Чтение онлайн

День после этого длился долго, главным образом потому, что я скучал по ней и хотел ее увидеть. Я позаботился о некоторых делах и пошел в кафе, в котором меня ждал неутешительный ответ, что мой телефон не нашёлся. Моя единственная надежда состояла в том, что кто-то нашел его и возвратил в офис безопасности Карлтона. Иначе, Сидни и я должны будем приобрести новые Телефоны Любви.

Когда позднее я пришел к Джеки, Маркус с двумя стоящими позади него парнями открыл дверь. У них обоих на щеках были сломанные золотые лилии. Мне хотелось знать, были ли это подопытные кролики Маркуса.

– Адриан, – произнес Маркус, делая шаг вперед, чтобы пожать мне руку.

– Маркус, – ответил я. Было трудно поверить в то, что мы достигли этого уровня после того, как я попытался ударить его во время нашей первой встречи после минутного знакомства.

– Это Джейми и Чед. Просто подхватил их в Нью-Мексико.

Я пожал руки двум парням, и заметил Джеки, выглянувшую из гостиной. Я улыбнулся, так как всегда был искренне рад видеть ее.

– Всегда рада встрече, – она поставила на стол поднос с чаем и лимонадом и поцеловала меня в щеку.

– Сегодня не предвидится горячего свидания? – спросил я.

Ее глаза хитро заблестели:

– Ну, я вряд ли смогу уйти, когда у меня дома проводятся своего рода тайные собрания, не так ли? Расслабься, я не буду вам мешать, а если ты беспокоишься о моих отношениях с Малахией, можешь быть уверен: мы собираемся встретиться позже, и у нас по-прежнему все прекрасно.

– Беспокоюсь? Нет. Озадачен, в легком смятении? Да. Но я не удивлен, что у вас все хорошо. Я уверен, что он ест с твои рук, сердцеедка.

Она усмехнулась:

– Ох, Адриан, я рада, что Сидни держит тебя рядом для развлечения.

– Я полагал, что это так, – сказал Маркус, кивая в знак благодарности за протянутый лимонад, – кстати говоря, она должна была бы быть здесь на час раньше, чем договаривались.

Я взглянул на часы. Оставалось пять минут до назначенного времени.

– Месяц назад она бы уже была здесь. Но с появлением ее сестры, жизнь стала немного... сложнее.

Маркус нахмурился:

– Да? Может, уточнишь?

Джеки схватила полосатого кота:

– Думаю, мне нужно пойти поработать в моей мастерской. Приходите, если вам что-нибудь понадобится, и убедитесь, что Сидни зайдет поздороваться перед тем, как уйти.

Я сел в гостиной с Маркусом и его Веселыми Мужчинами. Я намеренно занял весь двухместный диван, чтобы никто больше не мог сесть на него, пока не придет Сидни. Ну, любой человек, по крайней мере. Как только я сел, три кошки запрыгнули ко мне и устроились поудобнее.

– Они приняли в свои ряды сестру Сидни, – объяснил я Маркусу. – И сделали ее частью Амбервудского дела. У нее есть множество доказательств того, что Сидни замешана в чем-то подозрительном – когда она надолго уходила или казалась слишком дружелюбной с мороями.

Лицо Маркуса помрачнело, когда я сказал это.

– Я предупреждал ее. Я сказал ей, что это случится. Она должна была поехать со мной.

Я указал на ведро чернил, которые Джеки должна была вывести:

– Если бы могла, то не стала бы делать этого. Она может изменить все твое дело, Робин Гуд. Чернила, которые разрушают принуждение алхимиков, но которые нельзя увидеть? Ты сможешь везде внедрить двойных агентов.

– Я знаю, – он взглянул на Джейми и Чеда, которые пристально следили за своим руководителем. – И, поверь мне, обдумывал это. Но это очень опасно. У алхимиков хороший нюх на предателей.

– Сидни тоже хороша, – упрямо сказал я.

– Я знаю о ней. Но как я ей сказал прежде, ты не сможешь играть в эту игру все время. В конечном счете ты совершишь ошибку. Небольшие вещи. Небольшие хлебные крошки.

Я сохранял лицо и делал вид, что очень заинтересован кошкой, мурлыкающей на моих коленях, но внутри меня нарастало беспокойство. Небольшие вещи. Такие, как секс в машине. Или ночь, проведенная вместе. Или забирание меня из ломбарда. Все то, о чем некоторые шпионы алхимиков могли узнать. Мы пошли с добрыми намерениями, но Маркус был прав. Мы провалились. Когда я взглянул на него, я увидел, как он изучает меня своими ярко-голубыми глазами. Он может не знать о наших отношениях с Сидни, но он знал, о чем я думал: она оступилась.

– Ты бы хотел забрать ее отсюда? – спросил я, – если она пойдет?

Он кивнул:

– Мне бы следовало.

– Куда ты хочешь отвезти ее?

Западная Вирджиния. Рим. Новый Орлеан.

– Пока не знаю. Куда-то, где она сможет быть полезной и будет в безопасности. – Маркус помолчал несколько минут, и я мог бы сказать, что он действительно заботится о ней и обо всех своих новобранцах. – Пойдет ли она?

– Она пойдет, – сказал я твердо, никоим образом не давая понять, как мне трудно говорить о ее бегстве. И я пойду с ней.

Маркус впал в задумчивость и затем проверил свой мобильник.

– Где она? Я умираю, как хочу узнать об этих чернилах.

Я посмотрел, сколько времени прошло. Она должна была прибыть пятнадцать минут назад. Я не мог припомнить, чтобы Сидни когда-либо опаздывала в своей жизни. Беря мой собственный телефон, я попытался придумать нейтральное сообщение и написал: «В мире все в порядке?» Когда ответа не последовало, я подумал, что это хороший знак.

– Она, возможно, уже в пути, – объяснил я Маркусу. – Она не пишет сообщения, когда за рулем.

Он хотел бы знать о чернилах, так что я дал ему весьма расплывчатое описание, не раскрывая того, что Сидни использовала магию. Я не мог вспомнить геологических особенностей, но этого было достаточно, чтобы заинтриговать его, все равно что объявить новость о создании «стригойской вакцины». Я понял, что это не останется секретом надолго, а Маркус не друг стригоям.

Когда прошло еще пятнадцать минут, я начал понимать, что это неспроста. В общем-то, я позвонил ей, зная, что блютуз в ее машине может принять вызов. Но вместо этого я наткнулся на голосовую почту. Маркус резко взглянул на меня.

– Адриан, что происходит? – спросил он.

– Я не...

Мы все услышали, как автомобиль въехал во двор. Почти сразу же хлопнула дверца, и затем раздался бешеный и громкий стук в дверь Джеки. Я был немного удивлен, почему Сидни просто не вошла. Джеки начала волноваться, но я первым открыл дверь...

... и увидел Эдди.

Его одежда была грязной и порванной, а правая сторона лица опухла и покраснела. Его взгляд был диким, наполовину сумасшедшим, какого я никогда раньше не видел. Чувство страха поселилось во мне, темнота, отчаяние и ужас, которые так долго не навещали меня, вновь показали свои уродливые головы. Я знал, даже до того, как Эдди сказал мне, что произошло. Я знал, потому что такая же боль была на его лице, когда он не смог спасти Мейсона. Я знал, потому что чувствовал, что мое лицо выглядело так же, как и лицо Эдди.