Чтение онлайн

В себя пришла на полу, жесткие ворсинки ковра впивались в щеку, рука ныла, вот только браслет выглядел слегка погнутым, и от него шел легкий дымок. Надеюсь, этого достаточно.

Встала на трясущихся ногах. Была просто уверена, что если бы не целительская сила, долго бы еще лежала без сознания на ковре. Мне повезло — браслет должен был ограничивать мою силу, но не убивать.

Я сделала несколько шагов к двери и замерла прислушиваясь. Все было тихо, до меня не доносилось никаких звуков. Когда резко открыла дверь и вышла, солдат, охранявший меня, схватился за оружие.

— Вернитесь в кабинет, — приказал он, угрожающе наведя на меня бластер.

Я, проигнорировав приказ, сделала маленький шажок к нему. Мне нужно было быть как можно ближе, чтобы все получилось. Да я даже не уверена, что это стоит риска и я после всего не получу выстрел в лоб.

Я потянулась силой к парню, еще молодому, но уже гордому тем, что ему доверяет сам лидер. Губы скривились в усмешке, когда он, застонав, схватился за голову. Затем, пошатнувшись, упал на пол. У меня получилось! Все получилось! Хотя я готова была присоединиться к лежащему в беспамятстве парню. Я смахнула выступившую из носа кровь и, не обращая внимания на собственную головную боль, взяла солдата за руки и потащила в кабинет. Делала все машинально, не давая себе времени подумать или засомневаться. Это заняло много времени, но если бы его обнаружили в коридоре, у меня бы вообще не осталось шансов. А так, неизвестно когда лидер сможет вернуться. Если сейчас он выслеживает Псов, самое время заняться собственным спасением. Хотя, если меня снимает одна из камер в коридоре, то все мои телодвижения и потуги бессмысленны, и я лишь оттягиваю неизбежное.

У меня было искушение попытаться уйти из дворца, добраться до дома, взять деда и бабушку и бежать отсюда, куда глаза глядят. Идеальный план. Идеальный в своей утопичности. Но другого у меня не было. К тому же, есть кое-что что не позволит мне просто уйти. Кое-кто.

Леонар…

Что я могла? На что была способна? Мне почти удалось вывести из строя один браслет и одного охранника, это стоило головной боли. Но на нижних уровнях охраны много, слишком много для меня одной.

Громкий взрыв сотряс стены дворца. На меня посыпалась пыль, штукатурка и мелкие камни. Стена впереди дрогнула и пошла трещинами. Я отшатнулась, пытаясь устоять на ногах, но безуспешно. Оказавшись на коленях, поползла ближе к двери кабинета, словно пытаясь вжаться в нее. Новый взрыв вызвал новые колебания. Стена впереди меня рухнула, обдавая пылью и строительным мусором, открывая вид на разлетавшиеся в стороны поврежденные взрывом флипы. Заревела сирена.

— Ну как тут не воспользоваться шансом, — пробормотала я, почти уверенно встав на обе ноги.

Будущее, в котором я, несломленная и гордая умираю рядом с мужем, отодвигалось на неопределенный срок.

Перебираться через обломки стен и рухнувшие колонны оказалось не просто. А на каблуках практически невозможно. Единственное, что мешало мне избавиться от обуви — страх нанизать ступню на торчащую из покореженных плит арматуру. Пришлось пригибаться, ползти, просачиваться сквозь узкие проемы. Делать все, чтобы меня не засекли. Лестницу я нашла с трудом, опасаясь передвигаться на лифте. Не знаю, чего было больше в моих действиях: глупости или трусости. Я не знала, как быть, что делать. Самой мне не выжить. Мне нужен был генерал. В этой неразберихе я думала о нем, эгоистично надеясь, что вот сейчас мы встретимся, и он снова меня спасет. Старалась не думать, что его, возможно, уже нет в живых. Что я сама стала причиной этого. Ненавидела себя за слабость и глупость. Рассчитывала на чудо молила о нем. И у меня были бы все шансы быть погребенной под одной из рушащихся на глазах стеной, но что-то пошло не так.

