Чтение онлайн

— Что, даже убить ее было бы милосерднее?

— Немного, — мягко признала Джанна. — Девочка влюблена в вас. Она потратила бы годы пытаясь заслужить ответную любовь, не понимая, почему вы не цените и не любите ее в ответ. В конце концов, это закончилось бы разочарованием.

Он рассмеялся, склонил голову, рассматривая Джанну с любопытством:

— Знаете, вы такая самодовольная, когда правы. Это даже забавно. Но я мог бы сделать малышку Майю счастливой, если бы захотел. Ее мечты не очень сложно обеспечить: регулярные подарки, букет цветов всегда, когда я прихожу домой, и постоянное вранье, что, если бы не работа, мы все время были бы вместе.

— Вы не любите ее, — пожала плечами Джанна. — Зачем вам делать ее счастливой?

— Не люблю, — легко и спокойно признал он. — Я не уверен, что способен на любовь, и точно не к Майе. Я не считаю ее милой, меня не впечатляет добровольная наивность и желание быть вечным ребенком. Я не ценю в людях слабость и хрупкость. И эти бесконечные разговоры о том, как любовь делает жизнь лучше, порядком раздражают.

Джанна улыбнулась, почему-то в тот момент он показался ей почти… милым. И он совершенно не понимал, что любовь может быть другой.

— Теперь я знаю, в какую женщину вы могли бы влюбиться.

Он притворно застонал:

— Все-таки вы женщина до мозга костей, только речь заходит о любви и вам сразу становится интересно. Давайте, говорите, в кого я там мог бы влюбиться, и забудем об этом.

— В самодостаточную женщину. Которая не ждет, что вы сделаете ее счастливой, а делает себя счастливой сама.

Он отхлебнул вина и посмотрел на Джанну вопросительно:

— И зачем ей тогда я?

— У вас высокий статус, много денег и неплохое чувство юмора.

Каро фыркнул и звякнул своим стаканом об ее:

— За это стоит выпить.

***

Позже к Каро и Джанне многие подходили — красиво одетые мужчины и женщины. Кто-то ограничивался парой фраз, кто-то разговаривал дольше. Джанна не могла отделаться от мысли, что Каро не любили. С ним общались, с ним считались, но симпатии он ни у кого не вызывал.

Как он и предсказывал, его свадьба всех волновала. Никто не верил, что Джанна действительно обычная женщина, что она не аристократка в изгнании и многие пытались вызнать, откуда она взялась.

Когда Каро надоедали вопросы он выводил Джанну танцевать, и взгляды они привлекали уже по другому поводу. Она давно не танцевала, а придворных танцев не знала вообще. Каро просто не очень хорошо слышал ритм, да и не старался. Они, конечно, не наступали друг другу на ноги, но многие смотрели на Джанну с помесью брезгливой жалости.

— Я распоряжусь, чтобы нашли учителя танцев. Вам не помешает взять пару уроков, — сказал он, когда они в очередной раз чуть не врезались в соседнюю пару.

— Вам тоже, — честно ответила она.

— Разве? Мне говорили, я неплохо двигаюсь.

— Просто не вовремя.

Он улыбнулся, наклонился к ней ниже, легко пощекотал пальцами талию, и Джанна чуть не дернулась прочь. Она всегда боялась щекотки.

А потом как-то незаметно танец закончился, Каро увел ее с площадки для пар к столикам с закусками, повернулся ко входу и неуловимо переменился.

И вместо улыбчивого мужчины рядом Джанна увидела государственного агента. Жесткого, жестокого и полностью сконцентрированного на своей цели.

В дверях появилось двое мужчин.

— Господа Раил Вейн и Калеб Байрнс, — объявил слуга.

***

Когда Джанна впервые увидела Вейна, он ей понравился. Он подошел к ней на Арене сразу после боя Рейза, заговорил первым. У него был мягкий приятный голос, дорогая, но неброская одежда. В нем без труда можно было узнать аристократа — по манере держаться, по идеально прямой спине и вежливой улыбке, но при этом он не казался высокомерным или заносчивым.

Только то, что рассказал о нем Рейз и то, что Джанна узнала от Каро заставило ее посмотреть на Вейна иначе. Он был красивым, он умел казаться обаятельным, все качества, которые нравились Джанне при встрече никуда не исчезли — они просто воспринимались как инструменты.

Теперь Джанна стояла рядом с Каро возле стола с закусками, смотрела, как Вейн здоровается с людьми вокруг, о чем-то говорит Калебу Байрнсу, и понимала: свое обаяние, свою внешность, свои манеры Вейн использовал, чтобы добиваться желаемого, и использовал умело.

— За ним любопытно наблюдать со стороны, верно? — с усмешкой спросил Каро, отпивая вина. Он делал крохотные глотки и почти не расставался с бокалом, должно быть, со стороны — если не следить пристально — казалось, что он много пьет. На самом деле, бокал не опустел и на четверть.

— Человек, с которым он пришел, это брат Силаны? — Калеб с Силаной не были похожи, если бы не его фамилия, Джанна не догадалась бы, что они родственники.

— Единственный и довольно влиятельный. Жаль, я надеялся, ему хватит мозгов не связываться с Вейном.

— Вы говорили Силане, что защитите ее семью. Значит, и ее брата тоже.

Каро поморщился, как от зубной боли:

— Я сдержу слово. Хотя, поверьте, никаких теплых чувств он у меня не вызывает.

Он покачал бокал в руке, задумчиво изучая Вейна и Калеба взглядом, потом улыбнулся одними уголками губ и сказал:

— Идемте, познакомимся с семьей поближе. Жаль, придется раскрыть наше родство раньше, чем я собирался.

Джанна удержала его за локоть:

— Вы не боитесь делать это здесь? Вы не знаете, как он отреагирует.

— Если устроит сцену, ему же хуже.

Вблизи Калеб почти… подавлял. Он был высоким мужчиной, лицо, будто высеченное из камня казалось угрюмым. Он скользнул по Каро и Джанне равнодушным взглядом, коротко кивнул в знак приветствия, и отвернулся.

— О, господин Каро и прекрасная Джанна, — Вейн разулыбался, когда увидел их, будто Каро был его старым другом. — Какая приятная встреча. Я не ожидал увидеть вас вместе. Знакомьтесь, Калеб, господин Каро государственный агент.

— Я слышал о вас, — спокойно признал Калеб.