Чтение онлайн

Ну так вот, после неудачной попытки устроиться на работу, я залезла в свою комфортную капсулу на втором этаже и почувствовала себя в безопасности. Я строила планы по поиску другой работы, немного мечтала и анализировала происходящее.

Эта ситуация ещё раз показала мне, насколько быстро я впадаю в зависимость от своих фантазий и иллюзий и долго игнорирую реальность, причём не делаю попыток прояснить ситуацию. Потом внезапно вижу факты, которые меня разочаровывают. Я могла заранее задать работодателю уточняющие вопросы, чтобы прояснить ситуацию, в которой предполагала работать, но мне привычно было жить в фантазиях и комфортно находиться в придуманной реальности, как ребёнку. Из-за своей незрелости я часто попадала в неприятные ситуации, которые разочаровывали меня и других. Мне до сих пор сложно останавливать свои ожидания, которые разгоняются как кони, когда я начинаю придумывать сценарии приятного для меня будущего. Опыт показывает, что обычно происходит не так, как я хочу, а намного лучше, но я этого не замечаю, так как нахожусь в разочарованиях и негативизме. Я ещё раз мысленно прошлась по событиям с первым работодателем и отметила положительные изменения в моём мышлении и поведении, которые я сейчас расцениваю как взросление. Мне понравилось, что в этой ситуации я не «включилась» в конкуренцию за «место под солнцем», как это делала обычно. Для меня это было новым поведением, которое я хотела для себя отметить и закрепить, чтобы дальше продолжать в том же духе.

Я росла в среде, где конкуренция поощрялась и была средством манипуляции. Вступая в борьбу, я стремилась к победе любой ценой, мне нравилось ощущать себя победительницей. Если я проигрывала, то страдала. Часто приз был не важен, главное, что я выиграла, таким образом, я чувствовала себя более уверенной, и моя самооценка поднималась. Я не знала, как по-другому можно чувствовать себя ценной и значимой. Для меня было логично, что для победы необходимы проигравшие, только на их фоне я могу быть победительницей. Поэтому в моей голове всегда была война и два психических состояния: победа или проигрыш. На протяжении многих лет я постоянно включалась в бессмысленную борьбу ради борьбы. Мне нравились мальчики, которые нравились другим девочкам, я стремилась получать пятёрки в школе и институте, быть начальником на работе и руководителем в отношениях. Если я получала то, что хотела, я праздновала победу и наоборот, если не получала желаемого, страдала и считала себя неудачницей. Моя самооценка зависела от того, в какую роль я себя засунула. С такими установками я жила много лет и «рубила шашкой» направо и налево, отсекая от себя более благоприятные и успешные варианты развития ситуаций, в которых находилась. Я тратила энергию и время на то, что мне совсем не было нужно, но зато давало временное чувство победительницы. А потом, спустя время, я понимала, что проиграла «в пух и прах» (примеры таких событий будут в главе про мужчин и деньги).

В моей жизни есть два печальных примера, когда я вступала в борьбу, шла до конца и выигрывала то, за что боролась, но потом долгое время восстанавливала себя, понимая, что это было моим поражением. Сейчас я расскажу про эти события, которые наглядно показали мне, что за счастье не надо бороться, что борьба, это не про счастье и изобилие. Борьба это про страдания, долгое восстановление и бессмысленную трату энергии и ресурсов. На войне нет победителей, есть только проигравшие.

Со вторым мужем мы прожили тринадцать лет и родили прекрасную дочь. На девятом году жизни, когда нашей дочери было восемь лет, муж влюбился в другую женщину и захотел уйти из семьи. Я стала активно бороться за семейное счастье, используя все возможные варианты влияния на мужа: через свекровь, нашу дочь, друзей и партнёров по бизнесу. Муж предлагал разойтись по-хорошему и оставить нам с дочерью трёхкомнатную квартиру и машину. Но я не хотела отпускать его к любовнице, мне нужна была победа любой ценой. В итоге он остался в семье, мы жили как соседи, а через три года развелись по другой причине. После развода муж забрал машину и продал квартиру. Вот такая была моя победа.

