Чтение онлайн

Переместившись в коридор, я бросил мимолётный взгляд на ростовую зеркальную панель. И на краткую долю секунды почувствовал себя вампиром. А Матвеич молодец! Я же совершенно не отражаюсь… Ну, или выгляжу, как фрагмент вот этой дубовой стены с портретом мужика в старомодном камзоле и треуголке.

Делаю шаг и замечаю, как на долю секунды часть портрета искажается, словно полотно рассекли взмахом меча. Если не всматриваться, разницу даже не заметишь.

Камера под потолком работает.

Вижу глазок, сориентированный на арку.

Спокойно поворачиваю направо и топаю в направлении гостиной. Там двустворчатая наборная дверь — как следует из отчёта, каббалистическая. Но мне, откровенно говоря, пофиг. Просачиваюсь сквозь полотно и попадаю в шикарно отделанное помещение, где каждый сантиметр равен годовому окладу сантехника Джона Смита. В гостиной царит полумрак, но свет от уличных фонарей падает через окна и отражается в зеркалах. Из темноты проступают очертания мебели — громоздких кресел, диванов, журнального столика.

Пересекаю гостиную, просачиваюсь сквозь стену и обнаруживаю себя в небольшой рекреации. Лампы горят, а ещё включены электрические канделябры на стенах. Помещение проходное, связано с коридором. Там куча картин, изображающих деятелей в старинных нарядах. До приёмной — рукой подать. Здесь всего пара кожаных кресел и кадка с экзотическим растением.

Но это не всё.

Меж двух кресел, на полпути к коридору, стоит уже знакомый охранник в очках-консервах. Подбородок задран вверх. Сразу видно: человек прислушивается, принюхивается и присматривается.

От неожиданности я застыл на полушаге.

Стрельнул глазами по углам: камер нет.

Посмотрел на охранника.

Тип слегка повернулся в мою сторону — то ли уловил звук шагов, то ли ощутил кожей дуновение ветерка. Я привык ступать бесшумно, но мало ли. Половицы здесь, кстати, не скрипят.

Быстро просчитываю расклад.

Нас сейчас отделяет метр. Если охранник двинет в мою сторону, есть риск столкновения. Я, разумеется, стану проницаемым, но… Почему этот ублюдок не придерживается расписания? Видимо, почуял неладное. Или камеры засекли моё присутствие, а какой-нибудь телепат из правительственной СБ приказал разобраться в обстановке.

Вот только в глубине души нарастает тревога.

Охранник не так прост.

Если присмотреться, можно увидеть крохотные фильтры, торчащие из ноздрей. Бьюсь об заклад, артефактные. И этот засранец реально принюхивается!

Голова противника поворачивается в мою сторону.

Очечи издают тихий щелчок.

Рука охранника тянется под полу пиджака, но я действую на опережение. Наношу удар указательным пальцем прямо в сердце. Да, это работает, если действовать на проницаемости. Погрузив палец в левый желудочек, врубаю материальность и тут же выдёргиваю руку. Охранник ничего не успевает сделать и даже понять, что не так. Я, как и прежде, невидим.

Человек в очках падает на колени и утыкается мордой в ковёр.

С моего пальца срывается капелька крови.

Гадство.

Грудную клетку эсбэшника я восстановил, но перчатки гладкие, и кровь на материале не удерживается. Аккуратно достав из бокового кармана салфетку, я вытираю палец, а салфетку убираю в другой карман. Одна-единственная капля — это не катастрофа. Может, у человека кровь из носа пошла. Вот только я не сомневаюсь, что судмедэксперты установят причину смерти, а ясновидцы получат картину…

Чего?

Меня всё равно рассмотреть не удастся.

Из пустоты что-то прилетело, охранник умер. С кем не бывает. Понятно, что свяжут в итоге с доставкой письма, но из-за мелкой сошки никто не будет развязывать войну.

А вот тело надо бы спрятать.

Не ровен час, наведаются друзья усопшего.

Бросаю взгляд на часы. Я немного подзадержался, но в пределах допустимого. Следующий охранник появится через шесть минут, времени навалом.

Смотрю вниз.

Я на третьем этаже, под нами ещё несколько ярусов. Все помещения закрыты, свет выключен. Судя по всему, это коридоры. Под землёй ещё три уровня, но там затишье.

Делаю перекрытия бесплотными и наблюдаю за падением трупа. Позволяю охраннику просочиться сквозь все этажи, надземные и подземные, после чего бедолага застревает в фундаменте. Пятачок под моими ногами, естественно, остаётся твёрдым.

И знаете что?

Никаких кровавых пятен на ковре.

Только одна грёбаная капля.

Ещё немножко поиграв с проницаемостью, добиваюсь того, чтобы крохотный фрагмент коврового покрытия упал вниз и застрял в бетонной плите. Вот теперь полный ажур! Можно подумать, что какие-то идиоты тащили рояль и повредили ворс. Грузчики, что с них взять.

Быстро пересекаю рекреацию, удостоверившись, что поблизости нет других охранников. Не знаю, что здесь за государственные тайны, но британцы сильно повернулись на безопасности.

Вот, например, эта ловушка.

Устройство вмуровано в пол перед приёмной и блокируется, насколько я понял, аурой премьер-министра. Или прикосновением к скрытой панели. Если встать на любую половицу у двери, не запустив механизм блокировки, эта хрень сработает. Откуда мне знать? Во-первых, отчёты внешней разведки. Во-вторых, я вижу само устройство, Знаки и геометрические линии. Базовые каббалистические знания позволяют вычислить узлы блокировки-активации.

Но зачем мне ломиться в дверь?

Спокойно обхожу ловушку, просачиваюсь сквозь стену и попадаю в приёмную Кима Ступера. Помещение просторное и солидное… но это не точно. Здесь шторы задвинуты, полный блэкаут. Я вижу лишь смутные очертания предметов. Стою, жду. Надо, чтобы глаза адаптировались. Я закладывал на это несколько минут, так что всё идёт по плану.

Когда предметы на общем фоне проступили более отчётливо, я изучил пространство у второй, внутренней двери. Там — полный кирдык. Линий, Знаков и прочей непонятной мути столько, что Матвеичу в самом жутком кошмаре не приснится. Хотя… Матвеич у меня — тот ещё фрукт.

Разбежавшись, я прыгаю в стену.

Идея в том, чтобы перескочить через все эти цепочки Знаков, ничего не задеть и не активировать. Приземляюсь на голый паркет уже по ту сторону перегородки.

Кто бы мог подумать.

Управился минут за двадцать.

Если так дальше пойдёт, я буду вынужден дожидаться своего лифта в коридоре, слившись со стеной. И надеяться, что ни один местный хмырь меня не учует своими затычками.

Кабинет тоже утопает во тьме.

Я не спешу с телодвижениями. Осматриваю каждый сантиметр в поисках неизвестных ловушек и прочих сюрпризов. Камеры, само собой, отсутствуют.