Чтение онлайн

– А у вас в деревне часто свет отключают?

– А-а?… Он для Особенных только. Да уж, так уж темно у нас. А разрешают только в тоннелях нам. Где света почти нет. А наверху работают сами. Пахнет у нас. Мучаемся мы.

– А, ну да, я заметил, что в переходе сумерки, ещё товары было плохо видно. Неудобно, конечно. А что, там у вас помойка рядом? Запаха всё равно нет никакого, не переживайте. Но не особо как-то рядом с помойкой жить, это да. Чё, провести электричество так дорого? Это ж не газ!

Вот у нас на дачи электричество быстрей всего провели. Мне отец рассказывал, что ещё ни одной дачки не построили, и даже заборов ни у кого не было. Не бесплатно, конечно, но вроде у всех деньги нашлись. А вот о газе только мечтаем. В смысле, родители мечтают, мне-то пофиг. Мне и на саму дачу, тоже… пофиг.

– А-а?

Ба-лин, сколько в её башке тупости! Говорит непонятно, как бредит. Может, она редко ходит пешком и устала настолько, что забыла, откуда берётся электричество и газ? А на вид шустренькая! Ничего, скоро придёт в себя. Всё равно пока что сидеть будем. Ой, зря я так на неё: сам устал от всего вчерашнего, плохо соображаю. Кстати… Я снова вытащил телефон. Ага, щас! Сети не было.

Мы сползли с камня – прислонились к нему спинами, боками – друг к другу. Нет, не из-за холода – было тепло. Радует, конечно, но тоже странно, ведь в последние дни, то есть ночи, температура не поднималась выше десяти-двенадцати градусов… Мне стало как-то не по себе. Ей, похоже, тоже. Мы глубоко вздохнули – получилось синхронно, как будто долго тренировались, и засмеялись из-за этого совпадения. Тоже синхронно. Я быстро задремал.

Когда открыл глаза, уже совсем рассвело. Ба-лин, да ведь вчера и не темнело! Бабуля ещё посапывала, и я постарался не шевелиться. Повернул голову налево… потом направо… всмотрелся вдаль… Ни-че-го! Куда же мы зашли? Ну, уж стена-то должна быть на месте! Я оглянулся. Да…

Может, та древняя стена на каком надо месте, но только не там, где вчера – сзади тоже не было ничего. Пустота, кроме ровной земли без единой травиночки-мусориночки, и аккуратных полосок дорог.

А небо? На первый взгляд, ничего особенного – пасмурное, как и вчера. Но что-то в нём было странное. Необычный цвет облаков? Да, цвет непонятный, никогда такого не видел: ни серый, ни бежевый. Нулевой, что ли, как в центре цветового круга. Нам его на физике показывали. Но и не такой белый, как в круге!

Даже вроде бы и не цвет, а о-т-с-у-т-с-т-в-и-е цвета. Ба-лин, что-то у меня с головой. По ходу, в мозгах баг выскочил… Понял! Понял, понял, что не так. Цвет облаков идеально ровный, и солнце нигде не просвечивает! А должно было бы – слой облаков тонкий, раз уж так светло. Бабуля зашевелилась.

– Доброе утро! Давайте поедим, как раз два пирожка осталось.

Она открыла рот, но я перебил: «Ешьте-ешьте. Вдруг ещё долго идти». Я окинул взглядом голую землю, уплывающую куда-то за горизонт: «Ведь Вам ещё возвращаться. Но я попрошу отца, чтобы отвёз Вас на машине». Здесь я запнулся – ему ведь ничего не стоило набраться уже с утра. Как это произошло вчера. Вот если бы отец не… я глубоко вздохнул.

Мы задумчиво сжевали пирожки, и медленно встали, опираясь на камень. Чё за фигня? Камень вроде камень, но в то же время… какой-то некаменный. Твёрдый, но не каменной твёрдостью. Совсем не холодный, а должен был бы быть холодным после ночи. Да он и ночью не был холодным! Он был приятным, как плед. Плед, плед… ба-лин, да у него и цвет совершенно не каменный! Вроде серый, то есть самый обычный цвет камней. Но какой-то особенный серый. Ах… Коза. Да-да, он был цвета вчерашней козы!

– Странный камень, да?