Другая показательная история про войну произошла с недвижимым имуществом. После развода и раздела имущества со вторым мужем я купила недостроенный дом с участком. Я всегда мечтала о большом доме, для меня это было показателем богатства и гарантией достатка. Мне казалось, что в маленькой квартире невозможно жить радостно всем вместе: тесно, неудобно, постоянные придирки и недовольные родственники, которым постоянно что-то надо. Как я уже описывала выше, большую часть жизни я предполагала, что внешние обстоятельства смогут повлиять на моё внутреннее состояние, поэтому у меня была такая идея, что, если я куплю дом, моя жизнь превратится в изобилие. Идея осуществилась, но жизнь ухудшилась. Я купила недостроенный дом, предполагая, что средства на его восстановление появятся сами собой. Кроме того, мне пришлось пройти несколько судов и оплачивать услуги адвоката, чтобы мою сделку признали действительной, так как бывший владелец дома, с которым у меня были отношения, подал на меня в суд, чтобы меня лишили дома, и устраивал различные провокации. Я опять включилась в борьбу, и, действуя законными способами через суд, приставов и полицию, второй раз получила свой дом-мечту.

Моя победа была очень грустной. Живя в этом доме десять лет одна, я мало что смогла сделать для его улучшения. Все мои средства уходили на поддержание и сохранение дома в жилом состоянии. Некоторые тяжёлые строительные работы я делала самостоятельно. Моё эмоциональное здоровье было подорвано из-за страха, что бывший владелец опять будет доставлять мне неприятности своими набегами и угрозами, потому что он был обозлен и хотел мести. Всё это время, пока я жила в доме, я мечтала и ждала, что каким-то чудом у меня появятся деньги, чтобы мой дом превратился в прекрасное царство, где я – хранительница и повелительница, что «принц» приедет ко мне и спасёт от бедности, дав деньги для постройки королевства. В таких мечтах и надеждах я пребывала много лет. Ради чего я столько страдала, изматывала себя физически, материально и эмоционально? Ради того, чтобы жить в большом доме, но в узком семейном пространстве, постоянно мечтая о расширении сознания? История с домом еще не закончилась, надеюсь, что когда-нибудь смогу возместить ему ущерб, не ущемляя своих интересов.

Сейчас я отслеживаю это состояние боеготовности, когда у меня внутри возникает острое желание кому-то что-то доказать и объяснить, что он не прав. В такие моменты я делаю паузу, глубоко дышу и отстраняюсь эмоционально, иногда физически. Я не вижу смысла доказывать свою правоту. По своему опыту знаю, что это бесполезно. Человек, если захочет, сам может найти свою правду или обратиться за помощью к другим людям, когда будет готов к этому.

Если я отказываюсь от борьбы, это не значит, что я не участвую в конкурсах, соревнованиях или не защищаю свои границы. К любому конкурсу я подхожу с позиции победитель-победитель и участвую в них на основании того, готова ли я к любому результату, и интересно ли мне участие. Это освобождает меня от бесполезных переживаний и разочарований. На счёт защиты моих границ всё намного сложнее, потому что я не всегда сразу понимаю, что происходит, мне нужно время, чтобы понять себя и выработать стратегию общения (как это происходит я расскажу в другой главе).

Работа с детьми

Неопределённость – это момент,

когда мы можем выбрать путь сами.

Неизвестный автор

В Москву я приехала за лучшими возможностями, от моей активности зависело моё благосостояние, поэтому я не могла расслабиться, всё моё внимание было сосредоточено на поисках подходящих вакансий. Я напомнила о себе менеджеру школы дополнительного образования, с которым у меня было онлайн-собеседование, когда я ещё была в Находке. Мне назначили время встречи в Москве для личного знакомства. В частную школу дополнительного образования медиа-искусства требовался педагог по актёрскому мастерству с компетенциями съёмки и монтажа. Для такой универсальной должности у меня было всё необходимое: портфолио, уникальный опыт, оборудование и художественно-педагогическое образование.

