Чтение онлайн

А потом, не сразу, но Рейз все же отыскал комнату Силаны, замер и обругал себя идиотом. Потому что окно было закрыто. Он еще повозился, пытаясь клинком поддеть язычок замка, и, когда ввалился внутрь, чувствовал себя совершенно разбитым.

Слабость уже не просто накатывала волнами, от нее тряслись руки и хотелось повалиться на месте.

Рейз непослушными пальцами закрыл окно, снял с кровати покрывало и поспешно завернулся поверх одежды.

И представил, что, если бы про их с Силаной приключения кто-нибудь додумался бы сложить песню, эта песня получилась бы дурацкой и пошловатой. И Рейзу было бы стыдно ее слушать.

Потом он оглянулся по сторонам — заметил алтарь Силаны в углу, небольшой комод и аккуратно сложенную ночную рубашку на стуле. Комната была… как Силана — уютная, обманчиво простая на первый взгляд.

А на тумбочке у кровати лежал кинжал, рукоятью в сторону подушки.

И Рейз без труда представлял, что Силана берет клинок, когда ложится спать. Просто так, потому что привыкла на войне, и потому что так чувствует себя в большей безопасности.

Рейз подошел, устало опустился на кровать. Стало немного легче.

Он почувствовал, как наливаются тяжестью веки, и дал себе слово, что поспит совсем немного. Буквально пару мгновений, а потом вернет одеяло на кровать, расправит, как было, и спрячется, чтобы Силана не обнаружила и не выгнала его сразу.

***

— Калеб… — Силана задержалась на пороге своей комнаты и обернулась, прислонившись спиной к двери. Было неловко заговаривать об этом и хотелось сбежать, ничего не объясняя. И было страшно, что Калеб разозлится. — Тебе не нужно защищать меня от Рейза. Правда, он… стал мне очень дорог. Я не хочу его терять.

Калеб угрюмо усмехнулся:

— Похоже, он сам не даст себя потерять.

— И ты меня тоже не потеряешь, — как могла мягко заметила она. — Даже если я не буду жить с тобой.

Он напрягся, отвел взгляд:

— Я знал, что ты не согласишься. Но не понимаю почему. Я могу заботиться о тебе, могу помочь.

Силана думала, как ему объяснить, подбирала слова

— С тех пор как вернулась в Силл Арне, долгое время чувствовала себя потерянной, а потом… появились Рейз и Лиам, даже Каро. Мелочи, которые делали меня счастливее. И вещи, которые делали больно. Но теперь я понимаю, что это моя жизнь. Она стала такой, какой я смогла ее сделать. И я не хочу ее бросать. Потом, когда… — она все же не смогла произнести это уверенно, исправилась, — … если мы сможем справиться с Вейном, я хочу пойти дальше. Я хочу увидеть своими глазами, к чему я приду. Я не смогу сделать этого, если останусь с тобой.

Он долго молчал, а потом улыбнулся — невесело, но спокойно:

— Я никак не могу к этому привыкнуть.

— К чему?

— К тому что, пока меня не было рядом, ты стала совсем взрослая. Тебе больше не нужен старший брат, чтобы отгонять от тебя собак и спасать от теней по углам.

Она положила ладонь на его руку, сжала — чтобы дать ему понять, чтобы без слов сказать, как он был ей дорог. И чтобы самой почувствовать — Калеб был рядом, хотел быть рядом.

И он ее понял, Силана видела это по глазам, по тому, как Калеб улыбнулся:

— Ну, зато я могу отгонять от тебя всяких похотливых мужиков.

— Это тоже… не обязательно, — чувствуя, как отчаянно краснеет, сказала Силана. Смотреть в глаза Калебу в тот момент было невыносимо и против воли вспоминалось: как Рейз прижимал ее к себе, как шептал, жарко и тихо.

И как сказал: «Жди меня».

— Я не хочу об этом думать, — Калеб едва заметно передернулся. — Если между вами что-то было, мне лучше не знать.

Силана смущенно кашлянула и не стала спрашивать очевидное: что, если бы Калеб не узнал?

— Мне пора. Я хочу еще помолиться перед сном.

Глупо было надеяться, что Рейз действительно сможет прийти. Не в его состоянии.

И все же она не могла отделаться от мысли, что действительно будет ждать. И думать о том, как он смотрел на нее, как дотрагивался.

— Хорошо.

Калеб подошел ближе, наклонился и коротко коснулся губами ее лба. Так, как когда-то делал раньше.

— Спокойной ночи, Силана. Я буду неподалеку.

Она вздохнула:

— Калеб, Рейз болен. Он все равно не сможет сегодня прийти.

— Этот коридор меня просто успокаивает.

Она вздохнула, и подумала, что успела забыть, насколько упрямым Калеб умел быть.

Когда-то мама говорила, что у них это с Силаной семейное. В отца.

Потом, когда Калеб ушел, Силана открыла дверь в свою комнату и замерла на пороге.

Рейз, про которого она только сказала, что он болен, спал на ее кровати, кутаясь в одеяло.

***

Рейза разбудило тепло. Мягкое, знакомое, немного щекотное, оно будто просачивалось под кожу крохотными огоньками.

Он сделал долгий вдох, чувствуя, как оно течет внутри, улыбнулся и открыл глаза.

Рядом сидела Силана, смотрела с явным неодобрением, и с ее пальцев срывались крохотные искры:

— Вы совсем с ума сошли, — тихо и строго сказала она. — В вашем состоянии нужно было лежать, а вы не только пробрались в мою комнату, еще и полезли по морозу.

Она была такая серьезная в тот момент, и почему-то почти… забавная. Как нахохлившаяся маленькая птица.

— Я же обещал, — Рейз повернулся, чтобы лучше ее видеть, потянулся к ее ладони. Силана нахмурилась сильнее, а потом вздохнула и прижала руку к его щеке.

Рейз поглубже вдохнул слабый запах дыма и кожи.

— Из-за этого обещания вам стало намного хуже. Мне пришлось даже использовать пламя.

— Сильно потратилась? — Рейзу и правда было интересно. Как это было — исцелять? Сильно ли это истощало? Была ли разница: кого исцелять?

Силана отвела взгляд, пожала плечами:

— Болезни часто тяжелее исцелять, чем раны. При ранах повреждения сосредоточены, а болезнь пронизывает все тело. И пламени на это уходит больше.

— Не жалко на меня тратить? — Рейз и так знал ответ. Спросил скорее просто поддразнить. И не дожидаясь ответа легко прикусил пальцы Силаны.

Даже странно, на кончиках все еще появлялись время от времени искры, а сама кожа была прохладной.

— Я же не могла оставить вас так. У вас бы началась лихорадка.

Она вздрогнула, слабо дернула рукой, но Рейз удержал. Прикусил снова.

— Звучит не так плохо. Я бы мерз, и тебе пришлось бы греть меня своим телом.

— Я не стала бы греть вас телом. Я отдала бы вам одеяла.

— Тогда это ты стала бы мерзнуть. А я грел бы тебя. Эй, иди сюда, — он потянул ее к себе. — Теперь твой брат нам точно не помешает.