Чтение онлайн

Не плохой парень.

Что-то в нем было хорошее.

– Дэн Кай Дайнец. – Поправил я парня. – Не КЕЙ, а КАЙ.

– Простите. – Парень шмыгнул носом. – В документах просто стоит буква «К»…

– Пофиг… - Отмахнулся я. – Разобрались ведь…

Подхватив сумку, последовал за своим визави, который провел меня с одного пирса на другой, потом усадил в такси, предварительно отдав билет на рейс до турецкого Сабихи Гёкчен, откуда мне придется брать такси до офиса «Арьяго», закрывать контракт и…

Быть, наконец-то, свободным!

Парню, «просто так», подлечил его «побитости» - ну, что-то было у парня в глазах, чем-то отличался он от бараньего сообщества сиднейских улиц, выделялся…

Откинувшись на спинку пассажирского «Вольво», под аккомпанемент восточного, заунывного рэпа-речитатива, добрался до аэропорта и, оформив сумку, как ручную кладь, прошел в салон самолета, жутко напоминающего мне ИЛ-86.

– Первый раз летите нашим рейсом? – Женщина-стюардесса склонилась надо мной, обдав запахом тонким и холодным, от которого захотелось поежиться, как от морозного воздуха, влетевшего в открытое по зиме, окно.

– Да.

– Алкоголь на борту запрещен. – Предупредила женщина, явно унюхав от меня запашок. – Могу предложить чай и прохладительные напитки…

– А кофе есть? – Полюбопытствовал на всякий случай я, слабо надеясь на нормальную заварку.

– Кофе – есть. Но, должна предупредить, кофе – очень сильный стимулятор, а лететь нам двадцать часов! – Женщина, вот теперь я разглядел бейдж с именем «Маргерит», покачала головой, не особо желая давать «стимулятор» человеку, слегка-слегка благоухающему алкоголем.

Понять – могу.

Но кофе – хочется…

Еще раз взглянув на женщину, «копнул» вероятности и не удержался от брезгливой гримасы – ну, что тут скажешь, часто в фантике оказывается какашка…

– Кофе, пожалуйста. – Я решил не идти на конфликт, но у Маргерит оказалось на все свое собственное мнение и она вновь начала расписывать мне вред легкого стимулятора под названием «кофе».

– Кофе пожалуйста. – Не повышая голоса и с максимальной улыбкой, возможной в данной ситуации, потребовал я, прекрасно понимая, что склочная тварь обязательно постарается затеять концерт, отрабатывая свое жалование «козы-провокаторши».

Вот только…

– Эй, ты! – Мужчина в проходе напротив меня, слегка поддатый и уже плохо себя контролирующий, развернулся к Маргерит и наградил ее столь смачным пинком, что та щучкой пролетела над моими коленями и коленями пассажиров, врезаясь головой в стенку, рядом с иллюминатором. – Помнишь меня, цука?

Пошатываясь, мужик встал со своего места, подхватил вещи и двинулся к проходу, не дожидаясь, когда в салон ввалится нерасторопный наряд полиции и примется его вязать, за «хулиганку».

Врезавшаяся в стенку летушка начала подавать признаки жизни, но, к моему удивлению, ни один из моих соседей не спешил хоть как-то оказать ей помощь.

Более того, если судить по выражению их лиц, они бы с большим удовольствием скинули лежащую тушку на пол и сделали вид, что она – объект интерьера, причем, не самый удачный.

Пьяный развернулся у самого выхода, блеснул глазами и расправил плечи.

– Ну, я удовлетворен! Теперь хоть штраф за дело заплачу, а не за то, что эта дрянь меня подставила!

Влетевшая троица дюжих автролполицейских, видя, что мужчина не буянит и не разглядев, поперву, лежащую у нас на коленях стюардессу, выдохнули и расслабились.

Но зря.

Мужчина, с какой-то неповторимой улыбкой на всю голову счастливого шизика, развернулся к ним, вгляделся в их лица, а дальше у двух особо «питеков», брызнули во все стороны белоснежные жемчужины их собственных зубов!

– Ля-я-я-я-я! Да это же просто праздник какой-то! – Мужик исключительно с наслаждением угостил третьего обычным, прямым в лоб и сделал глубокий вдох-выдох. – А ведь мечты-то сбываются!

Маргерит на наших коленях начала подавать признаки жизни, пассажиры принялись кто орать, а кто и аплодировать мужику, а вот персонал самолета, к моему ужасу, так, до сих пор, и не отреагировал!

Более того, я точно уверен, что мелькнувшая за занавеской женская фигура, демонстративно поправила эту самую занавеску, чтобы никто из пассажиров первого класса ничего не смог углядеть!

– Иногда людей надо пиз-ть, чтобы они свою скотскую натуру держали при себе! – Мужик помахал рукой салону, шутливо отдал честь невидимым за занавеской стюардессам и выскочил в пока еще открытую дверь самолета.

Перескакивая по три ступени, он спустился на землю, совершенно спокойно уселся в полицейскую машину и, «заведя цветомузыку», упылил вдаль по полосе, оставляя нас просто в акуе!

– О-о-о-о-о… - Маргерит попыталась сползти с наших ног, но вместо этого застряла между сиденьем и коленями.

– Вам лучше не шевелиться. – Мой сосед справа псевдозаботливо попытался даме помочь. – Возможно, у вас сотрясение мозга!

На этих словах Маргерит стошнило точно на туфли сидящего у окна пассажира и вот тут-то все и началось!

Две миленьких, но слабеньких бортпроводницы за ноги вытянули Маргерит в проход, больше суетясь и мешая друг другу, чем оказывая помощь пострадавшей.

Влетевший полицейский наряд, ну, кто бы мог подумать, запнулся за своих стонущих корешей и стало понятно, что на этом самолете мы никуда не полетим – у запнувшихся, в нарушении всех правил авиационной безопасности, в руках оказались снятые с предохранителя и с досланным в ствол патроном, автоматические, судя по грохоту короткой очереди, «Беретты»!

Звон! Грохот! Запах пороха! Синеватый дымок пороха! Крики! Маты! Требования вывести из под огня от пассажиров первого класса и звон разбиваемой и додавливаемой тяжелыми полицейскими башмаками, посуды!

В общем, нихрена себе меня Сидней провожает!

Нет, я, так-то, и без этого от него не в восторге, но вот «Эйр Аустралиан» все довела до какого схоластического абсурда, в котором я не собираюсь принимать участия!

Сев по стойке смирно и придав лицу туповато-скучающее выражение, принялся ждать, что будет дальше!