Чтение онлайн

Этим утром я проснулась от аромата кофе, разносившегося по всей квартире, и жареных сырников. Вскочив с кровати, я побежала на кухню, заранее зная, что я там увижу.

Мама сидела за столом с чашкой кофе в одной руке и мобильным телефоном в другой. Как обычно, читала новости. Я отодвинула стул и села за свое место.

– Доброе утро, - мама отложила телефон и улыбнулась мне. – Так и знала, что кофе и сырники сработают лучше любого будильника.

– Как и всегда.

Я обожала мамины сырники. Они были самыми лучшими на Земле. Я положила себе пару штук из общей тарелки, в тарелку, заботливо поставленной мамой на мое место.

– Я вчера тебя не дождалась – уснула. Как дела в больнице?

Мама погладила меня по волосам.

– Володя в стабильном состоянии, но в себя еще не пришел. Врач говорит, чем быстрее он придет в себя, тем больше шансов на успешное выздоровление.

– А можно ему как-то помочь прийти в себя? – я сделала глоток кофе.

Мама отрицательно покачала головой.

– Нет, это зависит только от него, - мама повернулась ко мне и нахмурилась, словно раздумывала, стоит ли мне говорить. – Лена безутешна. Я ее такой не видела за все годы нашей дружбы. Я не хочу нагнетать, но если Володя не выживет, она ляжет рядом.

Я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами.

– Она совсем забыла о себе, о детях. Она убита горем и я не знаю, как до нее достучаться. Я не хочу ее осуждать, но мне тяжело видеть, как она забыла о существовании детей. О том, что ей нужно быть сильной ради них.

– Она любит дядю Володю, - разлепив губы, сказала я. – Он ее родной человек, ей тяжело.

– А дети чужие? – кажется, что мама была раздражена поведением тети Лены. – Послушай, я понимаю, что, возможно, это прозвучит ужасно, но я считаю, что мы не должны им помогать.

Я не верила своим ушам.

– Мама, как ты можешь такое говорить!

– Могу! А как иначе Лена придет в себя? Она знает, что есть люди, которые могут подстраховать, поэтому даже не старается взять себя в руки.

– Нет. Это неправильно. Они нам не чужие люди.

Я не могла поверить в то, что говорила моя мама. Мы не могли отказаться от людей, которые были нашей семьей. Пусть не по крови, но они были ближе, чем родственники.

– Бросить их – не лучший метод, чтобы привести тетю Лену в чувство, - сказала я. – Маруся и Мишка не виноваты в том, что происходит. Мы достучимся до тети Лены, но другим способом.

– Я не хочу быть монстром в твоих глазах, - мама взяла меня за руку и сжала. – Ты же знаешь, я их люблю не меньше твоего. Но им нужна мама рядом, а я не знаю, как ее вернуть.

– Мам, она еще никуда не ушла. Ты волнуешься о том, чего нет. Тетя Лена горюет – это нормально и пока у нее есть мы, она может ни о чем другом не думать. Ты хочешь потерять свою лучшую подругу, бросив ее?

Я знаю свою маму. Она добрая и любящая. А еще она всегда заботиться и переживает о близких. Иногда даже через чур. Но такова она и была. Если в детстве я разбивала коленку, одним йодом мама никогда не ограничивалась. Мы ехали в травм пункт, чтобы врач меня осмотрел. У моей мамы было большое сердце и ее за это все любили.

– Конечно, нет, - возмутилась мама. – Я просто хочу, чтобы Лена пришла в себя.

– Так поговори с ней. Попробуй достучаться, не бросай ее.

– Какая у меня мудрая дочь, - мама погладила меня по волосам, а затем встала из-за стола. – Мне нужно в кофейню, а после я поеду к Лене в больницу. Отнесешь завтрак ребятам?

Мама взяла контейнер для еды, в котором были аккуратно сложены сырники и протянула его мне. Она переживала за тетю Лену и все ее слова о том, чтобы отказаться от них – всего лишь стресс. Приготовленный завтрак тому самое настоящее подтверждение. Она заботилась.

Мама ушла в свою спальню, а я быстренько допила кофе с сырниками, а затем умылась и переоделась из пижамы в обычные черные велосипедки и оверсайз футболку.

Взяв со стола контейнер с сырниками, я отправилась к Лисовским, надеясь, что они уже не спят. Я нажала на звонок и вскоре послышались шаги. Дверь открылась и передо мной появился Алексей.

– Доброе утро, - я помахала контейнером перед его лицом. – А я тут завтра принесла.

Он нахмурился, словно пытался понять, кто я, но спустя пару секунд отошел от двери и кивком головы пригласил войти. Я прошмыгнула внутрь, стараясь не задеть Алексея. Войдя на кухню, я увидела Мишку, который сидел за столом с таким же заспанным лицом, как и его старший брат.

– Привет, беглец! – я подошла к Мишке и легонько стукнула его по плечу. – В следующий раз, если соберешься пропасть, предупреди меня, ладно?

Парень кивнул. Я поставила чайник и достала кофе.

– Вы вообще спали?

Алексей сел за кухонный стол и пристально посмотрела на меня. Кажется, что он начал приходить в себя, но глаза у него были красные, словно он и правда, всю ночь не спал.

– Нет, - ответил Алексей.

– Да, - одновременно с Алексеем ответил Мишка.

Я достала тарелки и поставила на стол перед парнями. Сырники были еще теплые, поэтому их не нужно было разогревать. Из ящика я также достала и вилки.

– Не стоило напрягать себя завтраком, - накладывая себе в тарелку сырники, сказал Алексей. – Мы не безрукие, можем о себе позаботиться.

Я поставила перед ними 2 чашки с кофе и села на свободное место за столом.

– Даже в своем самом кошмарном сне, я бы не стала о тебе заботиться, - я фыркнула. – Мама приготовила сырники для вас. Она бы и сама зашла, но у нее много дел в кофейне, а затем она поедет в больницу.

– Сырники очень вкусные, - пробормотал Мишка, уплетая завтрак за обе щеки. – Спасибо.

Я ему улыбнулась. А отличие от своего старшего брата, он знал, что такое вежливость.

– А ты можешь не есть, раз у тебя две руки, мне больше достанется, - сказал он Алексею.

Тот с невозмутимым видом наколол на вилку кусочек сырника, а затем отправил его себе в рот, запив это все кофе. Наглец.

– Какие планы на день? – поинтересовалась я.

Я не удивилась, что ответил мне Мишка.

– Сейчас бабушка должна прийти, она заберет к себе мелкую. Я поеду в больницу, а Леха в офис.