Пламя Феникса
Шрифт:
Лалибэй нахмурилась. О чем это он? Но вот из-за стены низкорослых деревьев вышел человек в черной военной форме с золотыми пуговицами и украшениями. Ветерок чуть взъерошил его светлые волосы, в фиолетовых глазах застыло презрение. Следом за ним по пятам шла охрана, воины фениксов держали наготове «перья», безобидные на вид девушки-птицы сопровождали их, но Лали знала, насколько они могут быть опасными.
– Что ж, я не слишком рад вас видеть…
– Генерал, – произнес мужчина и уголки его губ поползли наверх, когда он посмотрел на Лали.
– Генерал… Октавиан?
– Кейто. Я сменил имя. Теперь у меня совсем другая жизнь. После смерти.
– Нечасто мне приходится встречать демона во плоти, – проговорил Самсон. – Но вот появление духов на моих землях в последнее время участилось. Не ваших ли рук дело? – У Лалибэй вдруг замерло все внутри: она вспомнила предостережения Ксиу. А если нашествие этих духов действительно связано с Кейто? Или же с ней? – Так с чем вы к нам явились? – спросил Самсон, указывая на свободное место за столом.
– Императрица попросила меня передать поздравления к вашей скорой свадьбе, Ваше Высочество, – и он вновь посмотрел на Лали, заставляя ее вспыхнуть. Что он творил? И почему он здесь?
– Надеюсь, вы тогда объясните мне, куда пропал родственник Императрицы, раз уж вы тут.
Лали напряглась, вцепившись в край стола.
– Конечно, – ответил Кейто. – Мальчик просто захотел домой, его можно понять. Но теперь в вашем распоряжении я. А я гораздо более крупная добыча.
Демон развел руками, заставив охрану вздрогнуть. Самсон, к его чести, и бровью не повел.
Позднее, когда они прогуливались по саду, Кейто поравнялся с Лали и шепнул:
– Мне пришлось импровизировать. Я не могу сейчас вернуться в Ремесис.
– Не сомневаюсь, – ответила Лали, поджав губы.
– Ты злишься на меня из-за Роши?
– Нисколько. Мне совершенно нет до этого дела. – Лали остановилась и повернулась к Кейто лицом. – Не забывай, кто здесь главный, демон.
Кейто вздрогнул при этом слове. Лали закусила щеку, гадая, не перегнула ли она палку. Но новоиспеченный генерал лишь ухмыльнулся.
– И кто же, моя госпожа?
– Все, мне пора готовиться к переезду, вечером будет обряд посвящения в невесты! – вздохнула она, отмахиваясь, стараясь разрядить ситуацию. Может, Кейто уже перестанет так пялиться? – Глупые у них, конечно, традиции…
Она пожала плечами и повернулась, чтобы уйти. Ладонь Кейто легла ей на локоть, и Лали заволновалась, не увидят ли их тут. Да и что в том такого? Они же ничего преступного не делали?
– Кому ты пытаешься что-то доказать, Лалибэй?
– Себе, Кейто, только себе, – ответила она и пошла прочь.
– Будет нужна помощь, зови! – крикнул ей вдогонку Кейто.
Слуги долго и тщательно наряжали ее. Если на ней уже столько слоев одежды сейчас, то что они устроят на самой свадьбе?
Темно-каштановые волосы забрали в высокую прическу. Среди прядей проскальзывал медный блеск, что делало ее хотя бы чуточку похожей на окружавших ее рыжеволосых женщин. А вот с принцем Самсоном они даже неплохо смотрелись вместе. Лали закусила губу, стараясь справиться с волнением. Как и перед турниром, никто не посвятил ее в подробности, а все описания традиции «переезда» были очень обтекаемыми.
Но назад пути не было.
– Осталось только ваше ожерелье, фэн-луни, – сказала ей Атти, самая молоденькая из слуг. – Мне… принести его?
Лали вздрогнула, будто ее ужалила змея.
– Нет! Я сама, – ответила она. – А это обязательно?
Слуги молча посмотрели на нее. На их лицах почти не читалось эмоций, и Лали поняла, что бесполезно что-то выпытывать у них. Они видели в ней чужачку.
Лали зашла в спальню, закрыла за собой дверь и уставилась в пустоту. Что ей теперь делать? Она же никому не сказала о пропаже ожерелья.
Ответ пришел незамедлительно: то же, что и всегда. Из небольшой шкатулки Лали достала брошь иллюзий и, отодвинув ворот платья, пристегнула к тонкой сорочке. А теперь нужно настроиться. Все, как раньше учила ее тетушка. «Магия есть в самой броши, тебе не обязательно быть магом, чтобы пользоваться ее услугами».
Услуга, вот что это было.
Лали постаралась в мельчайших подробностях представить себе украденное ожерелье: камни яшмы множества оттенков и все разной формы, один даже напоминал лунный серп. Когда она открыла глаза и посмотрела на себя в зеркало, то осталась довольна. Все-таки воображение у нее всегда было хорошо развито. Порой даже слишком. Лали отмахнулась от назойливых мыслей и вышла к слугам.
– Я готова.
Ее вещи, в большинстве своем никогда ей не принадлежавшие, были собраны. Она увидела в небольшом сундуке и одежду, в которой прибыла сюда. Когда процессия вышла на улицу, уже стемнело, тихую ночь прерывало лишь стрекотание цикад. Прежде чем дойти до комнат Укротителя, где Лали теперь предстояло жить до свадьбы, следовало миновать пять павильонов. Все они были посвящены той или иной птице: Лали знала названия, но что ждало в них, оставалось загадкой.
Процессия остановилась перед первым павильоном. Охранник принес ларец с ее старой одеждой – лентами и платьем, которое подарила Адора, прежде чем они сбежали из Ремесиса, – и поджег. Лали не ожидала подобного, но порадовалась, что там не было ничего ценного.
Павильон птиц луни встретил ее приятной музыкой – здесь играли на сантуре, и каждая струна посылала ей навстречу удивительной красоты мелодии, которые будто бы расслабляли тело. И очень кстати, Лали сама была напряжена как струна. Она шагнула дальше, разглядывая стены, украшенные гравюрами с алыми птицами. Лали обернулась и поняла, что слуги не пошли за ней. Она оказалась наедине с двумя рыжеволосыми девушками, одетыми в красные шелка, шеи которых украшали золотые цепочки с огромными кулонами. Птицы Укротителя.
Они оторвались от музыкальных инструментов и направились к Лали. Девушки мило улыбались, подступая к ней и снимая с ее плеч верхнюю накидку.
Лали нахмурилась, но потом решила, что здесь действительно очень жарко. Луни подали ей кубок, и она пригубила бордового ароматного напитка с ярким пряным привкусом. Голова моментально голова пошла кругом. Девушки повели Лали дальше, из павильона в павильон, каждый из которых был диковинней предыдущего.
Цани – птицы-вестницы в их сине-зеленых нарядах, ядовитые чани с подведенными сурьмой черными глазами, киноварь…