Чтение онлайн

Я сжимала дрожащую руку бабули, второй она вытирала то и дело набегающие на глаза слезы уже порядком взмокшим платком. Дед казался строгим и неприступным. Но разлившаяся по лицу бледность выдавала его чувства. Они держались, как могли. Мы все испытывали двоякое чувство — сожаления, разочарования и скорби.

Останки Клариссы были доставлены в Некрополь, где после кремации моя кузина нашла свое последнее пристанище. Тусклый свет, льющийся в коридоре и тихая печальная музыка, создавали атмосферу мрачности и обреченности.

— Думаю, достаточно, — первым не выдержал леор Маар, — мы отдали девушке последний долг. Теперь ей держать ответ перед Всевидящими.

Бабушка всхлипнула, однако, молчаливо его поддержала. Лишь легонько пожала мою руку, и, оперившись на нее, медленно двинулась к выходу. Мы не сказали деду правду, считая, что ему незачем знать причину, по которой Кларисса готова была искалечить мне жизнь. Леор сент Маар был публичным лицом и представлял диаспору бывшего Содружества. Он был связан присягой своему правителю. И если кому-нибудь станет известна моя тайна, его накажут по всей строгости, как того, кто нарушил закон и не донес о целителе. Да и генерал не спешил вводить его в известность, ограничившись лишь по-военному коротким отчетом о последних минутах жизни кузины, не скрывая своего участия в ее смерти. Дед знал, что она давно мечтала стать наследницей рода, поэтому сразу же безоговорочно поверил в то, что она, не колеблясь, решилась на шантаж.

У ступеней Некрополя нас поджидал генерал Старк. Я не думала, что он приедет. Однако, поприветствовав деда и бабушку, он, закономерно, не выражая соболезнований, поцеловал мою руку:

— Я подвезу вас до дома, — пояснил он свой приезд.

А дальше было все как в тумане. Череда дней, сменяющих друг друга. Привычная работа в лечебнице, забота о бабушке и деде, подготовка к свадьбе. Хотя, признаю, этому я уделяла меньше внимания. Не могла себя заставить думать и чувствовать как невеста. Хотелось бежать, причем скоропалительность брака была наименьшей из причин моего подавленного настроения. Я не мыслила себя рядом с генералом. Если еще недавно я робко надеялась, что он предоставит мне время свыкнуться со своим положением, привыкнуть к мужу, то после его слов… Мне казалось, что я не смогу, вот так просто стать частью жизни совершенно чужого человека. Делить с ним постель. Да, я не была наивной девочкой, и каждый медик знал, как это происходит. Однако знать, и прочувствовать на себе разные вещи. Я получила строгое воспитание, и прогулкам с кавалерами всегда предпочитала учебу. В двадцать лет у меня не было ни одного свидания, и вряд ли можно считать каким-то опытом робкий поцелуй в уголок губ, сорванный моим ровесником на первом году обучения.

Генерал меня пугал и отталкивал. Его жесткость и жестокость ужасали. Но я понимала, что у меня нет иного выхода, как остаться с ним добровольно. Мысли о побеге почти перестали мучить из-за своей несостоятельности. Да, молодая неопытная девушка вполне могла бы сорваться навстречу большому приключению, но вполне вероятно, что это приключение закончится где-нибудь на пиратском корабле, направляющемся куда-нибудь за пределы подзаконного мира. К тому же, как я могла оставить свою семью, зная, что гнев генерала падет, прежде всего, на них?

Поэтому, когда наступил тот самый день, я пребывала в состоянии, близком к панике. Хотя, мне кажется, перед бабушкой держалась достаточно уверенно и сохраняла спокойствие. Ильза Сати, наша пожилая домоправительница, она же бабушкина компаньонка, сделала мне прическу и помогла облачиться в свадебное платье. Оно было роскошным, я поняла это, когда его только доставили в наш дом. Наверное, мне нужно было быть благодарной жениху за то, что он озаботился подобным, и, я как приличная леора отправила ему короткое сообщение. Платье было подогнано точно по фигуре приглашенными портнихами. Цвета игристого вина, оно расширялось к низу. Подол был расшит мелкими расмами — искусственными камнями, выращиваемыми на территории одной из колоний Союза и стоившими огромных кредитов. И сейчас я могла наблюдать в зеркале молодую взволнованную девушку среднего роста с темно-каштановыми волосами, поднятыми в высокую прическу и открывающими тонкую шею, на которой сияло фамильное украшение моего рода. То самое, которое я должна буду передать своей дочери в день ее свадьбы. Сегодня мне помогла надеть колье бабушка. Она замерла за моей спиной и на какое-то мгновение ее взгляд, направленный в зеркало перед нами стал пустым. Я знала, что она смотрит глубоко в прошлое, возможно, вспоминая свою свадьбу или то, как надевала это самое колье на шею моей мамы, готовящейся выйти за папу.

