Чтение онлайн

— Ты… Да ты…

— Ты ведь сама сказала — тебе он не нужен, а мне — нужен.

— Вот пусть тебе жена и родит. А я своими детьми не торгую! Все! Закончили! Теперь оставь меня в покое. Я знаю, что у тебя хобби такое — обманывать женщин.

— Тебя я не обманывал. Если мне не изменяет память, я даже выручил тебя в неприятной ситуации. Разве я говорил тебе, что я — Андрей? Может, я только и ждал, что ты прозреешь?

Ольгино лицо смягчилось, и, заметив это, он придвинулся к столу. Теперь они сидели совсем рядом и смотрели друг другу в глаза.

— А с Мариной? — вдруг вспомнила она. — Ты тоже ждал, пока она прозреет?

От такого вопроса Игорь опешил, но быстро нашелся.

— Не говори о том, чего не знаешь!

— Знаю. Мне все рассказал Андрей. Ты поступил с ней точно так же, как со мной.

— Нет.

— Да. Она тоже думала, что это Андрей.

— Нет, — вдруг улыбнулся он и стал очень красивым. — Нет, — снова покачал он головой. — Марина знала, что это я.

— А почему тогда она ударила Андрея?

— Я смотрю, Андрюха наболтал тебе тут! — Недовольно поморщился он. — Какая разница, что было тогда?

— Ситуация похожая.

— Ничуть. Ну, да ладно. Удовлетворю твое нездоровое любопытство к моему темному прошлому, — насмешливо продолжал он. — Она ударила Андрея, потому что не посмела ударить меня. А может, считала его виноватым в наших сложностях.

— А ты ударил Андрея, потому что не посмел ударить ее, — в тон ему ответила Оля. — Бедный Андрей! От всех ни за что досталось.

— Ну, на мой кулак он сам напросился, но в какой-то мере я даже оказал ему услугу. Во всяком случае, он сразу излечился от своих фантазий. Не мешало бы, чтобы и меня тогда так двинули. — Он снова улыбнулся. — Хотя не думаю, что мне бы помогло — я не так чувствителен к боли.

— Тебя что, много били?

— Было дело.

— Родители?

— Нет, что ты? А тебя что, били родители?

— Нет.

— Оно и видно, — съязвил он. — Один мой знакомый утверждает, что людей, которых в детстве родители не пороли, сразу видать. Нет у них, говорит, реального взгляда на жизнь и тормозов нет. Вот и вытворяют, что хотят. Короче: за одного битого двух небитых дают.

— Глупости какие. Меня поражает, какие воспоминания остались у вас с Андреем о первой любви.

— А у тебя какие?

Ольга вспомнила Олега и промолчала.

— Отчего тебя так интересует история с Мариной? Ревнуешь?

— Очень надо!

— Не ревнуй. Зато моего первого ребенка родишь ты. — Ему определенно доставляло удовольствие поддевать ее.

— Ну, ты и наглец. — Она попыталась встать, но он удержал ее за руки. Ольга нахмурилась, возмущенно поджав губы. Игорь непонятно посмотрел на нее и поднес ее ладони к своему лицу, прижал к щекам.

— Сейчас ты так похож на Андрея.

Его лицо стало холодным. Он отпустил ее руки и отодвинулся.

— Неужели ты еще не поняла, что подобное сравнение мне неприятно?

— Почему? Это как быть похожим на отца или на мать.

— На отца или на мать — пожалуйста, а на этого…

— Что ты, собственно, против него имеешь? Завидуешь?

— Я? Чему?

— Ну, не знаю. Тому, что он лучше, чем ты… Или его успеху у женщин.

— Это он тебе наплел про свои успехи у женщин? — насмешливо протянул Игорь. — Да он их боится!

— Зато ты со всеми смелый! — съязвила Оля.

Он снова придвинулся, взяв ее за руку, и его темно-синие, почти черные глаза ласкали ее.

— Не со всеми, а только с такими норовистыми.

— Что ты говоришь! — Ольга с удивлением отметила, что она откровенно флиртует с ним и это доставляет ей удовольствие.

На его лице появилась знакомая наглая ухмылка.

— Не дразни меня, детка, — прошептал он, — мне всегда было интересно: как это — заниматься любовью с беременной женщиной.

— Да пошел ты со своей любовью! — вырвала она руку.

— Жаль, что ты в положении, а то я всыпал бы тебе за твое «пошел».

— А, так ты еще и бьешь женщин?

— Только некоторых, кому это на пользу. — Он встал, порылся в карманах и положил на стол деньги.

— Убери, — прошипела Ольга.

— Питайся нормально, — жестко сказал он. — Ребенка береги.

И все. Вроде, кроме его драгоценного ребенка, никого больше не существует.

Маша была теперь рада, что вовремя порвала с Андреем. И совсем не из-за Павла.

Однако все по порядку. Папа все-таки приехал к ним. Привез вкусной домашней снеди, соленья, варенья и большую фотографию Павлика.

— Ух ты, — обрадовалась Маша. — Паша, посмотри какой у меня сын. Нравится?

— Очень, — ответил муж, рассматривая фото. — Приколоть к стенке?

— Да. Сделай, пожалуйста.

Павел пошел за кнопками, а Маша стала распаковывать сумки. Папа, сидя за столом, пил чай с наскоро сделанными бутербродами.

— Ты извини за угощение. Мы только с работы. Что же ты не предупредил?

— Да, понимаешь, вызвали по работе. Вчера позвонили, я сегодня утром и выехал. Мать всю ночь пироги пекла. Через день уже назад. Работы много — больных. Вот весной выберем недельку и нагрянем. — Папа улыбался Маше, а она с жалостью смотрела, как он постарел. Седины прибавилось и выглядит усталым.

— Как мама, Павлик?

— Все хорошо. Павлик стал так по-взрослому рисовать. С ним занимается наш художник-оформитель из Дома культуры. Говорит, у мальчика талант.

— Да что ты!

— Да. Я вот должен кое-что купить, тут у меня записано: краски, кисти. Серьезное дело. И знаешь, что еще? Мы купили пианино.

— Господи, за какие деньги?

— Ну, недорогое, конечно, старенькое, но играет.

— Павлику?

— А кому же еще. С ним Лидия Арсеньевна — помнишь ее? — занимается.

— Она ведь уже на пенсии.

— Да. У нас с ней бартер. Она с внуком занимается, а я провожу ей сеансы иглоукалывания.

— Боже, как я соскучилась по Павлику, не могу! Все, через неделю приеду.

— Пока не торопись. У нас такой грипп свирепствует! В автобусе можешь подхватить. Знаешь, у нас школьник умер. Родители сами дома лечили. Сгорел мальчишечка от высокой температуры. Пока меня вызвали… Прихожу — а уже все. Вот такие дела. Я наших из дома не выпускаю. Даже учителям сказал — не надо пока. Так что у нас каникулы. Сейчас Павлик книжки читает.