Чтение онлайн

До Восточного добрались за полчаса. Вова вел джип сам — в таких случаях он не любил полагаться на водителей. Поселок встретил их тягучей тишиной и едва заметным запахом гари, хотя дыма нигде не было видно. Пряник ждал у въездных ворот, прислонившись к покореженному столбу бывшей автозаправки. Увидев джип, он отошел от столба и махнул рукой.

— Приехал, наконец, — буркнул он, когда Вова вылез из машины. — Тут такое творится, что я даже не знаю, с чего начать рассказывать.

— А что, собственно, творится? Коля толком ничего объяснить не смог.

— Да я и сам, честно говоря, не понимаю. Пошли, покажу. Только готовься к тому, что это откровенно странное дерьмо и такого мы еще не видели.

Они прошли через центр поселка, мимо заколоченных домов и заброшенных огородов. Восточный всегда был самым мрачным из их укрепленных пунктов — слишком далеко от основной базы, слишком близко к замертвяченной части Бадатия. Фактически, этот поселок находился прямо напротив приснопамятного стадиона, где погибли тысячи неудачно эвакуированных людей. И отсюда же военные инженеры навели паромную переправу на элементах понтонных мостов. Простенький дизельный движок таскал четыре блока обычного понтонного моста туда–сюда по натянутым над водой стальным тросам.

— Вот здесь был пост номер три, — Пряник остановился возле небольшого блиндажа, наполовину врытого в землю. — Сидели тут не абы кто, а Макаров и Петухов — ты их должен помнить по той истории с громадным мутом, ребята из спецуры Смита.

— Да, помню — два блондина двухметровых, просящихся на постер «Истинные Арии выглядят так».

— Да, именно они. А вон там, метрах в двухстах, пост номер один — еще трое вояк. Я из не знал лично, но Косой, который тутошний офицер, утверждает, что это были не раздолбаи, а тоже кадровые военные.

Поморщившись в очередной раз от «тутошних», Вова осмотрел блиндаж. Дверь была открыта, внутри царил полный порядок. Автоматы лежали на столе, рядом стояли недопитые кружки чая. Радиостанция работала, слышно было тихое потрескивание эфира.

— И никого не видели, не слышали?

— Ни звука. В три часа ночи оба поста сообщили что у них все в норме, движения не замечено. Последняя радиограмма — «Пост три, обстановка без изменений».

Они направились к посту номер один. По дороге Пряник показал на землю:

— А вот это самое интересное. Смотри на следы.

Вова присел на корточки и внимательно посмотрел на грунт. То, что он увидел, заставило его нахмуриться еще сильнее. В мягкой после вчерашнего дождя земле отчетливо виднелись отпечатки. Но это были не следы ног или лап — это были длинные борозды, словно что-то очень тяжелое протащили по земле. Борозды шли от поста номер три к посту номер один, а потом… исчезали.

— Куда они дальше ведут? — спросил Вова, поднимаясь.

— Вот в этом-то и дело. Никуда не ведут. Просто обрываются вон там, у того камня. Словно то, что их оставило, просто растворилось в воздухе.

Пост номер один представлял собой такой же блиндаж, только чуть побольше — рассчитанный на троих. Внутри тот же порядок: оружие сложено, на столе три тарелки с недоеденным борщом, работающая рация. Вова собрался было развернутся и уйти, но нечто необычное привлекло его взгляд. На полу возле входа, в выемке, образовавшейся в бетоне, был какой–то инородный предмет.

Вова наклонился и поднял небольшой фрагмент — черная костяная пластина размером с монету, с характерным радужным отливом по краям, и толщиной в половину Вовиного мизинца.

— Это что еще такое? — пробормотал он, разглядывая находку на свету. Выглядело знакомо, но никак не удавалось ухватить мысль, слишком уж Вова устал за эти дни.

— А вот это уже совсем плохие новости, — Пряник выхватил у Вовы пластину и повертел в руках. — Я такое уже видел. И ты видел. Куски такой брони до сих пор у Филлимонова под стеклом лежат. Ну те, что вырвало пулями из «Кайсула». У того монстра, который мне руку оторвал, была такая же чешуя. Только там она была размером с ладонь. Уж я-то ее точно никогда не забуду, пока жив…

— То есть ты думаешь…– Да. Это оно. Или что-то из того же семейства. Но судя по размеру чешуи, эта тварь ненамного меньше первой. Зато, похоже, значительно хитрее. Та черная просто шла в атаку, не заботясь о скрытности.

Вова огляделся по сторонам. Возле блиндажа в нескольких местах земля была изрыта когтями — длинные глубокие царапины в грунте. Но ни одной цепочки следов. Зато они были на металлическом карнизе над дверью — вмятины, словно кто–то очень сильный ухватился и сжал этот карниз в ладонях.

— Пряник, а ты посмотри вот сюда. — Вова показал на дверной косяк. — Видишь эти отметины?

На металле четко просматривались следы кислоты — металл был разъеден неровными пятнами, похожими на ожоги. От пятен шел неприятный запах, как будто кто–то неаккуратно вскрыл старый автомобильный аккумулятор.

— Это что за дерьмище? — Пряник потянул носом воздух возле пятна, и даже ковырнул его кончиком протеза. — Кислота? Но откуда? Это слюна что ли такая? Вот же блин.

— Так, ну–ка не трогай. Тут нужен Филлимонов. И, в любом случае, нам нужно срочно…

Резкий треск радиостанции прервал его слова. Из динамика послышался взволнованный голос:

— Всем постам! Всем постам! Основная база подвергается нападению! Повторяю, основная база под атакой! Неизвестный мутант прорвал периметр! Требуется немедленная помощь!

Вова и Пряник переглянулись.

— Сукин сын… — выругался Пряник. — Это отвлекающий маневр был. Пока мы тут следы изучаем, эта тварь пошла на главную базу.

— Быстро собираем людей и возвращаемся, — скомандовал Вова. — Пятерых солдат с собой, остальные пусть здесь оборону держат, все вместе. Черт с ним с периметром, пусть сидят кучей в складе, там крыша бетонная, и двери в полметра, фиг туда кто влезет.

Через десять минут два джипа уже мчались по разбитой дороге обратно к базе. В ушах гудел ветер, но сквозь этот гул Вова отчетливо слышал собственные мысли: «Только бы не опоздать. Только бы успеть…Там же Ася и малая…»

Филимонов в этот момент стоял в операционной над пациентом и пытался извлечь из его плеча фрагменты кровельного железа. Сварщик Петриченко неудачно упал с лесов, и теперь Илья методично выковыривал из мышц куски ржавого железа.

— Доктор, вас к рации вызывают! — крикнула из коридора медсестра Люба.