший Асситал, я не могу дать тебе больше ни грамма митрила!
– буркнул Сердюк.

–  Но Котел Дагды без него не сделать!
– сокрушенно развел руками маг.
– Должно быть именно десять частей митрила на семьдесят пять меди - и никак не меньше!

–  Но уйдет весь металл, какой есть, - страдальчески выдавил Сердюк.
– У нас и так его всего ничего - пять килограмм.

Начальник лаборатории, конечно, малость приврал. Полковник Сентябрьский прислал из Сарнагара без малого пуд чудесного металла - все, что удалось выскрести из подвалов императорского дворца. Но союзнику это было знать ни к чему.

–  Что поделать?
– философски заметил чародей.
– Или ты хочешь получать надежные предсказания дешево? Сверх того, ртуть его заполняющая, должна быть непременно самородная - именно так, а никак иначе!

С этими словами маг толкнул дверь лаборатории, да так и замер.

В кресле за обсидиановым столом сидел ни кто иной, как кавторанг Каиров. Сосредоточенно нахмурившись, он писал что-то в большом журнале, торопливо водя пером.

–  Э-э, Тамерлан Ахмедович, с вами все хорошо?
– с глупой улыбкой осведомился завлаб у пропавшего полгода назад моряка.

Тот никак не прореагировал.

–  Это… я не понимаю, что это такое… - ошарашено произнес Асситал.
– Нас этому не учили!

Он обошел стол и кресло с по-прежнему ничего не замечающим моряком, протягивая к фигуре руки в напряженном движении.

Сердюк тоже растерянно изучал незваного гостя. Возникло идиотское желание - похлопать Каирова по плечу, хотя вместе с тем завлаб предполагал, что ничего хорошего из этого не выйдет.

Порывшись в карманах, он вытащил зеркальце и навел его на силуэт в черном мундире.

–  Он отражается в зеркале!
– облегченно вздохнул Сердюк.
– Не вампир…

–  Конечно же, отражается, - прошептал маг.
– Ты путаешь, друг, носкерату как раз отражаются в зеркалах - их не видно простым взглядом. Было бы хуже, если бы он был виден только в зеркалах. Хотя… говорят, их уже давно не видели…

–  А что это?

–  Не знаю, говорю тебе, - почти страдальчески выдавил из себя Асситал.
– Он, как будто есть, но его нет. Он… одновременно здесь и где-то… там. Это… неправильно.

Каиров встал.

В глаза Сердюку бросился орден на левом лацкане мундира кавторанга.

Довольно большой, незнакомый, расцвеченных эмалью и бриллиантами, сияющий золотом. Ничего похожего завлабу видеть не приходилось.

В этот момент, должно быть, моряк их и заметил.

И его лицо, обращенное к ним, вдруг исказила гримаса глубочайшего ужаса и отчаяния, словно он увидел некое чудовище или восставшего из могилы мертвеца.

А затем Каиров пропал, словно его и не бывало. Лишь призрачный журнал остался на столе.

Сердюк торопливо нагнулся над тетрадью, вглядываясь в строчки, написанные четким штурманским почерком - и тут она беззвучно исчезла. Что-то толкнуло завлаба изнутри в свод черепа, на краткое мгновение окружающее подернулось радужными отблесками.

Одновременно позади него послышался мягкий тяжелый шлепок, словно на пол упал мешок с мукой. Оглянувшись, Сердюк увидел колдуна, валяющегося без чувств на каменных плитах пола…

…- Веселые дела у нас творятся, - с непонятной иронией констатировал Мезенцев, выслушав доклад начлаба.
– Маги-шмаги, колдуны-чародеи, провидцы судьбы. Напугали, запутали народ. А тут еще вы, сучьи дети! Разгрохали лабораторию, понимаешь, и где я вам теперь оборудование найду? Причем, оказывается, во всем виноваты призраки! С орденами! Да еще с непонятными… Дела-а, делишки.

–  Хочу вам, ассаардар, сказать, - вступил в разговор Аситалл.
– Скорее всего, тот моряк, которого мы видели, давно мертв. Быть может, он хотел навестить нас, чтобы сообщить что-то важное. Настолько существенное, что преодолел рубеж страны, откуда не возвращаются.