Чтение онлайн

– Но трогать их весьма опасно. Они хорошо заселили подземный мелианский мир, и мы даже не предполагаем, какие сюрпризы нас там ждут. Они могут легко нарушить коммуникации, и тогда нам придется активно вмешаться. Но это война. Я.. – Хлес попытался возразить майору, но то прервал его, не желая вступать в дискуссию.

– Вернемся к Жаку, – произнес эльсинорец. – Чем он сейчас занимается?

– Играет. Уже седьмой день – ровно столько, сколько идет дождь.

– И выигрывает? – в голосе Хорсера прозвучала нотка надежды.

– Нет, – бодро ответил Хлес. – Пока ещё ни разу.

– За все семь дней?!

Молчание было утвердительным ответом майору.

"Он либо необычайно хитер и одновременно наивен, либо глуп, как Хлес", – взор эльсинорца на мгновение остановился на желтом мячике, а потом с тоской на желтом дожде…

…Сегодня Жак играл в "клеть". Он вообще удивлялся, что Клу нарочно отстранил его от активных работ в биоцентре и вменил в обязанность каждый день ходить в казино.

Чиуанин объяснил это просто:

– Послушай, Жак, твоя манера игры превосходна, и ею можно наслаждаться часами. А теперь иди – разминай мозг и не мешай мне трудиться.

Жак понял, на что намекал Клу – на постоянные проигрыши, которые уже стали притчей во языцах во всех ближайших кварталах. Клу тоже приходил пару раз посмотреть на "достижения" своего подопечного.

В тот день, когда Жак входил сквозь стеклянную гирлянду в роскошный зал казино, землянина радушно приветствовал директор заведения – долговязый гуманоид из расы урийцев, выросший на родной планете – Урии, а затем осевший на Мелии, где тяготение было немного большим, что и давало о себе знать появившимся брюшком.

– Желаю вам удачи в сегодняшней игре, – зубы урийца обнажились в белоснежной улыбке.

Жак учтиво кивнул. Он выбрал "клеть" – новую разновидность; он всегда выбирал новые игры.

Крупье бросил на стол очередную пару металлических пластин, которыми игроки-соперники закрывали ячейки "клети". Весь фокус состоял в том, что только одна из пластин могла при помощи магнитных полей занять положенное место.

Землянин протянул руку и взял ближайшую к себе. Она беспомощно полетала вокруг шаровидной клети и упала обратно на сукно стола.

Трубчатолицый противник довольно заурчал и ухватил вторую платину, которая отлично легла в свободную ячейку.

Свой очередной ход трубчатолицый снова сделал удачно, и Жак понял, что и эту игру он проиграет ничуть не хуже предыдущих.

Едва Жак это осознал, как вновь выполз на свет Второй. Его обыкновение появляться в такие решающие моменты уже начинало раздражать Жака, но упрекнуть Второго он не осмеливался.

А между тем Второй уже разобрался в психологии данной игры. Чуть увеличив интервалы на раздумье, он заставил трубчатолицего сначала занервничать и ошибиться несколько раз подряд, а затем и вовсе поставил противника на грань срыва, сделав блестящую серию из беспроигрышных выборов. Трубчатолицый, видя, что победа ускользает из его лапок, напыжился, почти целиком завернувшись в балахон с широченными рукавами.

Однако, Второй, ограничившись демонстрацией своих возможностей, снова ушел в тень, и соперник Жака вновь стал брать платину за платиной, и вскоре, пыхтя от удовольствия, сгреб обеими лапами пачку кредиток, лежащих на столе для ставок.

Жак ещё некоторое время посидел за игровым столиком, крабовидный официант-дце принес ему угощение за счет заведения и попросил не огорчаться из-за такого пустяка, как деньги.

Землянин согласился, что в жизни все переменчиво и, возможно, в будущем ему все-таки улыбнется удача.

Спустя пять минут все тот же официант попросил Жака освободить игровое место, и землянин внял его увещеваниям.

В прохладном парке, по аллеям которого туристы бесконечным потоком направлялись в гости к Зоо, после живительного дождя приятно было побродить и подумать о житейских передрягах. Жак прислонился спиной к дереву: ему было над чем поразмыслить. Фатальный рок поражения буквально преследовал Жака; он проигрывал все, что мог, а потом узнавал от своих внутренних приятелей, что упустил верную победу. И ещё один момент: почему-то Клу никогда не огорчался по поводу проигрышей землянина. А проигрывал он много больше, чем зарабатывал в биоцентре. Наверняка, чиуанин имел какие-то личные интересы в столь невезучем помощнике. Конечно, это казино принадлежало самому Клу, но налоги забирали большую часть кредиток, и в итоге, Клу был в убытке.

– Жак? – чуть хрипловатый голос прозвучал над самым его ухом.

Землянин вздрогнул от неожиданности: он был готов поклясться, что секунду назад рядом никого не было.

– Кто здесь?

– Я – ваш друг, Жак, – пред ним стоял довольно высокий человек с мягкими чертами лица, затянутый в черный костюм – совершенно немодный для Мелии наряд.

– Вы знаете меня, но я ещё не знаю вас, – угрюмо произнес Жак. Он уже научился не доверять первым встречным на Мелии.

– Имена ничего не значат, особенно здесь, – продолжал незнакомец. – Важно лишь то, что я – друг людей. А мы – люди – высшая раса в Галактике.

Жак разочаровано вздохнул: яснее ничего и быть не может. Перед ним стоял один из тех многочисленных фанатиков, которые всеми путями и средствами пытались добиться господства человеческой расы над другими. Их нынешним центром было королевство Утремер, возникшее первоначально как очень далекая колония ЗФЗ, но веков пять назад получившая независимость. С тех пор Утремер не упускал ни единого случая побряцать оружием.

– Я не сторонник вашей идеи, – холодно ответил Жак.

– О, вы просто не ощутили ее вкуса, – незнакомец явно намеревался приобщить Жака к своим идеалам.

– Вы, наверное, с Утремера? – спросил Жак, желая проверить свою догадку.

– Да, я имею честь быть подданным его величества короля Луи II.

– И что же вам нужно от меня?

– Разумеется, ваше содействие и помощь, – утремерец заговорил с воодушевлением. – Если все люди объединятся, то мы станем непобедимыми. Все должны помогать Утремеру и словом и делом. Ведь вы – землянин, в вас заложено чувство гордости ещё большее, чем в людях, выросших вдали от планеты-матери. Неужели вы не слышите призыва первозданной стихии? Победа, власть, честь, первенство – неужели все это для вас лишь пустые слова?

Жак сощурился, прикидывая, как ему удобнее врезать утремерцу – правой рукой по челюсти или левой ногой по печени:

– Нет, не пустые, просто я вкладываю в них несколько иной смысл, нежели вы.

– Смысл есть только один. Или люди, или эти ксеноморфные формы. Рано или поздно конфликт между ними неизбежен.

– Конфликт неизбежен между такими как вы и здравомыслящей частью людской расы.

– Этот ответ может не понравиться моему королю, – нахмурился незнакомец.