Чтение онлайн

– Это обнадеживает. – Дульси поставила чашку и посмотрела ему в глаза. – Итак, что ты изучал и где?

Раф почувствовал, как расслабляется. На эту тему он был рад поговорить.

– Архитектура. Корнеллский университет, Итака, штат Нью-Йорк.

– Так вот откуда ты все знаешь о лифтах и зданиях. – Ее глаза вспыхнули. – Значит, встреча в отеле была связана с каким-то проектом? Ты что-то строишь здесь, в Барселоне?

Тоска сжала его сердце. Семь лет обучения, шесть лет практики – и все впустую, потому что теперь больше не будет ни проектирования, ни созидания. Все кончено. Раф взял чашку и медленно сделал глоток.

– К сожалению, нет. Просто нужно было кое-то доделать… до открытия конференции.

– О, ясно. – Ее взгляд прояснился. – Ты имеешь в виду конференцию по архитектуре во Всемирном торговом центре?

– Да, именно так. – Раф пожал плечами. – Я один из многих закулисных подручных.

– Здорово! Эта конференция привлекла мое внимание, потому что там выставка дизайна интерьера…

Превосходно! Теперь он мог увести разговор в сторону от своей персоны.

– Так, значит, дизайн интерьера – это твоя область?

Дульси опять улыбнулась своей чудесной озорной улыбкой, которая так нравилась ему.

– Как бы это сказать?.. Я далека от дизайна интерьеров. – Легкий румянец коснулся ее щек. – Я увлекаюсь керамикой. Я делаю миски и кувшины. Вернее, я создаю разного рода кривобокие и довольно шаткие сосуды.

Раф почувствовал, как между ними укрепилась тонкая связь, и его охватило тепло. Теперь все встало на свои места: ее неординарность, причудливый стиль и мятежный независимый дух, который заставил ее сбежать с девичника кузины и прийти в собор Саграда Фамилия. Дульси была творческим человеком, как и он. Но, в отличие от него, ей, казалось, не хватало уверенности в своей работе.

Раф отодвинул чашку и положил руки на стол, внезапно захотев быть ближе к ней, желая, чтобы она почувствовала его интерес.

– Пожалуйста, расскажи мне подробнее.

– Я не знаю, что рассказать.

Опять эта неуверенность.

– Ну, ты можешь начать с того, что расскажешь мне, где ты научилась делать свои шаткие сосуды.

Она прикусила губу.

– Колледж Святого Мартина в Лондоне.

– Отлично! Там самая лучшая школа керамики.

Дульси кивнула и потянулась за своей чашкой.

– Мне повезло поступить туда…

– Или… – Раф поднял палец, – потому, что ты талантлива.

Дульси в упор смотрела на него, а затем на ее губах появилась улыбка.

– Ты правда так считаешь или просто хорошо воспитан?

Он рассмеялся, ему понравилось, что она использовала ту же фразу, что и раньше.

– Надеюсь, и то и другое. – Раф облизнул губы, стараясь не смотреть на нее. – Хотя, если серьезно, ты отличный мастер, раз попала туда, так что тебе нужно прекратить все эти разговоры о том, что «мне повезло попасть туда».

Ее брови поползли вверх.

– Ты что, отчитываешь меня?

– Нет, я просто говорю тебе, что ты должна верить в себя.

Дульси наморщила лоб.

– Дело не в том, что я не верю в себя, скорее, я не уверена, кто я такая. – Она моргнула. – Я имею в виду, с художественной точки зрения.

– А разве мы не развиваемся постоянно? Я имею в виду, посмотри на Гауди. В его творчестве, безусловно, есть цельность, но есть и эклектика. Он не боялся экспериментировать, давать волю своему воображению. Я думаю, что момент, когда ты обнаруживаешь себя в художественном плане, вероятно, является моментом, когда ты снова начинаешь оглядываться в поисках новых вещей, которые можно попробовать, вещей, которые делают твою работу лучше. Так что погоня за хвостом никогда не заканчивается.

Раф почувствовал, как пульсирует у него в висках. Для него все закончено. Он опустил голову.

– Ну а теперь, когда я произнес такую ободряющую речь, хочу посмотреть на твои работы. У тебя есть фотографии на телефоне?

– Извини, у меня нет. – Дульси покачала головой. – Сейчас все так зависят от телефона, постоянно смотрят в экран. Да, телефон – это хорошо, я звоню и иногда отправляю сообщения, и на этом все. – Она широко ему улыбнулась. – Если хочешь посмотреть фотографии, то тебе нужно заглянуть в веб-галерею, которую Каллум создал для меня.

Каллум?

У него перехватило горло. Как он мог забыть, что у нее, вероятно, есть кто-то в Англии? Раф думал об этом в лифте, как раз перед тем, как лифт починили. И вот теперь она произнесла это имя, наверное, мягко предупреждая его, что это был кофе, и только кофе?

Он медленно вдохнул, подавляя разочарование. Ничего больше ему не оставалось, как сидеть здесь, делая вид, что все в порядке. Раф стиснул зубы. Возможно, ему следует рассматривать это как тренировку перед тем, как он приступит к исполнению своих королевских обязанностей. Улыбающийся стоицизм и все такое.

Он сглотнул.

– Итак, Каллум – это?..

– Истинная находка! – Девушка широко улыбалась, ее глаза сверкали. – Так и есть, правда! Когда я переехала в свою студию, он установил для меня вай-фай. Его мама говорит, что он вундеркинд.

Раф почувствовал прилив сил, его настроение улучшилось…

– Его мама управляет деревенским магазином в графстве Девон, где я живу. И она совершенно права. Кэлу всего пятнадцать, но он блестяще разбирается в технике и довольно ловко обращается с фотоаппаратом, так что мы заключили сделку. Я заплатила ему за то, чтобы он создал для меня веб-сайт и галерею, а теперь я плачу ему за то, чтобы он обновлял их. Серьезно, у каждого должен быть такой Каллум.

– Похоже на то.

Он достал свой телефон, стараясь сдержать улыбку. Наличие пятнадцатилетнего веб-мастера точно не помешало бы ей завести вторую половинку, но внезапно это стало казаться все менее и менее вероятным. То, как она смеялась в лифте…

«Это не мой девичник. Это моя кузина Джорджи выходит замуж!»

Как будто сама мысль о том, что именно она выйдет замуж, была нелепой. А еще был тот факт, что она с готовностью согласилась выпить с ним кофе, и тот факт, что он постоянно чувствовал, как между ними пробегает искра. Ему это не почудилось.

Раф открыл браузер.

– И что я ищу?

– «Керамическое искусство Дульси Браун». – Она снова покраснела, вертя чашку на блюдце.

Сайт открылся очень быстро. Простой, понятный, и фотографии были такими… Ух ты! Ее работы были впечатляющими. Сосуды, как она сказала, кривобокие, – коренастые, а иногда и вытянутые, дерзко нарушающие принцип золотого сечения. Но что ему действительно понравилось, так это то, как она нарисовала асимметричные цветные блоки на бурой глине – синие и цвета охры, расписанные иногда внутри, иногда снаружи, иногда с двух сторон, что привлекала внимание не только форма, но и яркая роспись.