Меня с детства тянуло в творческие проекты. В Магадане, где прошло моё детство, было множество бесплатных кружков по творческому развитию детей. Мне были интересны: танцы, пение, цирк, кукольный театр, рисование, музыка. Я не могла выбрать и занималась по чуть-чуть, где только можно. Как только у меня возникали трудности в коллективе или в изучении чего-либо, я уходила в другой кружок. Я успешно поступила в музыкальную и художественную школы, но не задержалась там надолго. Папа купил пианино, чтобы его старшая дочка могла заниматься музыкой, хотя для нашей бедной семьи это было непросто. Однако систематические занятия вызывали во мне скуку, мне было трудно поддерживать дисциплину и сосредотачиваться на чём-то одном, и я забросила уроки музыки, как и много другое, чем сильно разочаровала своих родителей. Когда меня спрашивали кем я хочу быть во взрослой жизни, мне нечего было ответить, я не знала. Мне всё было интересно при условии, что я быстро получу результат. Единственное, что я знала точно про своё будущее, так это то, что мне надо побыстрее уехать от родителей и жить самостоятельно.

Осуществив свою мечту в 17 лет, я быстро выскочила замуж и родила сына Олега. После первого развода меня занесло в культуру и спорт. Руководительница дома культуры, в котором я подрабатывала тренером аэробики и соорганизатором модельного агентства, посоветовала мне попробовать поступить в театральный ВУЗ, за что я ей безмерно благодарна. Я выбрала режиссерский факультет и получила огромное удовольствие от сдачи экзаменов, процесса обучения, ценных знаний, от общения с сокурсниками и прекрасными преподавателями. Я начала обучение Хабаровском государственном институте искусств и культуры, а потом перевелась в Кемеровскую государственную академию искусств и культуры.

Пока училась заочно и работала, я успела снова удачно выйти замуж и родить второго ребёнка – дочь Анну. После декрета я работала на телевидении журналистом и режиссёром рекламных роликов. Девять лет я развивала бизнес рекламного агентства полного цикла и преподавала в институте. Потом занималась социальными проектами в музее и подрабатывала учителем в школе телевидения. В течение двадцати лет я занималась культурно-образовательными и творческими проектами, связанными с медиа-искусством. А затем мне повезло углубить свои познания в художественном творчестве, проходя обучение по искусствоведению в магистратуре ДВФУ и параллельно в школе современного искусства. В последнее время я успешно вела преподавательскую практику в Телешколе, обучая детей искусству создания видео контента.

Вот с таким багажом я пришла на собеседование в принадлежащую знаменитым медийным личностям Московскую элитную медиа-школу, в которой обучались дети богатых родителей. Там мне объяснили должностные обязанности и условия работы и предложили сразу провести пробное занятия с детьми. Для меня это не составило труда.

Моя работа с детьми началась, когда я ещё училась в школе, и опыт был неудачным. На профориентации в старших классах меня отправили поработать в детский сад. Во время сонного часа, когда воспитательница вышла, дети дружно проснулись и стали кидать в меня подушками. У меня не получилось их успокоить, пока она не вернулась. С тех пор я в детском саду не работала, если это не были разовые творческие проекты. Второй опыт был, когда я уже была мамой шестилетнего сына. Мне захотелось вести аэробику для девочек, и я пришла в школу с предложением открыть группы для всех желающих заниматься спортом. В итоге у меня было две группы: для подростков и для взрослых. Когда я заканчивала ВУЗ, я открыла ещё театральную студию для школьников. Зная свою «мягкотелость» в общении с детьми, я думала, что нужно играть роль строгой «училки», чтобы была дисциплина. На это уходило много энергии, я уставала от контроля и не получала удовольствия от процесса. Потом я выработала стратегию договорных отношений с детьми. Это было намного проще и эффективней. Но самым важным открытием в работе с детьми было понимание, что дисциплина на уроках зависит от того, насколько я сама – дисциплинированная и зрелая. Дети очень чуткие люди, они быстро считывают фальшь и неискренность. Поэтому мой личный прогресс во взрослении влиял на качество занятий с детьми.