Чтение онлайн

Настя чинно сидела за столиком, торжественная, нарядная, и аккуратно ела. Я обратила внимание на то, что ест она точно так же, как и Вадим — быстро, но красиво.

Мы расправились со вторым и с удовольствием поглощали мороженое, болтая обо всем подряд, когда Настя вдруг остановилась и с сожалением посмотрела на меня.

— И почему папа никогда не приводил такую?

— Какую «такую»?

— Такую, как ты.

— А что, многих приводил? — улыбнулась я, хотя сердце предательски заныло.

— Ну, он несколько раз хотел жениться. Приводил их знакомиться со мной…

— И ты, конечно же, всех отвергла?

— Видела бы ты их! Врушки, сюсюкающие куклы! У каждой на лбу написано: «Хочу замуж за богатого».

— А может, они любили твоего папу?

— Любили-любили! Он ведь богат!

— Ты несправедлива, Настя. Получается, кого бы папа ни привел, ты любую обвинишь в корысти.

— Тебя бы не обвинила.

— Ты невозможна! Не может же твой папа жениться на мне, только чтобы тебе угодить!

— Очень даже может!

— Глупая ты, Настя. Выходит, все эти «куклы» лишь потому не подошли, что начали не с того боку. Им надо было для начала с тобой подружиться — и папа у них в кармане. Так что ли?

Настя не нашлась, что возразить, и недовольно засопела.

— Ты уже большая девочка, — назидательно сказала я, — и должна понимать: то, что хорошо тебе, не обязательно хорошо для папы. Ну, женится он по твоему выбору, а будет ли он счастлив? И будет ли счастлива его жена, понимая, что женился он, только чтобы порадовать дочку? А сам станет по вечерам встречаться с какой-нибудь «куклой», которую он любит.

— Папа не станет, — угрюмо пробормотала девочка нехотя, но, видимо, соглашаясь с моими словами.

— Давай договоримся, Настя, — приподняла я за подбородок ее надутое личико, — что ты не будешь давить на папу и требовать, чтобы он делал так, как хочется тебе. Мне будет очень неприятно, если он вдруг внезапно захочет на мне жениться, тем более что я ему откажу и уже тем обижу.

— Почему откажешь? — жалко заглянула мне в глаза Настя, и губы ее уже задрожали в преувеличенно обиженной гримаске.

— Настя, не кривляйся, как обезьяна!

— Ты тоже кривляешься!

— Знаю! Вот и не бери дурного примера! Не будь эгоисткой, детка, — сбавила я тон, видя, что Настя и вправду сейчас заплачет. — Через каких-нибудь пять-шесть лет ты станешь взрослой, всерьез полюбишь и тебе будет очень неприятно, если кто-нибудь начнет вмешиваться в твои чувства. Обещай мне, что не станешь мешать папе жить своей жизнью.

— А ты будешь со мной дружить по-прежнему, если он женится? — начала сдаваться Настя.

— Конечно, буду. Что за вопросы, подружка?

Настя шмыгнула носом и, потянувшись через стол, поцеловала меня в щеку.

Для нашей фирмы наступила полоса обновления. Мы даже название изменили. Ну что такое «Олимп»? Пошло и избито. Теперь мы назывались «Олимп бизнес-групп», не Бог весть что, но все же осталось и старое имя, под которым мы себя уже зарекомендовали, и новое звучало более солидно. Мы начали сразу несколько новых проектов, и теперь все вечера я проводила на работе. Так было и в этот вечер.

Все уже разошлись. Оставались только я и Валентинов да еще охранник при входе. Мы рассматривали бумаги в директорском кабинете, для удобства встав коленями на стулья. Наклонившись над столом, так что наши головы почти соприкасались, мы разбирали проект по косточкам, горячо споря по некоторым вопросам. Оценивали все за и против, хохмили и подтрунивали друг над другом. Работать с Сергеем было одно удовольствие! Мы так шумели, что не сразу увидели вошедшего Вадима.

Заметив его, Сергей сразу подобрался и после рукопожатия стал вводить владельца нашей фирмы в курс дела. Я время от времени вносила уточнения или высказывала свою точку зрения, если была не согласна с формулировкой Сергея. Но по ходу нашего эмоционального повествования выражение лица Вадима становилось почему-то все более мрачным. Последние слова нашего бедного нового директора просто повисли в воздухе.

— Конечно, это пока только проект, и он нуждается в дальнейшей доработке…

Вадим сухо кивнул, взглядом дав понять, что разговор закончен. Валентинов неловко потоптался, собрал портфель и ушел. Я уже поняла, что Вадим хочет поговорить со мной, но тоже попрощалась и ушла к себе. Я убирала бумаги в стол, когда Вадим без стука зашел в мой кабинет и сел. Коротко глянув на него, я продолжала заниматься своими делами. Зачем он так с людьми! Сергей душу на работе выкладывает, а он пришел и одним взглядом пригвоздил человека к стенке.

— Ты поэтому предложила кандидатуру Валентинова? — спросил он, не глядя на меня.

— Что значит «поэтому»? — поджав губы, осведомилась я.

— Из личной симпатии.

Я подняла на него удивленные глаза. Что это? Первобытная вспышка ревности? Этого только не хватало! Я сдержала улыбку и мягко, как ребенку, объяснила:

— Естественно. Зачем бы я стала предлагать человека, мне не симпатичного?

— Дома тебя нельзя застать. На телефонные звонки не отвечаешь. Все в кабинете директора. Воркуете, как голубки, — проговорил он, по-прежнему глядя в стол.

Мне начинало все это надоедать.

— С чего это вдруг такие замечания и по какому праву?

Он не ответил. Я тоже молчала и держала паузу, насколько меня хватило. Наконец я взяла портфель и жакет и молча направилась к двери.

— Я могу тебя подвезти, — пронеслось вслед мне.

— Спасибо, я на машине…

Я поставила машину на стоянку, зашла в круглосуточный супермаркет за продуктами и, когда в темноте подходила к слабо освещенному парадному своего дома, меня окликнули:

— Саша!

Вадим стоял под моим домом и курил. Я никогда раньше не видела, чтобы он курил, и невольно замедлила шаг. Он выбросил окурок, подошел ко мне и взял мои сумки.

— Я хотел сказать тебе спасибо, за Настю.

— Не стоит. Что ты набросился на Сергея? Ты же сам его назначил! И работает он, между прочим, очень хорошо.

— Ты справилась бы лучше.

— Но ты меня не назначил.

— А хочешь, я подарю тебе фирму?

— Как это — подарю?

— Обыкновенно. Будешь сама владелицей. — Он явно подтрунивал надо мной. — И Валентинов твой разлюбезный будет рядом.