— Стой! Не шевелись, если не хочешь сдохнуть, — низкий хриплый голос заставил замереть.

— Стою, — согласно кивнула я, замерев. В мыслях промелькнула моя неудачная жизнь, еще менее удачный побег.

— Женщина? — вмешался второй голос и из-за пелены дыма и пыли ко мне направились три фигуры в черном, — что вы тут делаете?

— Мужа ищу, — совершенно честно ответила я, заметив, как удивленно на меня взирают эти трое. Отметила, что оружие они так и не убрали, хотя больше не направляли на меня. И правда, чем бы я могла навредить троим обученным Псам? Разве что легкой головной болью.

— Неудачное вы выбрали время, ильза, чтобы кого-то искать в этом месте, — пробурчал третий, и, игнорируя меня, прошел дальше, приоткрыл дверь в коридор. Тут же до нас донеслись звуки выстрелов и крик:

— Снял еще двоих!

Только сейчас смогла осознать, что мы находимся на лестнице, ведущей в подвальные помещения, над нами полностью разрушены несколько этажей, рухнули стены, нас окружает дым и запах гари. Мое некогда роскошное вечернее платье превратилось в грязную рваную тряпку, слегка прикрывающую тело. Браслет все еще сбоил, время от времени щедро награждая тело разрядами.

— Что происходит? — голос показался жалким и тихим.

— Участники дипломатической миссии из Каганата остались недовольны предъявленными им претензиями. И объявили о разрыве дипломатических отношений, — усмехнулся один из них. Тот, что отличался хриплым голосом и плохими манерами.

Многострадальный каблук подломился, нога соскользнула со ступеньки, и я покачнулась, пытаясь схватиться за перила, которые под моей рукой превратились в осыпающийся прах. Меня схватили за руку и удержали.

— Благодарю, вы очень любезны, — привитое бабушкой воспитание не давало о себе забыть даже сейчас.

— Да не вопрос, — усмехнулся удерживавший меня Пес. Затем, вместо того, чтобы отпустить, он резко дернул меня к себе и повалил на усыпанную обломками лестницу, накрыв своим телом. Рядом с нами прошел луч, врезаясь в плиты, поднимая вверх слой пыли.

— Извините, ребята. Одного упустил, — раздался голос из-за двери, заглушаемый выстрелом и хрипом.

Я лежала оглушенная на лестничной площадке, было тяжело дышать, а прикрывший меня от луча Пес не спешил вставать.

Трое вошли в камеру в полном молчании. Один встал у двери, двое направились к сидящему на цепи человеку. Он с презрительной гримасой на избитом лице следил за своими палачами. Когда-то каждый из них искал его покровительства, сейчас же все изменилось. Он стал отработанным материалом, смерть которого принесет гораздо больше пользы их новому лидеру.

Первый отошел слегка вбок и сделал ему знак подняться. Второй вытащил оружие и направил пленнику в голову. Генерал отметил, что разработки этого пистолета, стилизованного под древний, не дающего даже шанса выжить обычному человеку, лидер запретил год назад.

Заключенный с трудом встал, пошатываясь, опираясь на здоровую ногу, и оказался на голову выше своих палачей. Тот, кто держал в руках оружие, слегка дрожащим от волнения голосом выдал, будто заученный текст:

— Генерал Старк! Законом Аквилонского Союза за убийство нашего лидера вы приговариваетесь к смертной казни. Без права на помилование.

— Вам есть, что сказать в свое оправдание? — вмешался тот, что стоял сбоку.

— Только одно — в том, что произойдет после вы, будете виноваты сами.

— Вы нам угрожаете? — человек с оружием невольно сжал рукоять. Его ладонь вспотела. Он ненавидел себя за слабость, а еще больше ненавидел свою будущую жертву за то, что тот заставил его испытывать рядом с ним не самые приятные чувства.

— Предупреждаю, — жестко улыбнулся генерал, — бегите, спасайте свои шкурки, пока не поздно.

— На колени, генерал Старк! — отдал приказ тот, что находился сбоку.

— А вы меня заставьте, — генерал демонстративно распрямил плечи и повел головой, словно зверь, почуявший добычу.