Чтение онлайн

Полковник успел проклясть изготовлявшего охранные амулеты шамана и приготовиться к смерти.

–  Не бойся, я не причиню тебе вреда, и ты зря ругаешь мастера Ухаяна, - сообщил непонятный гость.
– Я со стороны ваших врагов, но ни я не те кто меня послал вам не враги. Я принес тебе добрую весть, человек из иного мира.

Запоздало Дерюгин припомнил, что деревянное ожерелье, врученное ему степным старцем, по словам последнего, защищало от недоброй магии, но не от магии вообще.

–  Кто ты?
– спросил Константин Андреевич, украдкой переведя дух.

–  Говори про себя, - ответил призрак.
– Не нужно, чтобы кто-то нас услышал… раньше времени Я почувствую твои мысли. Я друг, и пока этого достаточно.

–  Ну, говори… друг.

–  Скоро вам предстоит битва с магами.

–  Да, с этой… Конгрегацией, - зачем-то уточнил полковник.

–  Так вот, слушай и запоминай, от этого зависит победа и ваша жизнь… и не только ваша. Внимательно смотрите, и когда увидите сиреневые проблески, не наводите туда свое оружие. И как только стена исчезнет, бейте, не жалея стрел, но не туда, где сиреневые проблески - там ваши друзья. Запомнил?

–  Дождаться исчезновения стены, и стрелять по ним из всех видов оружия, не жалея боеприпасов, но не бить по лиловым огням, - пробормотал несколько обескураженный Дерюгин.
– А какой стены?

–  Увидишь, - покачал головой пришелец.
– Передай то, что я сказал, своим ассаардарам и магам с шаманами. И еще - на задней стене твоей палатки будет доказательство того, что это тебе не приснилось. Пусть кто-то из знающих посмотрит. Все…

И полковник вновь провалился в серую мглу.

Как только сознание вернулось к нему, он опрометью выскочил из палатки и остановился как вкопанный. На ней было отпечатано фотографически точное изображение - портрет самого Константина Андреевича Дерюгина.

–  Вот уроды!
– почему-то выругался он.
– Чуть со страху не умер!

Возможно, Дерюгин не был бы так груб, если бы знал, как трудно было подчиненным Эйгахала Аэтта найти «зеркальника» среди чужаков.

Но растерянность и злость почти сразу исчезли - следовало бежать и докладывать.

Еще не четко осознав сказанное, он отлично понял его смысл - на той стороне имеются предатели, тьфу, союзники, и они готовы по какой-то причине помочь им, Особой Группе Войск.

–  До них пять лиг, - сообщил Ринагар.

–  Вы готовы?
– осведомился Аэтт.

–  Да, экселенц, - ответили оба помощника.

–  Младшие предупреждены?

–  Да, Полог будет поднят сразу же, как только…

–  Тогда приступим?

Эйгахал закрыл глаза, усилием воли вошел в Верхний Мир, произнес про себя лишь несколько слов, и тут же вышел обратно.

В лицо бил дикий ветер, пахло грозой и горелым металлом, но главное - отовсюду долетал приглушенный расстоянием вопль тысяч глоток.

Сейчас магический откат колотил по всем ковенам, кроме его собственного.

По закону единства противоположностей, почти неразрушимую снаружи «Стену Блеска», было легко развалить изнутри - при условии, что выдернет скрепы из сложнейшей магической конструкции кто-то из тех, кто создаст ее.

Об этом знали, но доселе подобного не было никогда - ни в древние времена, ни в тех редких случаях, когда позже применяли это великое заклятье.

Маги не были святыми, и среди них встречались изменники родному ковену.

Но чтобы сотни магов одновременно ударили в спину соратникам?!

Мощь разорванных заклятий и построений, все хитро закрученные цепи силы обрушились на всех, кто удерживал Стену и просто творил чары. На всех, кроме тех, кто разрушил ее, ибо их защитили несложные чары - поставить которые, правда, можно было лишь до…

Затем на катающихся от боли и раздираемых на части мощнейшим откатом магов и адептов обрушился стальной ураган.

Пушки, реактивные снаряды, мины…

Его союзники на той стороне всё поняли правильно, и это не могло лишний раз не порадовать Эйгахала. Те оказались вполне предсказуемы, несмотря на всю свою чуждость. А значит и в дальнейшем серьезных проблем возникнуть не должно.

Танки и самоходки работали почти прямой наводкой, и Аэтт со товарищи пережили несколько неприятных минут, пока младшие маги удерживали лиловую сигнальную завесу.

Потом огонь затих.

–  Саруг, - бросил кормчий Холми начальнику воинов, - пусть твои бойцы пройдутся вон там, и приберутся…

Он переглянулся с Егиром Дзе. Тот коротко кивнул - всё, мол, спокойно.

Да, что бы не думали его подопечные о приказе и поведении повелителя ковена, никто из холмийцев не решился пойти против. Да - ковены нередко вцеплялись друг в друга. Но вот измены в их рядах не водилось.

Поэтому сейчас его отряды в тылу безжалостно вылавливают и при малейшем сопротивлении убивают бегущих с позиций уцелевших магов. Дурак Айят ведь не возражал, когда он выговорил себе командование резервным крылом…

«В конце концов, Конгрегация и была надобна для того, чтобы ковены не перегрызлись окончательно. Теперь ковенов нет, кроме Холми и Грайни, стало быть, и грызться некому… Получается, в ней больше нет нужды…»

Мысленно произнеся эту философскую эпитафию ликвидированной им стране, Эйгахал перешел к более насущным вопросам.

Во-первых, следовало немедленно послать кого-нибудь к пришельцам и договориться о дружбе и нейтралитете. Это для начала. Во-вторых, нужно хорошенько подумать, как малой кровью, а желательно вообще без крови, подмять под себя владения бывших ковенов.

Между тем двое младших боевых жрецов приволокли и швырнули к ногам Аэтта какую-то обожженную, черную фигуру в лохмотьях.

Стоявшие подле предводителя не сдержали довольных усмешек - перед ними был никто иной, как второй глава Хранителей, маг огненной стихии двенадцатой степени, Увай Айят.

Лишь одно слово сорвалось с его обугленных губ.

–  Почему?

Ни один мускул не дрогнул на бледном лике кормчего Холми.

–  Ну, для начала, чтобы между Океаном и Харутскими горами остался только один хозяин. Теперь больше не будет ни этих напыщенных дураков Оранжевых, ни Синих, ни Двух Сердец, ни вас, Хранителей, с вашим, - он осклабился, - идиотским равновесием… Будет лишь один полновластный владыка магии, один хозяин Мест Силы и источников, только один собиратель детей, обладающих Даром. Мой ковен. Один - единый и безраздельный…