Чтение онлайн

Оби-Ван поднес к губам небольшой комлинк и вызвал «Звездный морской цветок».

— Мы покидаем плато, — сказал он Чарзе Куинну. — Оставайся здесь столько, сколько они позволят тебе, а потом… займи позицию где-нибудь поблизости.

Оби-Ван чувствовал, что доверять здесь никому было нельзя, поэтому гибкость была очень важным качеством.

Это, должно быть, был один из самых великих моментов в жизни Райта Сейнара. Его произвели в ранг командующего эскадры, вверили ему войско, и теперь ему предстояло использовать подзабытые навыки, вспомнить то, чему его когда-то учили. Эскадра их четырех кораблей готовилась ко входу в одно из самых удивительных мест — удивительных для инженера, если не для тактика, — и все же его обуревал холодный жалкий страх.

Ведь не этого он хотел и уж наверняка не об этом мечтал, когда покупал секотский корабль два года назад.

Даже знание о возможном местонахождении Зонамы-Секота казалось ложным триумфом, поскольку ему пришлось поделиться этим открытием. Сейнар не любил делиться информацией, особенно с друзьями. Тем более с Таркином.

Сейнар был полон духа состязательности и знал это с самого детства, но это было хрупкое знание, потому что он снова и снова убеждался в том, что у состязательной натуры были свои недостатки. Ему приходилось сосредоточиваться на своем желании победить, и впоследствии он не упускал случая попасть на те арены, где его талант особенно ценился, и всячески избегал тех, где он был профаном.

Его приводило в уныние то, что ему пришлось признать, насколько он переоценил свою жадность и недооценил бесконечные амбиции других. В частности — Таркина.

Но времени на раскаяния по поводу своего шаткого положения не было. Его новые подчиненные, нетерпеливые и вовсе не раболепные по отношению к своему командиру, выстроились на мостике «Адмирала Корвина» и ждали приказов.

Нркно было отдать им приказ о координированном входе в гиперпространство.

Этого шага он боялся больше всего — покинуть систему, в которой оставлял почти все свое оружие, друзей и знакомых, политические связи и все свое богатство.

Оставлял свой дом.

У него не было даже пяти секунд за последние шесть часов, после того как он проводил Таркина, чтобы остаться в одиночестве и как следует все обдумать. Не было времени на разработку запасных планов, планов спасения. Вместо этого ему пришлось заняться рутинными мелочами командования. Проверки систем, доклады подчиненных и неотвратимые, приводившие его в ярость задержки из-за поломки ветхого оборудования.

Таркин с самого начала гнал его по узкому коридору, как скотину на забой.

Но времени на жалость к себе у него тоже не было. Сейнар не остался совершенно беспомощным. Но на то, чтобы его рефлексы снова пришли в норму, потребуется некоторое время. На Корусканте за последнее десятилетие у него мозги заметно атрофировались, и он позволил себе поддаться унынию общего экономического спада, отягченного коррупцией, пронизавшей всю аристократию, которая была ему матерью даже в большей степени, нежели его родная мама.

Он надел на себя маску решительности и с этим выражением на лице чувствовал себя намного комфортнее. Оно казалось неотъемлемой частью его формы, которую он выбрал днем ранее, — старая добрая форма офицера Сил Защиты Торговли, черно-серо-красная с переливчатыми полосками.

По крайней мере, у него создалась иллюзия контроля над этими кораблями и их командами. Это можно было использовать как отправную точку, стабильную базу для того, чтобы восстановить равновесие и проверить, сколько власти и независимости у него было на самом деле.

— Все сердечники гипердрайвов эскадры синхронизированы, капитан? — спросил Сейнар.

— Так точно, командующий, — ответил Кетт.

Он был одет в форму Торговой Федерации, но менее помпезную, чем у Сейнара. Несомненно, он привык к ней — она была заметно потерта.

Мы все здесь немногим лучше пиратов, но мы осторожно подосодим к выбору имиджа, подумал Сейнар.

— Тогда давайте сдуем звездную пыль с наших хвостов, — сказал он, надеясь, что его язык не окажется слишком старомодным.

— Есть, сэр, — в уголках рта Кетта наметилась улыбка.

Сейнар уставился на передние обзорные экраны, изо всех сил сжав перила командного мостика. Кетт стоял рядом, на пол-уровня ниже, в расслабленной позе — он сцепил руки за спиной и слегка согнул колени, слушая, как приказ передается через единую навигационную систему.

— Отлет, господин командующий, — прошептал Кетт Сейнару, когда вид за обзорным экраном перекосился и выгнулся наружу, затем слился в сверкающее пятно. — Мы входим в гиперпространство.

— Спасибо, капитан Кетт, — сказал Райт.

— Расчетное время в пути — три стандартных дня, — проинформировал его Кетт.

— Давайте используем это время на проверку защитных систем и учебные тревоги с их использованием, — предложил Сейнар. Это будет хорошим отвлекающим маневром для команды флагмана, пока он займется своими делами. — И предоставьте мне полные послужные списки всех боевых офицеров этой эскадры. Полные послужные списки, капитан Кетт.

Так звучало лучше.

— Я подготовлю план и предоставлю вам всю информацию в течение этого часа, сэр, — ответил Кетт.

Намного лучше. Пока все шло нормально — хорошее начало для такой сложной миссии.

Сейнар выпятил грудь, задрал подбородок и вонзил решительный стальной взгляд в тошнотворную круговерть за обзорными экранами, пока те не закрылись щитами.

Затем он спустился по лестнице, а место на мостике занял небольшой, похожий на обрезок трубы, темно-синий навигационный дроид, чтобы выполнять важные, но весьма скучные функции командующего.

Анакин сидел, согнувшись в три погибели, на борту тесного транспортника и беспокойно ерзал оттого, что ему ничего не было видно — небольшие обзорные экраны были очень неудачно расположены за сиденьями. Удалось рассмотреть только кусочек неба и далекий зеленый горизонт. Пока транспортник летел на юг, они несколько раз пересекали терминатор, и в кабине становилось то светло, то темно, пока челнок не взял курс на запад и не полетел в сторону зарождающегося дня.

Комфорт в кабине транспортника был весьма условным: четыре узких сиденья, подвешенные под низким потолком, и закрытая дверь между пассажирской кабиной и кокпитом. Оби-Ван чувствовал, что там, за дверью, — человек, но ничего подробнее выяснить не удалось. Транспортник был весьма распространенной модели — легкое экспедиционное судно, которое часто перевозилось внутри больших кораблей для подробного изучения определенной местности. Ничего экзотического пока на планете им не встретилось.

— Так планетой править нельзя, — сказал Анакин.

Оби-Ван согласился: — Они ведут себя так, словно недавно у них были серьезные проблемы.

— С Вергер?

Оби-Ван улыбнулся: — У Вергер не было инструкций на решительные действия. Возможно, проблемы были с незнакомыми посетителями, о которых она была послана собирать сведения.

— Ничего подобного я здесь не чувствую, — сказал Анакин. — Я чувствую, что Сила есть на всей планете и в ее поселенцах, но… — Он скривился и покачал головой.