— Мне их не хватает, — не отводя взгляда от зеркала, призналась я.

— Мне тоже.

На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина. Затем, бабушка, словно отогнав грустные мысли, отошла и встала от меня сбоку.

— Мы можем все это прекратить. Дедушка найдет способ тебя защитить. Мы уедем…

— Будем скрываться до конца жизни, все бросим, станем изгоями, — продолжила я, — и каждый день ждать и опасаться, что нас обнаружат. Нет, бабуля. Это не выход. Я справлюсь.

Я улыбнулась, и, обернувшись, поцеловала бабушку в морщинистую щеку, приятно и знакомо пахнущую пудрой.

— Все будет хорошо, — произнесла я.

И то же самое повторяла как мантру, когда дед, одетый в свой лучший костюм вел меня под руку по кажущемуся бесконечным коридору городского муниципалитета. Никакой торжественности, никакого таинства. Браки заключались в здании городского управления, молодожены ставили свои подписи и уходили рука об руку уже мужем и женой. Бабушка рассказывала, что на нашей бывшей Родине все происходило в Храме Всевидящих, проливая кровь на алтарь и брак считался истинным, если Боги его принимали.

Возможно, все происходящее сейчас даже к лучшему. Не хотелось бы гневить богов и становиться перед ними парой без любви и привязанности.

Генерал Старк дожидался меня у стола, за которым гордо восседал градоправитель. Восседал гордо, но как-то нервозно, то и дело, поправляя галстук, запонки и вытирая выступающий на лбу пот. Да, в зале было жарковато.

Мой жених находился в компании такого же высокого, плечистого мужчины в военном кителе белоснежного цвета со светлыми волосами, доходящими до плеч. На фоне своего сопровождающего, Старк выделялся строгим черным мундиром с шевронами и коротким ежиком темных волос. Эти двое представляли собой неплохой контраст.

— Дорогая, позволь представить тебе моего свидетеля, генерала Кортеса, — приняв мою руку из рук деда и поблагодарив того кивком, генерал слегка обернулся к гостю.

— Рад знакомству, — на фоне строгого, даже мрачного генерала его свидетель излучал дружелюбие, — ваш жених ни капли не солгал — вы прекрасны.

— Благодарю, вы мне льстите, — я отвела взгляд от внимательных глаз свидетеля и заняла место по левую сторону жениха. Градоправитель, шумно выдохнув, приступил к церемонии.

Я украдкой скосила взгляд, убедившись, что леоры сент Маар здесь, лишь в нескольких шагах от меня и стало как-то спокойнее.

Церемония долго не продлилась. Мы поставили свои подписи и, облегченно вздохнувший градоправитель произнес короткую поздравительную, минут на десять речь.

Нас поздравили. Дедушка и бабушка, затем свидетель, который взглянув пристально в глаза, поцеловал мне руку.

Дальше был ресторан, в котором мы провели наше первое свидание. И я бы могла заподозрить генерала в сентиментальности, если бы ресторан не был расположен в одном квартале от его дома. Несколько раз я замечала среди посетителей людей с военной выправкой, старавшихся быть как можно менее заметными. Как по мне, так получалось у них не очень, что навевало мысли о присутствии тех, кого было заметить очень трудно. Возможно, генерал решил совместить два мероприятия и заодно с женитьбой провести какую-нибудь операцию.

Генерала отвлекли лишь дважды. Один раз за его спиной появился высокий худощавый мужчина, с непримечательной внешностью и что-то прошептав, тут же испарился. Будто угадав, о чем мутный тип сообщил Старку, со своего места тут же поднялся Кортес. Его не было четверть часа, и когда он вернулся, на вопросительный взгляд моего теперь уже мужа, ответил коротким кивком.

Это все, чем выделилось в сознании празднование моей свадьбы. Спустя пару часов, попрощавшись с дедушкой и бабушкой, мы заняли уже знакомый флип и направились к моему новому месту жительства. Личные вещи были собраны и отравлены туда еще вчера.