Пламенная
Шрифт:
– Да… Да…
Изабель с тяжелым сердцем начала собирать вещи.
– Мы расстаемся с тобой навсегда, Сабина? – решилась задать она мучивший ее вопрос.
Ослепшая от нахлынувших слез, она пыталась зашить разорванную на рукаве рубашку Ричарда.
– Вы стали частью моей жизни, а теперь меня покидаете…
Сабина сжала сухую руку Изабель в своей нежной руке.
– Отложи шитье, дорогая! Зачем ты занимаешься этим делом?
– Это как раз то дело, к которому привыкли мои руки. Только этому я и научилась за свою долгую жизнь.
– Неужели тебе пришла в голову мысль, что я уеду без тебя?
В бледно-голубых глазах Изабель зажглись искры радости.
– Я так подумала… по глупости. Не знаю, как бы я жила без вас. Прошу тебя, Сабина, не оставляй меня… Я могу быть твоей личной швеей, служанкой… кем угодно!
– Тебе не надо беспокоиться ни о чем. Если ты захочешь, то будешь проводить дни в праздности, отдыхая от прежних трудов. Ты моя подруга, Изабель!
– Я не нуждаюсь в отдыхе. Я хочу служить тебе по-прежнему. В этом и заключается смысл моей жизни.
Сабина отлично понимала, чего хочет Изабель. Не быть одинокой, иметь семью, пусть не свою, но дорогую ее душе.
– Любое твое желание исполнится, Изабель.
– Ты научилась пророчествовать от меня, – улыбнулась старая женщина.
– Я многому научилась от тебя!
– Тогда скажи своей учительнице правду. Что ты задумала, девочка? Зачем ты хочешь остаться наедине с Блексорном в опустевшем доме?
– Я уверилась, что Гаррет влюбился в меня, и хочу воспользоваться этой влюбленностью. – Помедлив, Сабина добавила: – Как оружием против него…
– Спроси сначала себя саму, чего ты этим добьешься. Ты желаешь его наказать? Или тут что-то другое? Оружие может повернуться острым концом, направленным тебе в сердце. Может быть, ты полюбила его?
– Не о моих чувствах к нему идет речь. В этот вечер я собираюсь мстить – за смерть отца, за наши с Ричардом страдания. Но эта встреча с Гарретом сегодня будет только началом. Продолжение последует уже в Англии…
– Будь все время настороже, Сабина, – предупредила девушку Изабель.
– Он же не знает, кто я.
– Я помню тот день, когда мы с Жаком извлекли вас из стремнины. Человек, один раз решившийся на убийство, может совершить и вторую попытку.
– Когда он поймет, кто я, будет слишком поздно. Мой дядюшка окажет нам с Ричардом покровительство.
Сабина глянула в окно и увидела, что к дому подъехали фургоны, чтобы забрать кое-какую мебель и ценные вещи, с которыми ей не хотелось расставаться.
– Проследи, чтобы все было в целости доставлено к Мари, – попросила она Изабель.
– А что Жак и Мари думают по поводу твоего отъезда? – поинтересовалось та.
– Они опечалены, конечно, но понимают, что так надо.
– Я считаю, что тебе не следует оставаться одной в доме, когда сюда явится этот человек.
– Ты же сама не раз говорила, что у женщины есть только одно оружие. Сегодня я решила им воспользоваться.
Ближе к вечеру Изабель нашла Сабину в одной из опустевших комнат и протянула ей крошечный флакон с голубоватой жидкостью.
– Это сильное усыпляющее средство. Только две капли – и человек погружается в глубокий сон. Но запомни – не больше двух капель…
– Ты предлагаешь мне усыпить Гаррета? – удивилась Сабина.
– Это пригодится тебе, если ты почувствуешь себя в опасности. Средство действует очень быстро, и у тебя будет возможность спастись.
– Мне бы не хотелось прибегать к нему… – Сабина с неохотой взяла флакон.
– Только на крайний случай. Любовь творит с женщиной такое, о чем она потом горько жалеет. Это безвредный способ оборвать любовные ласки. Всего две капли – и ты свободна как ветер.
– Я не собираюсь убегать от него сегодня. Это ни к чему не приведет, а только разрушит мои планы. Рано или поздно, но мы опять столкнемся… А теперь прости меня, Изабель, но я должна потолковать с Ричардом. Он уже взрослый мальчик, и ему пора узнать, кто мы такие и почему возвращаемся в Англию.
– Да, время сказать ему правду настало, – согласилась Изабель.
Ричард из окна своей спальни с удивлением наблюдал за суматохой перед парадным входом в особняк.
Сабина тронула его за плечо:
– Ты не возражаешь, если мы навестим нашего дядюшку маркиза де Кавиньяка?
Ричард вздрогнул, а потом обрушился на сестру с упреками:
– Почему ты мне раньше не сказала, что у нас есть родственники во Франции? Я все это время чувствую себя безродным сиротой, а теперь ты говоришь о каком-то дядюшке.
– Тебе еще многое предстоит узнать… Ты был маленьким, когда это все случилось. И, слава Богу, не запечатлелось в твоей памяти.
– Неправда, сестра. Ты просто оберегала меня от воспоминаний, а я кое-что понял из того, что говорили о нас с тобой люди. Ты долгое время лгала мне. Ты не моя сестра…
– А кто же? – от изумления едва не задохнулась Сабина.
– Ты моя мать. И не надо больше обманывать меня, – тихо сказал Ричард.
– Боже! Кто же внушил тебе подобные мысли?
– А тогда объясни, зачем мы покинули Англию, скрывали свои имена и ты держала меня взаперти? Я знаю почему. Ты стыдилась меня, своего незаконного ребенка. – Тут Ричард вдруг устремил на нее взгляд своих добрых, чистых глаз. – Но я люблю тебя! Я рад, что узнал, что ты моя мать.
– И давно ты об этом узнал? – Сабина все еще не могла прийти в себя.
Мальчик повис на ее шее, целуя ее и плача.
– Ни о чем не спрашивай меня. Я люблю тебя, мамочка!
– О, Ричард! Как ты ошибаешься! – покачала головой она.
– Я знаю, что ты любила моего отца и что он был из благородной семьи. Он не мог жениться на тебе, потому что ты была из низкого сословия, и к тому же он уже был женат.
– Кто напичкал твою голову всей этой ерундой? – Сабина разорвала кольцо обвивавших ее цепких рук и поставила мальчика на ноги.
– Я слышал разговор слуг у нас на кухне.
– Кухонные сплетни! – Сабина чуть ли не взвилась до потолка. – И ты мог всерьез им поверить?
– Господин герцог тоже так говорил.
– О Боже! – Сабина с трудом погасила взрыв ярости. – Послушай, Ричард. Никогда не слушай и не верь тому, что о нас с тобой бормочут досужие языки. Теперь помолчи, не прерывай меня… Я скрывала от тебя многое потому, что думала – так будет лучше для нас обоих. Я не знала, что ты страдаешь от моего молчания.