Чтение онлайн

– Всё в порядке, я не сержусь, – примирительно улыбаюсь. – А что с Сиренами случилось? – любопытство прорывается непроизвольно.

Каково это, когда твой мозг – коммутатор между человеческим разумом и машинным? В программировании сознания я ничего не смыслю, но мне жутко интересно. Может, удастся расспросить Нио, он вроде расположен к беседе. Будет что Юне рассказать.

От предвкушения ёрзаю и еле сдерживаюсь, чтобы не засыпать мужчину вопросами.

– Так до конца и не понял, честно говоря. Ушёл с крыши, и боль прошла. Проверка систем ничего не показала. Похоже, сбой случился только в моей голове, – Миллрэт усмехается, но я вижу, как он озадачен. – Завтра прогоню ещё раз.

Хочу спросить ещё что-нибудь, но тут возвращается врач и зовёт меня. Спускаю ноги с кровати. Чёрт, больничное платье слишком короткое – сверкаю ногами перед Нио. Зацепляю его взгляд и, чтобы не заметил, как краснею, быстро обуваю тапочки и отворачиваюсь. Изо всех сил держусь, чтобы не потянуть платье вниз.

– Удачи, – говорит он мне вслед, а я благодарю в сторону, не оглядываясь.

Доктор выводит меня в полутёмный коридор. Навстречу попадаются медсёстры, санитары и дежурный врач. Он оглядывает меня с головы до ног, и я чувствую себя пришельцем, которого ведут на эксперименты. Сворачиваем за угол, мужчина открывает передо мной дверь кабинета. Света тут гораздо больше, и всё стерильно, едва не сверкает.

Тонкий запах свежести тянется в ноздри. Гладкий пол начищен так, что страшно ступить – подошва у тапочек скользкая, а я – неловкая, раскатаюсь как ковёр. Может, хватит с меня приключений, неприятностей и неожиданных встреч хоть на время?

Медленно вхожу и осматриваюсь. Томограф занимает всё пространство, за стеклянной перегородкой – компьютеры и диван, на стене – выключенный негатоскоп. Отделка, пол, потолок, мебель – всё белое. Лишь томограф выделяется серебристой полосой по кольцевой части. Доктор опускает ложемент и приглашает меня.

– Расслабьтесь, полежите спокойно. Может мешать шум, но потерпите пару минут.

Да ему бы психологом работать, с таким-то бесстрастным голосом. Мне не страшно, только волнительно. А ещё любопытно – прежде ни разу эту процедуру не проходила. Послушно ложусь и вытягиваюсь. Доктор крепит на меня датчики, и стол медленно поднимается и закатывается в томограф. Остаюсь наедине со своими мыслями.

Сердце бьётся гулко, и я делаю несколько глубоких вдохов, чтобы не портить результаты. Я просто в большом сканере, как на работе. Да и шум похож. Представляю себя документом, который Экси кладёт в аппарат, и тихо прыскаю. Зато скованность сразу проходит. Минут через пять перестаю думать вообще, просто лежу и слушаю жужжание.

И вот уже выезжаю в комнату. Доктор ещё за стеклом, смотрит сразу в два монитора. Потом заканчивает и выходит с распечатанными снимками и скетчпадом – уже сбросил на него результаты, заполняет историю болезни. Не могу больше терпеть и спрашиваю:

– Что со мной? Что вы узнали?

Врач поднимает голову. Только сейчас замечаю, что у него зелёные глаза. Оттенок как у нас с папой. Больше сходства у мужчины с отцом нет – и волосы светлее, и комплекция другая. Почему я об этом думаю? Наверное, волнуюсь.

– Всё в порядке. Патологий нет. Посмотрите сами.

Доктор включает подсветку негатоскопа и крепит снимок. На нём – мои внутренности от мозга до брюшной полости. Откровенно говоря, не понимаю ничего и воспринимаю как издёвку. А ведь должна чувствовать облегчение. Одно точно ясно: органы на своих местах. Все врачи такие хладнокровные, или этому просто «повезло» возиться с нами в свою смену?

– Если всё хорошо, почему я потеряла сознание? – я нетерпелива, а он спокоен.

– Не переживали ли вы недавно стресс? Может, неприятности на работе или дома?

– Кхм, – вспоминаю нервное утро и делаю задумчивый вид. Но разве это могло спровоцировать обморок? – Может быть. А что?

– Уровень кортизола повышен, значит, была эмоциональная встряска. Однако, – он тыкает на срез головного мозга, потом в район живота, – и гипофиз, и надпочечники в норме. Я посоветовал бы больше отдыхать и не перетруждаться, избегайте конфликтов. Дам вам два выходных дня, – снова карябает что-то в скетчпаде. – Сейчас посмотрим кровь. Давайте, вернёмся в палату. Прошу прощения, что поместили вас в общую. Вы оба поступили так неожиданно. Завтра утром главврач со всем разберётся.

– Всё нормально, – я неприхотлива, это Нио привычен к комфорту, чуть не выдаю, что доктору лучше спросить у него, но вовремя прикусываю язык.

Возвращаемся в палату. Миллрэт встречает нас улыбкой, как старых друзей. Среди холода больничных стен и безразличных лиц, его – единственное знакомое и приятное.

Приходит медсестра. Результаты анализов уже на скетчпаде. Врач просматривает их и что-то насвистывает себе под нос. А затем расплывается в поздравительной улыбке:

– Нет причин для беспокойства. Анализы замечательные, вы оба здоровы.

Казалось бы: всё обошлось, надо радоваться, а мне неспокойно. Я одна воспринимаю его заверения, как отмазки?

– А у кого-нибудь ещё было что-то похожее? – подозрения так и лезут.

– Действительно, доктор, – Нио внезапно поддерживает мой вопрос, и в этот момент чувствую себя чуть менее параноиком. В конце концов, мы по одну сторону. Только кто и почему нас туда определил? Пора выяснить. Заглянуть бы в свою карту.

Перед тем как ответить, мужчина бросает короткий взгляд на медсестру.

– Да, были, но редко. С этими людьми сейчас всё в порядке. И с вами тоже будет. Не волнуйтесь.

– То есть, в следующий раз, газ усыпит меня как положено, без боли?

Врач снова переглядывается с женщиной, а я непроизвольно – с Нио. Он озадаченно поджимает губы.

– Конечно. Проблем больше не будет. Только так, как должно быть. Завтра мы вас выпишем, а сейчас отдыхайте. Сестра, сделайте пациентам укол снотворного.

– Это обязательно? – пытаюсь возразить, но мужчина пресекает строго:

– Да, организму нужен сон. Сестра, пожалуйста, укол, – говорит он с лёгким нажимом.

Женщина суетится. Время третий час ночи, доктор занят только нами, раздражён и устал. А кто хочет попасть под горячую руку? Не на пациентах же он будет срываться, тем более таких важных. Сначала сестра ставит инъекцию, конечно же, Миллрэту, потом мне.

Ладно, хоть посплю спокойно, и этот безумно долгий день кончится. Терплю укол в плечо и расслабляюсь. Всё-таки хорошо, что со мной всё нормально. Нет причин не верить доктору. Завтра я вернусь домой, и всё станет как прежде.