Чтение онлайн

Но она и была моей девочкой, которая заплетала мне косы рано утром перед школой; девочкой, которая стаскивала мне лишнее яблоко в школьной столовой, зная, что это мои любимые фрукты и как их тяжело достать в общежитии.

Наконец, девушкой, которая была первой в моём сердце.

Кристофер кладёт руку на моё плечо и скорбно шепчет:

– Мне так жаль, Агнесс…

Кейдан сидит рядом и не произносит ни слова. Кажется, что он скорбит сильнее, чем показывает это.

– На её месте должна быть я… – всхлипываю, вытирая глаза.

– Перестань себя винить, здесь нет твоей в… – переубеждает меня Кристофер.

– Нет, есть! Это мне осталось жить меньше месяца, и да, я обречена! Не она! Я! – вскрикивая, я машу руками. – Она должна была прожить долгую и счастливую жизнь, но вместо этого она умерла!

Он хочет вновь возразить, как тело Молли содрогается. Я сосредотачиваюсь только на ней, как и ребята, припадая на колени возле неё. Подруга едва кашляет, не открывая глаз, не двигаясь, и я опять кричу:

– Молли! Скорее, звоните в скорую!

Но они не шевелятся. Я кричу им об этом снова и снова, но те лишь молчат, когда Кристофер начинает:

– Они не успеют. У неё раздроблены все кости, большая кровопотеря и неизвестно, что с внутренностями. Мне ж…

– Но ведь можно что-то сделать?!

Я стараюсь лишний раз не трогать подругу, потому что, как бы мне ни хотелось, чтобы это было ложью, но это правда. Её внутренности, скорее всего, похожи на отбивные. Она хрипит и пытается что-то сказать, но изо рта только начинает течь кровь, и она закашливается ею.

Я вновь с мольбой смотрю на парней, но никто не реагирует, тогда я пытаюсь вновь:

– Умоляю! – слёзы хлынули с новой силой, а тело пробирает крупной дрожью. – Она – всё, что у меня есть… Я не переживу, если её…

– Наша кровь, – говорит Кристофер. – Она может помочь…

– Нет, – отрезает Кейдан.

Я пристально смотрю на Кристофера, не обращая внимания на его брата.

– Что?? Что она должна сделать?! Выпить её?? Она исцелит её?? – перебираю все варианты, уловив хоть крупицу надежды в его словах.

– Она станет вампиром, Агнесс, это не лучше смерти, – цедит старший.

Идут считанные секунды.

Она кашляет, и её грудь вздымается всё медленнее, и, глядя на неё, я не думаю, что быть вампиром хуже, чем найти смерть от лап демонов из тьмы.

– Сделай это, прошу, – я поворачиваюсь обратно к Кристоферу и молю его.

Но Кейдан вновь обрывает все мои надежды одним коротким словом.

– Нет.

– Почему нет?? Почему ты такой…?!

– Чем она лучше моего брата? – Он встаёт и смотрит с презрением мне прямо в глаза: – Почему он должен будет потом страдать из-за человека? Этому не бывать. – И мотает головой.

– Кейдан, всё норм… – Кристофер начинает говорить, но его прерывают.

– Нет, не нормально. Больше разговоров не будет. Уходите. Я закончу здесь сам. – Он обрывает все наши пререкания с ним, но Кристофер хочет вновь возразить, и тогда тот низко рычит: – Это приказ.

Младший из братьев переминается с ноги на ногу, не зная, как ему поступить в этой ситуации, и буравит яростным взглядом старшего в ответ. Через пару минут Кристофер фыркает и всё же сдаётся.

– Мне жаль, но нам нужно уходить, – цедит он сквозь зубы.

– Что?? Нет! Ни за что! Я не оставлю её здесь с ним! – бросаю я, ясно давая понять, что не сдвинусь и с места.

Кристофер мечет беглый взгляд на брата, потом на меня, как бы говоря, что выхода у нас другого нет, и подходит ко мне. Взяв за руку, он начинает тянуть на себя в сторону дороги.

Я вырываюсь, отталкивая его от себя, и тогда парень хватает и закидывает одним резким движением себе на плечо. Пока я пытаюсь вырваться, колотя его по спине и крича, парень уносит ноги как можно быстрее отсюда.

Кристофер ставит меня возле машины, но не отходит далеко, смотря в глаза, которые мелькают между ним и дорогой к телу Молли, приговаривая:

– Ты же понимаешь, что это бесполезно?

– Что из? – огрызаюсь я.

– То, о чём ты удумала. Я вампир, ты не забыла?

Фыркнув и разворачиваясь к машине, я похлопываю по двери.

– Я и не собиралась бежать.

Он вскидывает обе брови и скрещивает руки на груди.

– Неужели?

Уже сжав челюсть, настойчивее хлопаю по пассажирской двери.

– Послушай… – пытается начать он.

– Просто открой, наконец, уже эту чёртову дверь.

Парень вздыхает и снимает машину с сигнализации, и хочет было подойти так же помочь, как я даю рукой знак остановиться и залезаю сама, закрыв за собой дверь. Он быстро садится в машину, заводит её и нажимает на газ, тихо спрашивая:

– Какой адрес?

– Я не хочу домой. – И сглатываю слёзы.

– Агнесс…

– Я не вернусь туда без Молли, и на этом точка, Кристофер. – Отвернувшись к окну, прислоняюсь к его холодному стеклу, и оно обжигает палящие щёки.

Мотор взвывает от увеличения оборотов, мимо в ночи пролетают скверы и дома, в которых ещё горит свет в окнах. В голове вспыхивает воспоминание, проезжая до боли знакомый проулок возле нашей съёмной квартиры с Молли.

«Время далеко за полночь.

Я возвращаюсь домой с очередной смены из бара, еле волоча ноги на огромной шпильке, потому что мои сменные кроссовки кто-то спрятал. Я иду и знаю, что Моллс устроит мне дома нагоняй за переработку, к тому же не доплачиваемую.

Но этот начальник – козёл.

Никогда не отпускал вовремя, к тому же платит копейки, за что я должна терпеть хамство этих извращенцев, которые при любом удачном случае стараются заглянуть под мою юбку или шлёпнуть по заду.

Я стискиваю зубы, вспоминая о сегодняшнем вечере, и полна решимости написать завтра увольнительное письмо счастья. Но скотина Троун, как всегда, порвёт и потушит об него свой бычок, отправляя переодеваться, к тому же оставит без чаевых. А чаевые там порой больше самой зарплаты. Особенно в футбольные матчи.