– А-а?.. – бабуля округлила глаза, челюсть у неё отвисла.

По ходу, плохо отдохнула бабулька. «Камень, говорю, странный, – я слегка ткнул его ладонью, – наверное, редкий минерал». Я вовремя вспомнил это слово: «минерал». По географии рассказывали, что из них все горы состоят. Посмотрела на меня как-то недружелюбно. Искоса. Даже с подозрением.

– Пойдёмте! – сказать-то я это сказал, а куда идти?

Дорог было много. Ну, не то чтобы много, но не одна, как должно было быть. Эх, лучше бы я весь огород вскопал, и лежал бы сейчас на диване спокойненько. В инете не появлялся сутки – пацаны рассуждают, наверное, куда я пропал. А ведь никто не угадает! Я привстал на цыпочки. В конце одной дорожной полоски, практически у горизонта, что-то виднелось. Ну, что-то – это уже что-то. Я потянул бабулю за рукав, кивнул головой в направлении «видения». Она прищурилась, тоже кивнула. Туда-то мы и пошли.

– Слушайте, ну правда ведь необычное небо? Очень светло, а солнце ну нигде не просвечивает!

– О чём говоришь ты? Небо, всегда такое оно. Сколько живу я. Не менялось оно. Страшное случится, если небо изменится. Особенные говорят так. А ты – придумщик ты! – бабуля очень рассердилась, и ущипнула меня за плечо. Совсем не больно, даже смешно. Ну, смешно-то смешно, если рядом есть нормальные. Хотя бы один нормальный. Короче, шли молча, разговаривать не хотелось. Ни мне, ни – я это чувствовал, ей.

Вот все знают, что ходить пешком полезно. Типа, успокаивает. Я точно слышал стопицот раз – по телеку, и бабушка так говорит. Не эта, случайная, которая сегодня ничего путного ещё не говорила, а моя родная бабушка, мама мамы. Я всегда смеялся, не верил. Я вообще чаще всего бегаю – не знаю, как так получается. Бабушка говорит, это потому что я молодой…

И вот теперь – поверил. Через час хода я успокоился, и бабуля тоже. Мы уже не избегали смотреть друг на друга, потом даже заулыбались. Я больше не удивлялся тому, что дорога незнакомая, ведь непонятки продолжались с утра, как только я открыл глаза. Ничего подобного этой дороге я раньше не видел, даже в инете.

Вроде бы она земляная. Взрослые почему-то говорят про такие дороги – грунтовая. Но эта была необычная – совсем не бугристая, а ровная, просто зеркальная. Идти было удобно, как дома по линолеуму. Или даже как по ковру, только не очень пушистому. И – ни одной машины. Я прикинул, когда видел хоть какую-то машину в последний раз. Со вчерашнего утра не видел! Вот это уже, действительно, – нечто…

– Слушайте, а странно ведь, что машин совсем нет?

– А-а? А, нет, нет.

И тут до меня допёрло. Бабуля злая и не хочет разговаривать, потому что пришлось тащиться со мной. Не, ну это я понимаю. А кто виноват-то, сама напросилась. На себя и злись. Они ведь любопытные, эти бабульки. Ничего, «спасибо» родители ей обязательно скажут, отец отвезёт до дома! Тут я опять мысленно запнулся, потому что отец был «алкогольно непредсказуем». Тимок так выражается. Но уж я обязательно скажу ей «большое спасибо», потому что мне с ней веселее. Да, а ещё пирожки – они были очень вкусные. Где она только нашла подберёзовики?

– А где Вы подберёзовики нарвали?

– Это как?

– Ну, пирожки же с ними!

– Целый день в туннеле стою я, темно там.

– Да, да. Стрёмненько там у вас, согласен.

Потроллить меня надумала. Щас, не дождёшься. Вот не просил я себя провожать, ну нисколечко! Мы, не сговариваясь, прибавили шагу, и я уже не пытался заговаривать с ней – на горизонте нарисовались дома. И не только дома, но и люди. Фу-у, конец непоняткам!

Примерно через полчаса мы были уже там – на улице между домами, и я как-то сразу понял, что непонятки не закончились. Дальше будет в том же духе, а то и хуже! Куда мы попали? Я потянул бабулю за рукав: