Планета Йоргов
Шрифт:
— Так почему ты не взял тогда дело в свои руки? Ты же имел право даже отстранить Конбра.
— Откуда ты знал: уж не ты ли дублировал меня?
— Ну, я. Но после того, как ты станешь не выполнять свою миссию. А ты это сделал не сразу, и время было упущено: почти все, хоть и в разной степени, присоединились уже к атавистам, Конбру и Лиму. Ты, в том числе. Действовал бы тогда, как я сейчас, чем вздыхать об упущенной возможности.
— А что ты такого особенного сделал сейчас? — не выдержал прежний тон Погр.
— А то ты не знаешь? Не я, что ли, лишил атавистов всех их боевых роботов? В том числе и таких, против которых наши ничего не стоят. Да имей их Конбр в своем распоряжении, с нами было бы уже покончено.
— Они уничтожены?
— Да ты что! Храним в надежде активизировать их.
— Что мешает тебе это сделать?
— Это лишь Конбру доступно. Зато ему недоступно место хранения.
— Ты в этом уверен?
— Еще бы! Знаешь, какие глубокие подземелья под этим зданием?
— Ты ничего не преувеличиваешь?
— Я? Преувеличиваю? Могу показать, чтобы убедился. Пойдем!
Лифт шёл и шёл куда-то очень глубоко вниз. Казалось, конца этому не будет, и Погр засомневался: с целью ли показать уникальные роботы Варлх потащил его туда? Хорошо хоть, готовясь к встрече, не забыл сунуть в карман лазерный пистолет: мало ли что.
Лифт остановился, когда уже нащупал его, чтобы быстро вытащить и заставить Варлха начать подъем. Но тот сам произнёс несколько слов, которые удалось записать на скрытый диктофон: двери разошлись, и они очутились в гигантском подземном помещении. Между колонн, подпиравших потолок, располагались бесчисленные роботы.
— Это пока наши. Те стоят дальше.
— Очень далеко? — на всякий случай спросил Погр.
— Нет уже. Вон за теми стальными решетками, — показал Варлх. — Видишь?
… Их тоже было немало — тех, которые мало слишком отличались от боевых роботов Децемвирата.
— Не те самые: обычные, — пояснил Варлх. — Тех совсем немного: девяносто девять. Было сто.
— Почему? Куда еще один девался?
— Хотели проникнуть в его устройство. Отвезли в лабораторию: роботы едва успели начать разбирать, и он взорвался. Не стало ни лаборатории, ни тех роботов. Надо отдать должное: Конбра как инженера еще никто не превзошел. А вот и они.
— Тоже с виду ничего особенного.
— Специально для таких, как ты — не специалистов. Но я на них кана съел: с другими не перепутаю. На сегодняшний день они непобедимы.
— Как он сумел их здесь изготовить?
— Никак. Сделаны им на Зрыыре: на заводах землян. Так, что не знал никто: даже я. И переправил их тайком на экспресс землян, когда реконструировал его. Потом сюда. Но воспользоваться не успел: я увёл. Вот так.
— Но они не работают.
— Но могут когда-нибудь заработать. А пока у него их нет. Как и обыкновенных почти тоже. Потому мы и можем беспрепятственно их всех ликвидировать.
Благодаря кому? Мне — мне одному. А не тебе, который только на язык горазд. И только из-за этого занял место, которое по праву должен был бы занять я.
— Ты? — не стал Погр уже совсем сдерживаться. — Вообразил себя спасителем мудрых? А ты дурак — полный: как примитив. Что толку, что каких-то роботов у них похитил — вместо того, чтобы обезглавить атавистов? Что тебе стоило вместо этого убить Конбра?
— А тебе? Вместо того, чтобы метаться между теми и другими. Ну, да: вёл свою собственную игру. И так сумел добиться, чего хотел: стать Первым Мудрейшим.
Но это одна видимость: кто настоящий хозяин на Гардраре — был и есть — мне ли не знать. Тот самый, который послал меня на Зрыыр, потому что тебе до конца слишком трудно было верить.
— Грой, хочешь сказать?
— Значит, уже и сам понял.
Погру уже начинало это надоедать. Казавшийся возможным союзником против Гроя просто люто ненавидел его.
— А ты был его невероятно хорошо законспирированным агентом в среде атавистов. И теперь хочешь сам стать Наимудрейшим — несмотря на то, что хозяином останется он. Что ж: придется тогда мириться с положением его фактического подчиненного, как пока мне.
И Варлх рассмеялся:
— Пока, говоришь? Правильно: ты ему уже становишься не нужен. Недаром же он говорит о том, что Наимудрейшему необходимо беречься. Его, видите ли, так ненавидят атависты с сопляками, что могут попытаться убить в любой момент. Намёк еще не понял?
— Не такой тупой. Значит, чтобы сделать из меня жертву врага?
— Правильно! Более того: героическую жертву.
— Для этого и привел сюда?
— Да ты сам неожиданно напросился. Так не упускать же внезапно подвернувшуюся возможность.
И он сунул руку в карман и вытащил лазерный пистолет. Погр успел лишь сунуть в карман руку.
— Так и держи! — крикнул Варлх, наведя пистолет. — Как только начнешь вынимать, стреляю. Понял? А пока еще смогу еще кое-что рассказать тебе, мудрейшему дурачку.
— Зачем? Я уже всё знаю, — и он выстрелил, не вынимая пистолет из кармана.
49
Итак, всё ясно — как нельзя более: он обречен. С ним сделают так, как решил тот, кто обладал реальной властью: пощады не будет. И спастись не удастся: снова переметнуться на другую сторону больше нельзя.
Игра проиграна, и нечего пытаться продолжать её. Сам выбрал, с кем быть вместе — поэтому сам виноват. Наверно, держись он Конбра, такое было бы невозможно. Только поздно уже сожалеть: прошлое ведь не вернуть.
Да, успехи, занятое самое высокое положение в иерархии Гардрара оказались видимостью. Теперь он лишь отработанный материал, годный только для создания посмертного мифа. Наимудрейший: считавший, что господствует над всеми. В том числе и над Гроем.
Бессильная злоба, ненависть к нему душили — не отпускали уже ни на миг. Что же делать, что делать?
Самому убить Гроя нечего даже мечтать. Грой не Варлх, который не имел возможности проверить, было ли и у него оружие. Пройти в зал заседаний Децемвирата или апартаменты Гроя приходится через не всегда видимые детекторы оружия. А отказаться явиться в апартаменты Наимудрейшего Грой всегда найдет основательную причину. Так что убьет Грой его, а не он Гроя.
И помешать не удастся. Нет!!! Но хоть отомстить? Чтобы как можно дороже обошлось Грою убийство его. Неужели нельзя? Только как, как?